Сколько вещей я перетаскала в этот детдом.. одежды, канцелярии, игрушек.. И сколько бы я не навещала сестру, ни на ней, ни на одном ребёнке, я не видела ничего, кроме выцветшей, поношенной одежды.
..А ведь это не простой детдом, это детский дом для детей погибших военнослужащих.
Там всего детей не больше двадцати.
Сколько раз я пыталась встретиться с директрисой этого детдома..
Я, буквально, её вылавливала.
Моталась между репетициями и спектаклями из Москвы в Воронеж и каждый приезд пыталась её выловить..
Прошло полгода со смерти мамы.
Я разбилась о реальность и приняла тот факт, что мне ребёнка не отдадут.
Теперь ставка была на двоюродную тётю.
Тётя начала собирать документы для опеки. У неё была квартира нужной площади, брак и работа с нужным окладом. Но она была в Новосибирске. И те проволочки, которые возникали из-за расстояний, пыталась урегулировать я.
Наконец, я отловила эту директрису.
Она приехала на белом мерседесе, конечно, с водителем.
Разговор не получился. У неё не было времени.
— Ко мне тут иностранцы приехали, а вы тут со своими детьми! (Без шуток. Цитата.)
— Но я хочу забрать ребёнка, что может быть важней?
Оказалось, что та финансовая помощь, которую оказывают иностранцы, важней. Она поспешила на встречу.
Я отлавливала её ещё пару раз. Напомаженная, с салонной укладкой, она смотрела на меня как на букашку, которая сидит на стекле её мерседеса и мешает любоваться открывающимися горизонтами.
А за горизонтами спонсоры, спонсоры спонсоры.. и тут я: «ребёнка отдайте».
Она отмахивалась от меня фразами: «ещё вот эту справку» и «вот эту в опеке заверьте» и снова устремлялась за горизонт.
Когда, каким-то немыслимым образом, почти все документы были собраны и сверены, в детдом перестали пускать.
Вначале объявили, что карантин из-за ветрянки, потом, сразу же, карантин из-за кори, ну и, понятно, грипп.
Каждую неделю я верила, что через полмесяца я увижу сестру, но, когда подходил срок, появлялся новый карантин. И так два месяца.
Сроки действия медицинских справок, необходимых для опекуна, подходили к концу, а я всё долбилась в опеку и детдом.
А в опеке со мной уже разговаривали через губу.
Мало того, что я шесть раз отловила их на сговоре в попытке украсть ребёнка, так ещё и мозг им выношу.
Плакать сил уже не было, да сил вообще уже не было. Но остановиться я не могла.
Оставить сестру с чужими людьми, трёхлетнюю крошку, не представлялось возможным.
Продолжение:
.