Сергей не хотел мириться с поражением от «Сан-Хосе».
«В 92-м году после того самого сезона, когда Паша Буре, играя со мной в тройке, получил приз лучшего новичка лиги, я был настроен продлить контракт с «Ванкувер Кэнакс». Но «Совинтерспорт», мой посредник при подписании первого контракта, в случае продления его снова получал право на 50 процентов от моих доходов. Между тем за три года, что я провел в Ванкувере, ни один человек из этой организации, которая получила 1 миллион 200 тысяч долларов, ни разу даже по телефону не поинтересовался моими делами. Когда же снова запахло большими деньгами, его представители моментально перемахнули через океан. «Ну ладно, 250 тысяч долларов, и по рукам!» — предложили визитеры. «Нет» — ответил я. «Тогда 150 тысяч, и мы с вами расстаемся». «Вы не получите больше ни одного цента» — поставил я точку в нашем не слишком приятном диалоге. И уехал в Лугано, где подписал контракт на три года, хотя права на меня по-прежнему принадлежали «Ванкуверу».
Вымогательства со стороны «Совинтерспорта» быстро надоели Игорю Ларионову — после 3 сезонов в составе «Ванкувера» он бросил лучшую лигу мира и отправился в тихую Швейцарию. Кто-то думал, что доигрывать, но у форварда были совсем другие планы. Отыграв за «Лугано» год, он вернулся в Северную Америку, где «Кэнакс» уступили права на него «Сан-Хосе», в который перебрался и давний партнер Ларионова Сергей Макаров. При помощи советских звезд молодая команда планировала впервые пробиться в розыгрыш Кубка Стэнли.
Макаров в регулярном чемпионате-93/94 сыграл 80 матчей и набрал 68 очков, у Ларионова набралось 60 игр и 56 баллов. Первый стал лучшим бомбардиром команды, второй занял в списке самых результативных игроков «Шаркс» четвертое место. Так что, фраза «русские хоккеисты затащили «Сан-Хосе» в плей-офф» для того сезона была очень актуальна. Только вот в кубковых разборках калифорнийский клуб, казалось, не ждет ничего хорошего. «Акулам» предстояло стартовать в розыгрыше серебряной чашки с 8-й позиции и ее первым же соперником стала лучшая команда Западной конференции — «Детройт».
До создания «Русской пятерки» оставалось еще полтора года, пока же в составе «Ред Уингз» играло 3 россиянина — Сергей Федоров, Вячеслав Козлов и Владимир Константинов. Но Ларионов с Макаровым смогли затмить и эту троицу, и вообще всех участников семиматчевой серии. Если два российских форварда «Детройта» смогли забросить в ней всего 3 шайбы, то бывшие представители великого сочетания KLM забили сразу 8 голов. Ларионов и Макаров по раз отличились в стартовой встрече этого противостояния и затем были главными действующими лицами каждой победы «Сан-Хосе».
Несмотря на все старания двух русских «акул», их соперник сначала вел в серии 2-1, а затем, оказавшись на краю пропасти, а точнее, в одном поражении от вылета из плей-офф, вынес «Шаркс» в 6-й игре со счетом 7-1. Казалось, после такого аутсайдер серии уже не сможет прийти в себя и пропустит фаворита в полуфинал конференции. Ларионов и Макаров были другого мнения: в первом периоде решающей игры они организовали красивый гол и в итоге помогли своей команде одержать сенсационную победу. Кажется, именно в тот момент главный тренер «Детройта» Скотти Боумэн понял, что ему в составе нужны еще русские.
Неожиданная развязка серии вывела из себя Федорова. После того, как «Сан-Хосе» повел в 7-м матче со счетом 2:0, он не смог сдержаться после конфликта с канадским защитником Джейсоном Мором. Хоккеисты закусились у ворот «Шаркс», судья среагировал на удар Сергея и поднял руку вверх, сигнализируя о его удалении. В этот момент россиянин понял, что терять ему нечего и решил закончить разборку в свою пользу. Все получилось так стремительно, что за финалом истории не успел даже режиссер трансляции. Федоров бросился на оппонента и с одного удара уложил его на лед. Правда, удар этот был нанесен черенком клюшки и выглядел немного жутковато.
«Сан-Хосе» такая же участь ждала уже в следующем раунде, и только в 1996 году выяснится: чтобы выигрывать Кубки Стэнли, Федорову, Козлову и Ларионову нужно играть за одну команду.