«Нет большого смысла искать причину и винить себя или предков… Ведь наша цель — облегчить состояние ребенка, улучшить качество его жизни, сделать счастливым», — так говорит о своей профессии дефектолог, АВА-инструктор Наталья ТАСКИНА.
Буквально в прошлом номере нашей газеты несколько полос было посвящено детству и тому, как Абакан развивается, в том числе и ради маленьких жителей. Но не всем, к сожалению, доступны эти радости и возможности в силу особенностей некоторых детей. Как же они живут, чему учатся и каким видят окружающий мир?
— Работа с детьми всегда предполагает педагогическое образование. Наталья, вы с детства думали об этой профессии?
— Наверное, да. С детства прониклась какими-то особыми чувствами к педагогам. Они мне казались невероятными волшебниками, у которых в голове хранится множество знаний, и они делятся этим со своими учениками. Восхищало умение учителей в школе увлеченно и просто рассказывать о сложных вещах, организовывать, дисциплинировать. Помню, как однажды, учась еще в 3-м классе, пробовала себя в роли учителя, ходила к маленькой девочке по соседству, готовила ее к школе. Вместе мы занимались письмом, математикой и чтением. Очень успешно, кстати. Маленькая ученица всего за три месяца научилась читать. Я была в полном восторге от этой роли, готовилась к «урокам» как настоящий учитель.
— А мы только играли в школу… Но все же учить детей непросто, а особенных — тем более. К примеру, с расстройством аутистического спектра (РАС)…
— На самом деле все просто. Мои «инопланетные» дети помогли выбрать это направление. Сначала не могла найти специалиста, который бы взялся работать с дочкой. Проблем было много. Со стороны ребенка — нежелательное поведение на фоне отсутствия речи, полное неимение коммуникации (людей она не замечала, а если замечала, то убегала, пряталась, уединялась), стереотипная деятельность, ограниченность интересов, отсюда проблемы с мотивацией на занятиях. Конечно, такого ребенка надо суметь организовать, выстроить сотрудничество, и только потом получится чему-то его научить. Это сложно, нужны знания, стратегии, навыки эффективной работы с такими детками, в конце концов, нужна подходящая организованная среда.
Не забуду, как холодным потом обдало, когда через семь лет родился сын и к первому году его жизни я заметила аналогичные аутичные звоночки. Надо будет пройти этот путь снова... Побежала искать помощь, и, на счастье, встретился прекрасный человек, который показал, как сформировать учебное поведение у двухлетнего крохи, как научить чему-либо, используя принцип безошибочного обучения, какие использовать подсказки, постепенно убирая их и добиваясь самостоятельности у ребенка. И я за год увидела, как из маленького несмышленого и неуправляемого «чудика» мой сын сформировался в человечка, с которым уже можно о чем-то договориться, потому что он слышит и понимает меня. А это дорогого стоит!
Это было первое мое знакомство с методами прикладного анализа поведения. Потом мы переехали в Абакан, и я пошла учиться сама по этому направлению. Овладение профессией поведенческого аналитика — это долгосрочный и ресурсозатратный процесс.
— Как вы думаете, почему вообще возникает такое психическое расстройство?
— Конкретного ответа на этот вопрос, к сожалению, пока нет. Большинство склоняются к тому, что аутизм все-таки имеет генетическую и наследственную природу, да еще обусловлен внешними факторами окружающей среды, как некими триггерами: и кислородное голодание во время родов, и инфекционные заболевания мамы в период беременности, и частые заболевания в первый год жизни ребенка. Однако абсолютно точно аутизм — это не результат плохого воспитания. Это результат неврологических нарушений. Иными словами, мозг работает не так, как у обычного человека. Хотя в большинстве случаев дети-аутисты хорошо развиты физически и имеют приятную внешность, то есть по внешнему виду невозможно сказать, что у этого малыша какое-либо неврологическое нарушение.
— А что значит в вашей сфере «старший АВА-инструктор»?
— В среде специалистов по прикладному анализу поведения есть своя иерархия. Сертифицированный поведенческий аналитик, или супервизор — главный человек, который осуществляет контроль за действиями специалистов и консультирование. Далее идет куратор. Он разрабатывает программы поведенческого вмешательства, консультирует родителей, курирует работу инструкторов. ABA-инструкторы — люди, которые собственноручно реализовывают поведенческие программы. А старший ABA-инструктор имеет право участвовать в процессе оценки навыков ребенка и помогать куратору или поведенческому аналитику разрабатывать поведенческую программу. В общем, целая команда работает над развитием навыков у ребенка. Это здорово и эффективно!
— Как проходят ваши занятия с детьми?
— Очень по-разному. Смотря какие цели поставлены в работе с конкретным ребенком. В начале работы всегда идет оценка текущего уровня развития речи и социального взаимодействия. Так становится ясно, каким навыкам стоит обучать ребенка в первую очередь, с какого уровня сложности лучше начинать, какие факторы затрудняют процесс обучения. С родителями выбирается и согласуется приоритет, составляется индивидуальная обучающая программа на ближайшие полгода. Чем больше родители вовлечены в процесс обучения, тем более АВА-занятия будут эффективны. Если есть ресурсы быть вовлеченным в терапевтическую команду — прекрасно! Нужно еще заранее продумать и найти способ их восполнять. Если же нет — это тоже нормально. Измученный родитель, который выдавливает из себя АВА-занятия дома, потому что «надо» — это неэффективно.
В любое занятие включается работа над установлением сотрудничества, формированием учебного поведения, над совместным вниманием и глазным контактом, над пониманием речи, обучением вокальным просьбам, моторной имитации, а также коммуникативные и причинно-следственные игры, формирование навыков, необходимых для общения с окружающими.
— Чем работа с особенными детьми помогает вам лично?
— Прежде всего — посмотреть на мир другими глазами. Эти дети удивительные, своеобразные и искренние, беззаботные. Иногда это обескураживает, иногда веселит или ставит в тупик, когда, например, твой ребенок прямо говорит о том, что видит и чувствует, без всякой цензуры. Они могут радоваться простым вещам, замечать мелочи и этим восхищаться. Взрослым рядом с такими детьми приходится переосмысливать многое: мир вокруг, себя в этом мире, свои ожидания.
— Что еще составляет вашу жизнь?
— Очень люблю свою семью, радуюсь, когда удается провести время вместе. Мы играем в настольные игры, катаемся на велосипедах всей семьей — впятером, просто готовим еду и болтаем обо всем. Еще это музыка и танцы. Второй год ходим с мужем на парные танцы в Абакане: сальса, бачата, кизомба. Для меня это настоящий ресурс, возможность переключиться, поработать с телом, наполниться энергией.
Беседовала
Анастасия СПАЛЕВИЧ
Фото из личного архива Натальи Таскиной