Дошли наконец-то руки разобрать залежи книг. Многие из них сохранились. Да что там многие – сохранилась основная масса! Хотя по всей логике, да помноженной на многолетье и лихолетье, после многочисленных переездов должны были бы исчезнуть, потеряться.
Мы никогда не вели учет. Не составляли каталог. Когда что-то кому-то давали почитать, оно не всегда возвращалось. Теперь это уже вряд ли имеет значение. К слову, мы ведь тоже не всегда книги возвращали (и знакомым, и даже в библиотеки – каюсь в обоих случаях!).
Вообще, слово «залежи» какое-то обидное. Толковые словари нам поясняют: невостребованное, не находящее сбыла, залежавшийся товар; заваль…
Ох-х-х, не то, не то!
Стоп. Еще раз нырну в словарь. Ага, вот оно:
«Месторождение полезных ископаемых. Залежи руд. Залежи каменного угля. …Скопление чего-либо …Пашня, не обрабатываемая длительное время. После снятия нескольких урожаев это поле оставили под залежь».
Вот теперь в яблочко. Ибо: ценность.
А в советское время – чуть ли не «блатной» товар, да к тому же одно время книги по талонам доставали, этакая валюта, фактура на обмен. Забегая вперед, уточню. Наша семья точно не из мещанской публики. Если мы тоже, как и многие другие сограждане, «гонялись» за книгами и «пасли» тиражи и распродажи, то точно не для показухи. Мы их реально читали.
Книги собирала в основном мама. Говорит, всегда этим «болела». С детства тянуло к чтению. С самых первых томиков, брошюрок. Жили туго (я сейчас про мамино послевоенное детство), небогато, и это мягко сказано, а книги расширяли границы детской фантазии до безграничной ширины.
С папой история похожая – и он книги обожал. Много читал. Не сказать что «болел», как мама. То есть без фанатизма, скорей по конкретной необходимости. Когда был помоложе, занимался немецким (в институте учил) и позже – увлекся чешским языком, он ему помогал, хотя и со словарем, но все же переводить ценные материалы из профессиональных журналов.
Когда обоим подошло к «сорокету», они дружно заболели фантастикой. На том этапе у нас много книг появлялось именно этой тематики. Мы, подростки, тоже пытались вникать. Встречалось и про историю, про совсем древние времена, про любовные приключения тоже проскакивало, о природе и путешествиях, научно-техническое… Параллельно шла детективная линия. Отечественные, зарубежные. Естественно, не в оригинале, а переводные. Забавно, иногда попадались книги одного и того же произведения, но от разных переводчиков. Сейчас не смогу примеры привести, а интересно было находить разницу.
Так, шаг за шагом, худо-бедно и накопились эти домашние литхранилища.
К чему я всё это сейчас здесь пишу. Очевидно, что мой канал не по той коммерческой теме, где надо клепать и клепать (имеется в виду раскрутка и всё такое). Задача моя в другом. Мне хочется, чтобы родительская дружба с литературой не угасала ни в нас, ни в окружающих людях.
Всю жизнь мне приходилось иметь дело со словом. Просто нравилось и нравится до сих пор. Сложный наш язык, давний и много чего в себя впитавший. Сегодня его пытаются распнуть, изувечить, выбить оправданную «пыль времен», перетряхнуть как старое лоскутное одеяло – непонятно, где верх, где низ, начало и конец. Я уж не говорю о безобразности подхода к изданию даже не виртуальных, а бумажных книг!.. Тут-то и заглянешь порой в затёртые переплёты. Можно с уверенностью сказать, что издания тех лет проходили мощнейшую проверку качества. Так что смело листай страниц по 25-40-100 в день, и будет тебе «щщщастье» в виде грамотности. Автоматической.
Доказывать ничего никому, спорить ни с кем не буду, иллюстрировать – пожалуйста. Книжку за книжкой, журналы, газеты. Из того, что сохранилось и подверглось ревизии. Просто нравится мне это дело. Листать, машинально «срисовывать» правильную грамматику, находить фишечки, перлы, шедевры смыслов и словоупотребления…
Кто со мной?