Мышь бедная давно жила в большой тревоге: Кот постоянно ей встречался по дороге, И сторожил ее на каждом он шагу. Чтоб в лапы не попасть врагу, Желая поступить разумно в деле этом, К соседке Крысе Мышь явилась за советом. Та Крыса у других слыла за образец, — Так велики ее все были совершенства. Себе жильем ее крысиное степенство Избрало чуть что не дворец; Она уж сотни раз хвалилась громогласно, Что не боялася ни кошек, ни котов, Ни их когтей, ни их зубов. «Сударыня, — так Крыса молвила, — напрасно Старалась бы одна Кота я победить, Который вздумал вам вредить; Но если б мы всех крыс собрали по соседству, То мы бы нанесли Коту большой урон». Тут Мышь отвесила почтительный поклон, А Крыса к своему спешит прибегнуть средству И к кладовой бежит, где той порой За счет хозяина у Крыс был пир горой. В волнении она не видит и не слышит И от усталости чуть дышит. «Что с вами?» — говорит одна из Крыс. А та в ответ: «Скажу вам покороче, Зачем я изо всей бежала мочи. Кот Раминагробис Стал ист
Мышь бедная давно жила в большой тревоге:
Кот постоянно ей встречался по дороге,
И сторожил ее на каждом он шагу.
Чтоб в лапы не попасть врагу,
Желая поступить разумно в деле этом,
К соседке Крысе Мышь явилась за советом.
Та Крыса у других слыла за образец, —
Так велики ее все были совершенства.
Себе жильем ее крысиное степенство
Избрало чуть что не дворец;
Она уж сотни раз хвалилась громогласно,
Что не боялася ни кошек, ни котов,
Ни их когтей, ни их зубов.
«Сударыня, — так Крыса молвила, — напрасно
Старалась бы одна Кота я победить,
Который вздумал вам вредить;
Но если б мы всех крыс собрали по соседству,
То мы бы нанесли Коту большой урон».
Тут Мышь отвесила почтительный поклон,
А Крыса к своему спешит прибегнуть средству
И к кладовой бежит, где той порой
За счет хозяина у Крыс был пир горой.
В волнении она не видит и не слышит
И от усталости чуть дышит.
«Что с вами?» — говорит одна из Крыс.
А та в ответ: «Скажу вам покороче,
Зачем я изо всей бежала мочи.
Кот Раминагробис
Стал истреблять мышей с неслыханным упорством.
Кот этот — злейший из котов.
Коль съест он всех мышей, то будет он готов
Приняться и за Крыс с подобным же прожорством».
«Да! Это так! — поднялся крик. —
Все за оружие возьмемся живо!»
Иные и всплакнули в этот миг,
Но им не охладить всеобщего порыва.
Повылезали Крысы все из дыр,
Вот каждая кладет в свою котомку сыр;
Клянется каждая, собравши всю отвагу,
Назад не делать шагу;
Все, как на пир, торопятся скорей,
Ликуют точно с их души скатилось бремя.
Но Кот был, видно, их хитрей
И за голову Мышь держал уж в это время.
На помощь ринулась бедняжке вся их рать,
А у Кота в когтях трепещется добыча,
И он не только что не хочет отступать,
Но войску Крыс идет навстречу сам, мурлыча.
Заслышав этот грозный звук,
Премудрые все Крысы вдруг
Спешат, забыв к войне приготовленья.
В свои укромные места.
Свершив благополучно отступленье
К своей дыре, одной лишь мыслью занята
Там Крыса каждая: не видно ль где Кота?
