Продолжим "концерт по заявкам зрителей", то есть цикл статей по просьбам комментаторов. На этот раз "в дело" пойдет фильм шестилетней давности, который я, честно говоря, просто не осилил в свое время - если чем он и запомнился, то громкой рекламой...
Впрочем, с чисто оружейной точки зрения еще вылезло в памяти из интервью с режиссером фильма буквально следующее:
— Я знаю, что в кадре у вас какие-то очень редкие пистолеты.
— Да, мы нашли антикварное оружие. Продюсеры купили это оружие — оно стоило больших денег. Мы искали нестандартные пистолеты. Такие нельзя придумать. Оружие почистили, переделали и дали актерам.
Делая замах на миллион, не стоит потом бить на рубль. А вот у съемочной группы, "от балды" назначившей временем действия 1860 год, и никак иначе, вышло именно так.
Я искал время действия. Не пушкинское время, и не вторая половина XIX века, когда уже начались народовольцы, политические процессы, когда уже началась борьба с императором. И вот выскочило начало 60-х годов, конкретно 1860 год. Ещё Александр II не подписал свой указ, но уже был императором, уже прошёл некий технический прорыв. За счёт Англии стали появляться какие-то гаджеты того времени. И оружие стало меняться, и одежда стала меняться, появились какие-то газовые более совершенные приборы освещения и т.д. Это вот такой слом времени. Вот это какое-то промежуточное состояние, но не пустоты, а начала действия. И оно показалось каким-то правильным и интересным.
Основной револьвер, используемый "профессиональным дуэлянтом" (и заодно еще несколько неубиваемым) "Петром Яковлевым", который на самом деле Колычев - действительно редкий. Причем, хотя его и зовут в фильме бельгийским "Франкоттом", он родом вовсе с другого полушария.
Каноничный "Франкотт" того времени был бы под шпилечный патрон, с обычным курковым УСМ одинарного действия, с прекрасно узнаваемым обликом:
В фильме же - капсюльный самовзводный револьвер системы Петтенджилла, выпускавшийся фирмой Rogers&Spencer Company крайне недолго, в количестве менее 5000 штук. Проблема в том, что в 1860 году этот револьвер существовал только на бумаге: хотя первый патент изобретатель получил еще в 1856 году, только в 1859 ему удалось, переработав конструкцию, продать на нее авторские права Роджерсу и Спенсеру.
Но и тогда револьвер все еще не мог выпускаться, оставаясь "сырым" по конструкции. Фирма также покупает патент Чарльза Робиталя и Эдварда Реймонда от 1858 года на доработку изначальной конструкции, но окончательно "к металлу" револьвер становится готов только к 1862 году, когда Генри Роджерс (сын одного из совладельцев) подает окончательную патентную заявку, а руководство фирмы совершает очень рискованный поступок. Датированное 5 февраля 1862 года, правительству отправляется письмо, утверждавшее, в частности:
...мы дорабатывали его в течение последних двух лет, пока не достигли той степени совершенства, когда мы готовы рискнуть репутацией нашего предприятия, ставя на его полный и окончательный успех.
По результатам начальных испытаний прототипов правительство высказывает интерес к закупке пятитысячной партии, и Роджерс со Спенсером, еще не имея на руках контракта и оплаты (!), удваивают штат работников своего завода, вбухивая еще и немалые деньги в закупку оснащения (по нынешним временам с учетом инфляции - почти полмиллиона долларов, а для практически кустарных производств того времени это огромная сумма).
И поторопились - окончательно завершенные испытания признали револьвер не удовлетворяющим ни армейским (для сухопутных войск была предложена длинноствольная модель 44-го калибра), ни флотским требованиям (флоту предложили вдвое более легкий револьвер 34-го калибра с укороченным стволом). Только путем... так скажем, некоторых личных связей и вложения денег, Роджерсу удается добиться того, что правительство купило хотя бы 2000 уже выпущенных револьверов, еще около 1300 готовых на тот момент продали на гражданском рынке. Армия же с флотом, кстати, избавилась от этих револьверов уже через год, распродав их по символической цене 27 центов за штуку (при том, что закупочная цена "армейской" версии составляла 20 долларов!).
Впрочем, вернемся к фильму. Мало того, что "Яковлев" просто не мог держать в руках такой револьвер - но он еще и неаутентичный, без брандтрубок на барабане, то есть переделанный под унитарные патроны. Причем прекрасно видно, что "Яковлев" заряжает револьвер с переднего торца барабана обычными пистолетными патронами, на которых среди прочего отлично видны проточка на гильзе и пуля в цельнометаллической оболочке, что для 1860 года - абсолютный нонсенс:
У Липранди и Чичагова, а впоследствии и в руках Беклемишева, если присмотреться - еще более анахроничный "Смит-Вессон номер 1 с половиной", причем даже не первого, а второго поколения (поскольку ствол уже не граненый, а круглый) - то есть выпущенный не ранее 1868 года. Кадры приходится осветлять, чтобы лучше разглядеть оружие:
Странное название у револьвера объясняется просто - он был задуман как "промежуточная" модель между "номером 1" под патрон 22-го калибра и "номером два". уже под .32 RF: калибр ему достался от "номера 2", в то же время по компактности он был ближе к "первому".
Идем дальше... и тут уже реально хочется плеваться. Ибо бельгийский пеппербокс Жиля Мариэтта не просто обзывают "бундельревольвером Аллена", но еще и с утверждением, что все его шесть стволов стреляют одновременно, чего на пеппербоксе не может быть по определению конструктивно (на практике, конечно, возможно - но на практике и ПМ может жахнуть верхние патроны в магазине).
Одно утешает - по крайней мере, Мариэтт действительно выпускал такие пеппербоксы в указанном 1860 году. А настоящий пеппербокс Allen&Thurber выглядел так:
К дуэльным пистолетам Дрейзе образца 1835 года претензий нет - они и в своем времени, и "на своем месте":
Но с одним "но" все равно: заряжают их почему-то современными пистолетными патронами, если присмотреться, хотя патроны Дрейзе игольчатого воспламенения были бумажными. Причем патрон-то не холостой, так что даже возможное оправдание "ну это же для имитации выстрела" тоже не прокатит.
Также в фильме используется как минимум два разных двуствольных пистолета под шпилечный патрон - один компактнее, второй длиннее.
Подобные пистолеты выпускались в одной только Бельгии множеством оружейников-кустарей и "полноценных" оружейных производств, не говоря о других странах. Поэтому установить что-то точное по кадрам из фильма практически невозможно.
Впрочем. как насчет калибра побольше? На этот случай у "Яковлева" припасена "Хауда" с вертикальным блоком стволов. Причем еще и капсюльная:
На тот момент - вполне аутентичное оружие. Изначально еще в 1840-е такие выпускал Уильям Гринер, затем аналогичную конструкцию с характерным креплением шомпола и "короткими" замками использовал лондонский мастер Джозеф Лэнг и ряд других оружейников. Стволы у таких хауд были гладкими, но клеймились не типичным для гладкоствольного оружия принципом, а в сотых долях дюйма - калибр обычно варьировался от .56 до .65 (то есть 14,2-16,5 мм).
Капсюльные дуэльные пистолеты, фигурирующие в фильме, узнать, увы, проблематично. Их в фильме используется две разных пары.
В сцене с воспоминаниями у настоящего Яковлева - капсюльный пистолет, являющийся переделкой кремневого кавалерийского пистолета начала XIX века (такая модернизация была популярна во многих странах, поскольку позволяла "малой кровью" модернизировать уже имеющееся оружие).
Это - похоже, настоящая "сборная солянка", где, скажем, по вставкам рукоятки и спусковому крючку характерной формы однозначно читается русский кавалерийский пистолет образца 1839 года...
Курок же явно от французского "Шательро" 1822 года:
А сам замок и вовсе - не "переделочный", а именно что от кремневого русского пистолета в его изначальном варианте, только со снятыми лишними деталями (не зря видны пустые отверстия).
Револьверная капсюльная винтовка в кадрах была, по утверждениям съемочной группы, "приобретена в очень плохом состоянии и восстанавливалась самостоятельно":
Довосстанавливались, похоже, так, что узнать ее проблематично. Впрочем, видные на одном из кадров капсюли, указывающие на радиальное расположение брандтрубок, позволяют сузить круг поисков.
И вот тут, как говорится в Интернете, моя пятая точка не просто воспламенилась, а вынесла меня на орбиту реактивной тягой. Такое чувство, что им досталась действительно ОЧЕНЬ некомплектная винтовка Норта-Скиннера 1850-х годов, у которой недостающие части (включая очень характерный механизм спусковой скобы) заменили новодельной скобой, абсолютно выбивающейся из эпохи. Такие рубленые скобы "с хвостиком" в те годы просто не использовались, а у винтовки Норта-Скиннера скоба еще и связана со сложным механизмом рычагов.
Я даже больше скажу - они умудрились испоганить действительно очень редкий образец исторического оружия. Которое сохранилось буквально штучно, и достойно места в музее, а не нескольких кадров в кино.
В сцене с наказанием Колычева солдаты используют вполне правильные "пехотные ружья образца 1844 года" - переделка на капсюльный замок кремневого мушкета, (напомню: в 1844 году императорским указом была постановлена полная переделка армейского оружия на капсюльный замок, а со следующего года выпускалось уже сделанное изначально капсюльным "пехотное ружье образца 1845 года"):
Самодельное по сюжету кремневое ружье - действительно самодельное. Причем сделали его достаточно косоруко, поскольку при имитации выстрела актеру пришлось отворачиваться, спасая физиономию.
-----------------------------------------------------------------------