Приближались ноябрьские праздники.
6 ноября вечером нашу учебку сержантов направили в гарнизонный караул, как наиболее мобильное и дисциплинированное подразделение. Так как наши караулы инспектировали проверяющие из штаба дивизии все курсанты были на взводе, а к своим обязанностям относились очень тщательно. Заступая на боевые посты у складов, важных объектов наши курсанты всё внимательно осматривали. На одном складе курсант, принимая пост, увидел, что на пломбе печать отпечаталась только на половину и отказался принять пост. Никакое давление проверяющего, разводящих, утверждающих, что пломба нормальная, а кладовщик, торопясь на праздничное собрание не плотно прижал печать, не произвело впечатление, и курсант остался непреклонен.
Подразделение, сдающее караул, не смогло его сдать под охрану, а наша учебка не заступила в караул на несение суточного дежурства. Проверяющие из дивизии поняли, что перестарались муштруя курсантов, всем офицерам хотелось скорее попасть домой, у многих были намечены торжественные вечера и застолья.
Самое смешное было то, что нигде не могли найти кладовщицу, опечатавшую склад. Она ушла к знакомым на праздник.
Весь график несения дежурств в карауле поломался. Курсанты веселились, на посты никого не поставили, караул не приняли, сколько будет эта ситуация продолжаться никто не знал. Всё это время шли активные поиски пропавшей кладовщицы.
Мы должны были заступить в караул в 18.00. Кладовщицу же нашли только около 23.00 на банкете у друзей.
Сколько было сказано “тёплых” слов невозможно сосчитать… Пока её привезли на машине в караул, объяснили ситуацию, съездили за пломбами и печатью, прошло ещё время. Пост был сдан и принят только в районе 24.00.
Офицерский состав добрался до праздничных столов только далеко за полночь.
До перепроверялись!..