«Высокочтимые господа из академии!
Вы оказали мне честь, призвав подготовить для академии сообщение о былой моей обезьяньей жизни»
Это рассказ о том, как обезьяна, столкнувшись с жизненными трудностями, стала человеком?!
Знакомый сюжет?
Да, однозначно.
Это эволюционная теория Дарвина. Обезьяна эволюционирует в человека. От менее развитого существа к более развитому.
Но так как это мир Франца Кафки, то этот процесс здесь описан как в кривом зеркале. Если обычно эту часть эволюции (от обезьяны к человеку) мы рассматриваем однозначно как прогресс, то здесь тот же процесс похож на деградацию.
Потому что, во-первых, обезьяна была счастливее человека. Во-вторых, обезьяна до конца так и не становится человеком. И, в-третьих, человек ничем не лучше, чем обезьяна. А если точнее, то люди, описанные в этом произведении, хуже обезьяны. То есть с одной стороны, обезьяна превращается в человека, а с другой стороны, она при этом скорее деградирует, чем развивается.
Обезьяна была ранена, поймана охотничьей фирмой и посажена в клетку на корабле.
«Я сидел скрючившись, подогнув колени, уставившись в ящик от нежелания, вероятно, кого-либо видеть, а рёбра клетки упирались мне в зад»
«Упираясь лбом в этот ящик, можно только подохнуть. И если у Хагенбеков обезьянам полагалось упираться лбом в ящик – значит, я перестану быть обезьяной. Простой и красивый ход мысли, который я, должно быть, выносил в животе, ибо обезьяны думают животом»
Оказавшись в трудной ситуации, обезьяна видит для себя выход в том, чтобы перестать быть обезьяной, и начинает подражать людям.
«Вообще-то, в самих этих людях не было ничего такого, что бы меня прельщало. И будь я поклонником упомянутой свободы, я бы наверняка предпочёл океан тому выходу, что маячил мне в сумрачных взорах этих людей»
То есть подражать людям обезьяна начинает не из симпатии и восхищения, а исключительно чтобы «найти выход» из клетки.
«Ничего подобного не достиг бы я, если бы продолжал упорно держаться особенностей своего происхождения, воспоминаний юности. Как раз отказ от какого-либо упрямства был тем высшим заветом, которому я следовал; я, свободная обезьяна, подчинился этому игу»
«Если в самом начале моего пути возвращение к прошлому, пожелай этого люди, напоминало бы марш через отверстые врата, которые само небо распростёрло над землею, то по мере моего вдохновляемого плетью развития врата становились всё ниже и уже…»
То есть, сравнивая свою жизнь обезьяны, с жизнью, которая предстояла ему в виде человека, вроде бы как чувствуется сожаление о былой жизни обезьяны: это врата, который становились всё уже и уже и в них крайне сложно пройти назад. Если же мы однозначно улучшаем своё положение, то нам не хочется возвращаться назад.
«Намеренно не говорю: свобода. Не об этом великом чувстве свободы идёт речь. Как обезьяне, оно мне, может быть, и было доступно, и я знавал людей, которые по этому чувству тоскуют. Что ж до меня лично, то я в нём никогда не нуждался, ни тогда, ни теперь»
То есть у обезьяны была свобода, а у человека ее нет, и даже нет в ней потребности. Лишь некоторые из людей тоскуют по этому чувству.
Складывается впечатление, что обезьяна, как существо, счастливее человека.
Становится ли обезьяна человеком? Не совсем понятно, автор нам прямо этого не говорит. С одной стороны, обезьяна разговаривает, логично размышляет, учится, преуспевает в человеческом обществе и ведёт образ жизни человека. С другой стороны, в ней остаются обезьяньи черты.
«моя, мол, обезьянья природа всё ещё даёт о себе знать, ибо я охотно снимаю штаны при гостях, чтобы показать, где и как вошла в меня пуля… Ибо есть у меня, есть право снимать штаны перед каждым, когда захочу; и нет там ничего такого, кроме ухоженной шерсти и шрама…»
А вечером дома обезьяну ждёт «моя изящная, отчасти дрессированная шимпанзушка»
Обезьяна не становится однозначно человеком. Она приобретает некоторые черты человека, но не все. Тем не менее она успешна в обществе людей. Обезьяна вызывает больше уважения и восхищения, чем люди, которым она подражает.
Я уже ранее писала, что существа между человеком и животным, или люди с неполным набором человеческих черт, встречаются в нескольких произведениях Франца Кафки. К вопросу, что это значит, я вернусь позже.
Итак, пойманная, раненая обезьяна, оказавшись запертой в малюсенькой клетке, решает, что, чтобы выбраться из этой клетки, ей нужно перестать быть обезьяной. И она начинает подражать людям.
«Я, как мне потом рассказывали, вёл себя непривычно тихо, из чего заключили, что я либо скоро помру, либо, если целёхоньким выйду из кризиса, окажусь весьма способным к дрессуре. Я из кризиса вышел целёхоньким. Глухие рыдания, болезненный раздёр себя при поиске блох, унылое обсасывание кокосового ореха, простукивание ящика головой, ощеривание, если кто-нибудь подходил ко мне слишком близко, - вот были первейшие мои занятия в новой жизни. И за всем этим одно чувство: безвыходности»
«Нет, я не желал свободы. Только бы отыскать выход; справа, слева, где угодно; никаких других требований я не ставил…. Только бы выбраться отсюда, только бы выбраться! Только бы не эта припёртость руками и ногами к стене»
«Теперь-то я понимаю, без внутренней уверенности в себе мне бы никогда не выбраться»
Оказавшись в сложной жизненной ситуации, обезьяна принимает решение, ставит себе цель, стремится к ней и достигает цели. Обезьяна вызывает уважение к себе.
А что же нам рассказано про людей, одним из которых нужно было стать обезьяне, чтобы выбраться из клетки?
«Было так нетрудно подражать этим людям. Плевать я научился уже в первые дни. Мы взаимно плавали друг другу в лицо; разница состояла лишь в том, что я потом вылизывал своё лицо, а они своё нет. Трубку я стал курить как старый шкипер…»
«И к чести учителя, он на меня не сердился; да, он осаживал иной раз свою зажжённую трубку мне в шерсть, куда мне было не дотянуться, но потом сам же и погашал тление своей могучей доброй рукой»
Что значит быть человеком? Плевать, не разбирая куда, курить, пить алкоголь, тыкать зажжённой трубкой…
«Самым большим испытанием для меня оказалась бутылка со шнапсом. Запах меня изводил; я боролся с собой изо всех сил; но понадобились недели, чтобы привыкнуть. Странным образом, к этим моим усилиям люди отнеслись с большей серьезностью, чем к чему-либо ещё во мне»
Но и в этом обезьяна преуспела. Долго глядя, как пьют люди, научилась выпивать также как они. Однажды, повторив всё в точности за своим учителем, и:
«выдохнув вопль, меня переполнявший: «Опля!» - крикнул я человеческим голосом и с этим криком прыгнул в толпу, где эхом раздалось изумление: «Гляньте-ка, да он заговорил!»
Из всего описанного складывается впечатление, что, становясь человеком, благодаря своей целеустремленности, обезьяна скорее деградирует, чем развивается.
Когда обезьяна была доставлена в Гамбург, её передали дрессировщику. Перед ней был выбор: либо варьете, либо зоосад.
«И я не колебался. Я сказал себе: напряги все свои силы, чтобы попасть в варьете, это – выход; зоосад – всего лишь ещё одна клетка; попадёшь туда – сгинешь.
И я, господа, стал учиться. О, лучше всего учатся те, кому это нужно; те, кто ищет выход; вот тогда учатся беспощадно»
Таким образом, целеустремленная обезьяна достигла «образовательного уровня среднего европейца» и попала в варьете.
«положение моё на всех больших сценах в варьете всего цивилизованного мира совершенно неколебимо»
По вечерам у него всегда представления.
«Руки в карманах брюк, на столе бутылка вина, я полулежу, полусижу в кресле-качалке и поглядываю в окно. Придёт кто в гости, приму как полагается. Мой импресарио дожидается в прихожей, стоит мне позвонить в колокольчик, он войдёт и выслушает мои пожелания. По вечерам всегда представления, успех у меня такой, что превзойти его невозможно»
То есть, обезьяна добивается всех поставленных целей. Она не просто выбирается из клетки, но и достигает успеха в обществе людей.
Последний абзац:
«В целом я достиг того, чего желал. Не следует думать, что игра не стоила свеч. Впрочем, людское мнение меня не интересует, я хочу только содействовать знанию, делиться опытом, вот и с вами, высокочтимые господа из академии, я им поделился»
Вот такой вот селф-мейд-мен, так сказать. История успеха.
Особенно любопытно, что Франц Кафка про людей таких историй успеха не рассказывает. А про обезьяну вот, есть. И еще любопытно, что причины успеха обезьяны, описанные в этой истории, можно сказать, шаблонные: стремись, ищи возможности и всё получится.
Обезьяна получает свой успех вопреки всему, наперекор судьбе и обстоятельствам. А люди, которых описывает Кафка, никогда ничего не могут добиться, потому что они лишены тех черт, которые здесь даны обезьяне.
И кстати, ни один из людей-героев Франца Кафки не имеет изначально настолько бедственного положения, как эта обезьяна (раненная обезьяна в малюсенькой клетке в мире людей). И тем не менее обезьяна достигает успеха, а люди Франца Кафки, как правило, гибнут.
Эта обезьяна – полная противоположность героям-людям Франца Кафки, которые являются щепкой в потоке. Их несёт поток жизни, направление которого они не определяют, и который ни к чему хорошему их не приводит. Потому что обычно Франц Кафка описывает нам «кризисных людей», лишённых сил для борьбы, не способных управлять своей жизнью. А в лице обезьяны мы видим классического человека, который в борьбе, наперекор всему получает то, что хочет.
Теперь к вопросу о том, что значат герои Франца Кафки, то ли люди, то ли животные. В ряде произведений у Франца Кафки встречаются существа, которые как бы между человеком и животным. Это произведение одно из них. Здесь обезьяна на пути к человеку, не совсем человек, но уже и не обезьяна.
Помимо этого произведения, есть еще «Лабиринт», где главный герой – это некое существо где-то посредине между животным и человеком. И Грегор в «Превращении», который был человеком, а становится паразитом-насекомым. Подробный разбор «Лабиринта» здесь, а «Превращения» здесь.
Еще в некоторых произведениях у Кафки встречаются люди, которые лишены части человеческих черт. Это солдат и осуждённый «В исправительной колонии» и помощники в «Замке». В описанных выше случаях все же описаны однозначно люди, но с урезанными человеческими чертами.
Осуждённого и солдата в «Исправительной колонии» автор не наделяет человеческими чертами. Формально они - два человека. Но их эмоции, о которых нам рассказывает Кафка, покорность и любопытство, - это черты, присущие в равной степени и человеку, и животному. А именно человеческих черт автор им не даёт.
Одна из главных, а может быть самая главная черта, которая отделяет человека от остального животного мира – это осознанность. Человек осознаёт своё существование и его конечность. Осужденный же не знает, что он осужден, не знает своего приговора, не интересуется своим положение. Не выражает ни страха, ни испуга, ни печали. Хотя бы то, что он закован в цепи, его охраняет солдат, и находится он перед машиной для казни, должно было бы ему намекнуть, что положение его не очень. Будучи уже привязанным в аппарате для казни, солдат и осуждённый начинают есть кашу из миски. Еда – вот что их интересует в момент перед казнью!
И лишь когда разрушение системы входит в финальную стадию (осужденного освобождают, а на его место ложится офицер), у солдата и осужденного появляются человеческие черты: они начинают смеяться, общаться друг с другом, заниматься друг другом, солдат помогает осужденному. Они становятся людьми, в привычном для нас понимании. Подробный разбор в «В исправительной колонии» здесь.
Помощники из «Замка» по описанию очень похожи на пару домашних собак, скорее даже щенков. Они постоянно рядом с К., не оставляют его, но толку от них никакого нет. Они как будто бы крутятся под ногами и лишь мешают. Ночью один из них забирается в постель к К. и Фриде, ровно также как может сделать домашняя собака. У них нет ни настроения, ни собственной воли, ни желаний. Когда К. их прогоняет, они остаются стоять под его окном, заглядывая в окно и надеясь, что их впустят назад. Ровно также как делала бы домашняя собака, если бы ее выставили за дверь.
Но когда они расстаются с К. окончательно, у них появляются человеческие черты. Они понимают, что не хотят быть с К., оформляют в замке своё увольнение, один из них любит Фриду и остаётся с ней… И когда К. спустя недолгое время после их расставания встречает одного из помощников, они оказываются равными, чего не было пока помощники работали у К. Подробнее о помощниках из "Замка" здесь
Солдат и осужденный из «В исправительной колонии» и помощники в «Замке» - это не главные герои этих произведений, а второстепенные. Они находятся рядом с главными героями, которые являются кризисными людьми: офицер в «Исправительной колонии» и К. в «Замке». И пока второстепенные герои находятся рядом с главными героями, кризисными людьми, в сфере их влияния, они лишены части человеческих черт. А когда они расстаются с кризисным человеком («В исправительной колонии» офицер погибает, а солдат и осужденный возвращаются в город, а в «Замке» К. прогоняет помощников), утраченные человеческие черты к ним возвращаются.
Весь этот цикл статей посвящен тому, что люди, которых описывает Франц Кафка, – это люди не способные на созидание и не способные на борьбу. Я их называю кризисные люди, в том смысле, что люди, описанные Кафкой, переживают кризис своих творческих сил. Они не могут созидать мир вокруг себя. Так вот, если у человека отнять его созидательные творческие способности, то он существенно приближается назад к животному миру.
Способность созидать и творить – это одна из черт, которые выделяют человека как какое-то особенное существо из животного мира. И соответственно, если этой черты у человека больше нет, он становится гораздо ближе к животному. Вероятно, поэтому некоторые персонажи Кафки лишены человеческих черт. Как бы символизируя этот переход назад от человека к животному.
Как я уже писала в самом первом обзоре, у Кафки описан не только кризисный человек, но и мир кризисного человека и другой некризисный мир. Подробнее здесь. Подробно описан почти всегда только человек, но достаточно часто мы можем увидеть и мир этого кризисного человека и другой некризисный мир.
Как это видно? Например, в ряде произведений, когда погибает главный герой, кризисный человек, как в Приговоре, в Превращении, в Исправительной колонии, в Голодаре, мир либо не замечает этого, либо остается равнодушен к этому, либо людям в этом оставшемся без кризисного человека мире становится лучше. Я подробно это описываю в обзоре на каждое из этих произведений. Это признак того, что есть иной мир, который не является миром кризисного человека.
В то же время в ряде произведений мы также видим, что есть и мир кризисного человека. Мир, который уйдет с уходом кризисного человека (как в Превращении), или же кризисный человек уйдет следом за своим миром (как в Голодаре и в Исправительной колонии), не будучи способным принять иной, не свой мир.
Так вот возвращаясь к утрате человеческих черт. Главные герои, которые лишены части человеческих черт (как в Лабиринте и Превращении), так и не получают назад своих человеческих черт. Произведение заканчивается, а они либо гибнут, либо так и остаются между миром человека и миром животного.
А вот второстепенные персонажи, когда уходят из зоны влияния кризисного человека, они возвращаются в другой некризисный мир и обретают назад свои человеческие качества. Это как бы символ того, что не весь мир кризисный, а лишь тот, что связан с кризисным человеком. А весь остальной мир – у него всё в порядке, у него есть будущее. Поэтому второстепенные герои, выпадая из зоны влияния кризисного человека, попадают в некризисный мир, мир с будущим, и поэтому к ним возвращаются их человеческие черты.
Согласны или не согласны? Пишите в комментариях! Обсудим!
И не забывайте подписываться на канал, продолжение следует!
Следующее произведение, которое я разберу подробно - это "Сон", сон о смерти... Подробный разбор здесь.