Я варила щи на обед, когда услышала, что открылась входная дверь. Так и замерла с горячей крышкой в одной руке и супомешалкой (большой ложкой) в другой. Никого не ждала! Антон уехал на работу до позднего вечера, старший сын придет только в 12:35 на обед, а муж всегда обедает на работе.
И тут - на тебе! Не закрыла за младшим дверь и в неё вошли! И молчат. Я тоже молчу. Держу крышку. Думаю, если что, ей и буду обороняться. Она горячая и на ней навар... Нас разделяет квадрат санузла.
- Кто там?!- меняя тембр грубо спрашиваю я.
- Проверка внеплановая, - отвечает мне голос мужа.
Я закрываю суп, кладу супомешалку и иду встречать.
- Чего это ты?
- По рабочим делам ездил и решил заехать на обед. Тем более вот она, моя сумка с обедом, - дома осталась...
- Здорово! Мой руки, скоро суп будет, - приветственно целую мужа и удаляюсь в свое царство поворёжек и кастрюль.
Покормила мужа. Через полчаса старший сын пришел. Посмотрела, как сначала один, потом другой мурчали в тарелку, живо работая ложками.
Все ушли на работу. Сижу на диване. На плите греется вода для мытья посуды. У нас на неделю отключили воду горячую. Гидравлика какая-то. Отчасти мой муж этой гидравликой командует, а я до сих пор знаю это определение только как "отключение горячей воды на неделю". Как и все женщины считаю это безобразием и каждый год показываю кулак то мужу, то крану, из которого не течет горячая вода.
Изнеженная я, избалованная. Знаю. Можете меня ругать.
Так вот, все ушли, а я сижу на диване после звонка моего онколога.
- Ирина Павловна, я переговорила со всеми, с кем только могла. Но порт-систему ставят только при госпитализации на химиотерапию. Для гепатотропной не могут поставить. Пробуйте внутримышечно колоть. Ну или через катетер.
- Катетер у меня стоит 5 дней, потом тромбируется. Гептрал работает в моем случае только через медленное внутривенное введение. Я сейчас принимаю 3 гепатопротектора в таблетках. Уже полгода. Не помогает. Мне нужна постоянная капельная терапия которая будет идти параллельно с таргетной. Иначе мне остаётся... Если я снижу трансаминазы через катетер, чтоб вы могли мне выдать ксалкори, то через 5 дней, когда катетер снова затромбируется, мои трансаминазы опять взлетят.
- Я все понимаю, - с сочувствием сказала доктор, - но я ничего не могу больше сделать. Вы обращались к зам главе республики по здравоохранению, Вам придет такой ответ...
Сижу. Сердце в груди неровно бьётся. Держу в руках телефон с погасшим экраном и смотрю на него с глупым видом.
Что же мне делать?
Рак лёгких поддается лечению и мне стало объективно лучше. Но из-за высоких показателей печени мне не выдают мой препарат. И я уже 4 месяца почти не лечусь.
Завтра будет КТ.
Нет, я не злюсь нисколько на моего онколога. Она на самом деле очень хороший, участливый врач и человек. Это система. Да, жизненно важные показания есть, но ничего не поделаешь. Не положено.
Время идёт. Мне становится хуже. Снова появился кашель и одышка.
Просила сделать платно, - тоже не имеют право.
Что ж, поеду в Питер. Там сделают платно в МИБС. Лишь бы прижился.
Мой ум и глаза плачут, сердце заходится в аритмии. А что-то, что гораздо более глубокое и вечное внутри меня ищет Господа. И я не знаю почему, но в душе смирение и мир.
Буду делать то, что должна. Просить Бога, чтоб показал мне, какой путь Он мне открывает. И действовать. Конечно, действовать.
Мне кажется, что я завтра узнаю о состоянии своего здоровья ещё больше. Ведь завтра меня снова просветят насквозь.
Господь, не моя воля, а Твоя да будет. А я буду делать то, что должна.