Россия, может, в результате проб и болезненных ошибок, выбрала верную и эффективную линию поведения. От стратегии захвата Киева наша спецоперация вошла в фазу пошагового разгрома врага. Чего не увидели многие?
Кое у кого ещё несколько месяцев назад были настроения из серии "шеф, всё пропало". В это связи ведущая программы "Не могу молчать" Елена Афонина вспомнила разговор с депутатом Госдумы Анатолием Вассерманом. Беседа состоялась в самом начале февраля, ещё до признания Донбасса и начала спецоперации.
Провести операцию по принуждению к миру
Интересно, что во время той встречи Анатолий Александрович отметил, что "признание республик Донбасса самостоятельными государствами автоматически означает исчезновение Минских соглашений", которые ещё как-то сдерживали киевский режим.
Германия и Франция перестанут протестовать против дальнейших шагов Киева по превращению русского большинства граждан Украины во что-то антирусское. Поэтому, до тех пор пока Киев не вернётся в Россию, народные республики останутся в статусе непризнанных,
— предположил Вассерман. Несмотря на то, что на территории Донбасса уже проживает почти миллион граждан России, наша страна не может ввести миротворцев, потому что они вводятся по согласию обеих сторон конфликта. Но мы можем провести "операцию по принуждению к миру", как было с Грузией в 2008 году.
Ещё одну очень интересную мысль Анатолий Александрович озвучил, комментируя ситуацию с сжимающимся вокруг наших границ кольцом НАТО и продолжающейся накачкой Украины вооружением. Понятно, что просто по щелчку пальцев всё это напряжение не разрулить, считает Елена Афонина.
Ещё никому не удалось предугадать заранее, каким именно способом Россия улучшит свои позиции в борьбе с теми, кто хочет их ухудшить. Я тоже не берусь предсказывать, что будет сделано. Могу только сказать, что нынешняя череда переговоров с коллективным западом о том, когда именно он исполнит предъявленные нами условия обеспечения нашей безопасности, демонстрирует абсурдность Запада,
— уверен Вассерман. Всё это показывает, что наши оппоненты недоговороспособны. А поэтому мы можем делать то, что считаем нужным, не оглядываясь на их мнения и желания. А что мы считаем нужным — никто не знает.
Владимир Владимирович, помимо всего прочего, известен тем, что его действия ещё никому не удалось предсказать, — напомнил Анатолий Александрович. — Хотя пытаются многие. Но проблема в том, что бо́льшая часть предсказателей меряют по себе. Главное, что мы не располагаем теми потоками информации, что поступает к президенту. Тем более что часть из них засекречена. Я, например, давным-давно не пытаюсь предсказывать действия Владимира Путина, я только отмечаю в спорных обстоятельствах, что каждый раз, когда мне казалось, что Путин ошибся, дальнейший ход событий показывал, что ошибся я.
Елена Афонина: Со дня той беседы прошло более трёх месяцев. Чего опять не увидели многие и в чём наш президент снова оказался прав? Мы дозвонились до Анатолия Вассермана и спросили: Путин опять переиграл Запад?
Теория всегда подскажет попутный ветер
Анатолий Вассерман: Он руководствуется хорошими теориями. Ещё философ Луций Сенека сказал: для того, кто не знает, куда ему плыть, не бывает попутного ветра.
Так вот, теория как раз указывает, куда плыть. И, насколько я могу судить, наш президент руководствуется в основном хорошими работоспособными теориями. Тогда как на Западе сейчас принято считать, что теория вообще никому не нужна, максимум, нужна обширная практика, а как эту практику без теории осмысливать, такой вопрос вообще задавать не положено.
Так что, я думаю, дело не только в достоинствах нашего президента, но и в недостатках тех, кто ему противостоит. Причём недостатки это не личностные, а концептуальные. То есть противостоящие ему люди попросту не знают, что и как им надо делать.
Американские интриги против нас и американские интриги против Европейского союза начались далеко не вчера, они насчитывают уже десятилетия.
Я не знаю, что президент точно знал о состоянии экономики Запада, но он несомненно чувствовал, что, когда они влезут в драку с нами, им будет хуже, чем нам.