Юный алхимик с досадой закусил губу, на столе расколотый с почерневшими краями лежали осколки аквамарина. Они напоминали сейчас зазубренные хребты гор, прикоснёшься и поранишься. Это был последний целый камень. И в голове набатом, как приговор зазвучали слова учителя. "- Поймать время невозможно. Оно неумолимо, его можно измерить, услышать и увидеть, но остановить...Это немыслимо! Это против всех законов! Ученик упрямо поджимает губы, и с твёрдой убеждённостью почти с вызовом отвечает: - Я смогу. Учитель обречённо вздыхает, понимая, что переубеждать ученика бессмысленно, и оставляет, шурша длинными одеяниями. Глеб морщиться, а в груди неприятно тянет. Ему хотелось бы услышать другое." Перед ним стоит самодельный аппарат, Костя сосредоточенно рассматривает осколки, и выбирает наиболее крупный. Он вставляет его в металлическую пазуху между двумя круглыми янтарными пластинами от которых них тянутся красноватые медные проволоки, концы которых опущены в воду. Поток, постоянно текущий свер