Мы поговорили с девушками-комиками из Воронежа о том, с какими трудностями им приходится сталкиваться на сцене и вне ее. Своими мыслями поделились Евгения Павленко, Анна Япрынцева, Анастасия Веневитина, Наталья Силаева, Юлия Паршина и Анастасия Алексеева. Меры предосторожности: людям, страдающим аллергией на слова с содержанием корня ФЕМ, текст к прочтению не рекомендуется.
Почему ты решила заняться стендапом?
Анна Япрынцева: Я какое-то время играла в КВН в университете, но с ним не заладилось, а продолжать что-то делать в юморе хотелось. Это было почти три года назад, я впервые пришла на открытый микрофон в «Пуаро». Но тогда это было скорее как замена КВНу, нежели осознанный выбор стендапа. Сейчас, после большого перерыва (практически два года), я вернулась к выступлениям, интересно сравнивать. Поменялось отношение к жанру, во многом состав комиков на микрофонах, да и я сама.
Анастасия Веневитина: Всегда чувствовала тягу к сцене. Возможно, она вылилась из семейных просмотров КВН, у нас это вроде как традиция. Мне с детства нравилось веселить людей. У меня даже был блокнот, в который я выписывала смешные шутки. Кто-то из родственников разучил со мной пару матерных песен, это был мой коронный номер в детском саду. А бабушка как-то привезла мне с моря не ракушки, а сборник анекдотов, чтобы вы понимали.
Анастасия Алексеева: НАЧИНАЛА заниматься я много раз. Объясню, как это происходило: я приходила, выступала (допустим, несколько месяцев), после чего пропадала так же на несколько месяцев. Последний раз меня не было год.Из вышеперечисленного, выливается, скорее, другой вопрос: «Почему я ВОЗВРАЩАЛАСЬ?». Вообще, я человек, который быстро чем-то или кем-то увлекается и так же быстро теряет к этому интерес. Так же, я думала, будет и с комедией, но по каким-то причинам меня постоянно тянуло обратно. И не потому, что сейчас это стало «модно» или с этим стало проще, нет, я поняла, что мне попросту не хватает, физически плохо!
Наталья Силаева: Еще в студенчестве хотела заниматься юмором, но я люблю очень учиться – сам процесс, поэтому выбрала учебу. Потом решила наверстать, сначала со Школой Импровизации, потому что это школа)). А потом Сергей Нерсесьян (руководитель проекта) сказал, что мне стоит попробовать заняться стендапом для того, чтобы набить руку в юморе, так и для того, чтобы понять «зайдет» ли там мой образ.
Как отреагировали знакомые на твое решение выступать с шутками?
Евгения Павленко: До того, как начала выступать, я никому не сообщала о своем намерении выходить на сцену с шутками. Просто взяла и сделала. Я не знаю, как знакомые отреагировали. Я просто старалась никому не говорить и не говорю по сей день. Все узнают по слухам и через Интернет.
Анна Япрынцева: Друзья поддерживают, иногда приходят на микрофоны и даже садятся за первые столы, героически принимая все вопросы от ведущего.
Анастасия Веневитина: Родители никогда не ограничивали меня в выборе увлечений, но никогда особо не поддерживали. Главное, чтобы учиться успевала. Реакция была уже после, когда я попала в ТВ-проект. После этого я скрываю все свои выступления. Родители может и смотрят, но ничего мне не говорят. В живую не видели меня на сцене ни разу. И, думаю, я приглашу их на концерт еще не скоро, когда буду сама готова. Друзья относятся как-то нейтрально. Ходить ко мне на открытые микрофоны им давно надоело.
Анастасия Алексеева: Для всего моего окружения я «играюсь», потому как, если я вдруг по неосторожности зарекнусь про возможность сделать это «делом жизни», в ответ жалостливые улыбки, мол, «Дурочка, пора бы повзрослеть». И не потому, что они какие-то не такие, просто они ДРУГИЕ, это надо понимать! Да вообще во всем люди начинают судить друг друга, не взяв во внимание тот факт, что перед ними не их копия, а абсолютно другой человек. Кстати, родители недавно узнали про это, хотя занимаюсь (если можно так сказать) этим давно, но я с ними не живу, поэтому, им как-то все равно. В общем, для окружения, как я уже сказала, я «играюсь», и пусть, главное, что эта «игра» помогает мне.
Наталья Силаева: Многие знакомые очень поддержали, поскольку они и сами занимаются стендапом. На первом выступлении даже было менее страшно, чем могло быть, потому что была мощнейшая группа поддержки.
Юмор можно делить на мужской и женский?
Евгения Павленко: Смотря по какому критерию различать мужской и женский. Я в таком разделении вижу их как стереотипно милый женский и жесткий, местами мерзкий – мужской. Если так, то я отношусь скорее к мужскому юмору, чем к женскому. Очень часто сталкиваюсь с тем, что, когда шучу, мне говорят: «Жень, ты же девочка. Девочки так не шутят». Иногда я прогибаюсь под такими мнениями и оставляю подобные попытки пошутить.
Анна Япрынцева: Мне кажется, нет четких границ, есть различия в аудитории, для которой комик рассказывает, но тут гораздо больше категорий, чем мужское/женское.
Анастасия Веневитина: Мне кажется, это деление появилось, «благодаря» мужчинам-сценаристам, которые запустили на ТВ первое «женское» шоу. Они написали шутки на определенные темы, которые могли бы понравиться дамам (мужья, дети, быт). Так что, на мой взгляд, «женский» юмор так называется, потому что пишется на угоду стереотипной аудитории, а не потому, что указывает на тех, кто его генерирует.
Юлия Паршина: Думаю, нет, по крайней мере, я не разделяю. Конечно, в комедии больше парней, но сейчас и девочек немало, и они шутят на хорошем уровне. Думаю, чувство юмора есть у человека, независимо от пола.
Наталья Силаева: Мужской – это когда мужчина на сцене, а женский - когда женщина)) Я часто смотрю мужские выступления и мне они кажутся грубыми и агрессивными, а потом натыкаюсь на таких же женщин и думаю: «А, ну понятно, дело в людях». По сути, инструменты создания юмора у всех одинаковые. Можно, конечно, давить на какие-то женские особенности или мужские особенности, но это просто один из приемов, как подчеркивать то, что ты старый/тупой/холостяк (или всё вместе, угадайте комика). Смешнее станет, но только в том случае, если правильно использовать эти стереотипы.
Есть стереотип, что девочки-комики со сцены рассказывают только об отношениях. Это так? О чем обычно твои монологи?
Евгения Павленко: Отношения – это уже скучно. Каждый уже обшутил это 300 раз. Ну хватит. На самом деле, все говорят про отношения. Просто процент девушек в стендапе меньше, от этого и легче сформировать такой стереотип.
Мои монологи обо всем. Что увижу, что захочу рассказать.
Вообще стендап – это не про монологи. Я считаю, не нужно замыкаться только лишь на них. Можно и нужно пробовать все, что тебе придет в голову, тогда стендап станет более интересным и разнообразным и перестанет сводиться к «говорящей голове».
Анна Япрынцева: Думаю, все началось с Юлии Ахмедовой. Когда на ТНТ запустили проект, у нее был четко выстроенный образ, чтобы привлечь определенного зрителя. после нее многие начинающие девушки-комики брали за основу этот образ. Стендап – это про то, что тебя окружает, волнует, твой жизненный опыт. Не только девушки затрагивают тему отношений, кто-то и правда делает ее основой, но тут уж Бог судья. Лично у меня нет какой-то конкретной темы, все решает интерес и желание говорить про что-то. Этим и хорош жанр, если не брать телевизионный стендап, то нет никаких границ, только внутренний ценз.
Анастасия Веневитина: Мои монологи о том, что меня волнует. В силу того, что я молодая и испытываю определенные потребности, об отношениях я не могу не говорить. И вообще, мне кажется, эта тема волнует абсолютно всех. Мужчин, возможно, даже больше. Странно, что никто не предъявляет тем парням, которые каждый монолог говорят о своих сексуальных похождениях. Типа, если парень шутит об этом, он крутой, а если девушка, то у нее обязательно ограниченный набор тем и в придачу недотрах, как диагноз. Это мне непонятно. Ну и важно помнить, что отношения – это не обязательно только про мужчину и женщину. Это про всех, кто нас окружает и о том, кто внутри нас.
Анастасия Алексеева: Возможно потому что нам с молоком матери и общественным мнением привилось, что ты ДОЛЖНА быть женой, ДОЛЖНА быть матерью и прочее «ДОЛЖНА». И уже неосознанно для нас это становится одной из самых важных тем. Кстати, поэтому я стараюсь про отношения вообще не рассказывать, ну кроме тех случаев, когда прям ох как не хорошо поступили с тобой и ты такая: «Хаааа тут то я и отыграюсь». Рассказала и полегче.
Наталья Силаева: Да, у меня тоже монологи об отношениях. Первый, например, об отношениях с мамой. Еще было про отношения с собакой, с коллегами и с российским кинематографом. От мужчин про отношения можно услышать не меньше, чем от женщин. Тут, скорее, «у кого что болит». Все очень просто: нет отношений – нет монологов про них. Весь стендап, как бы, и строится на отношениях с внешним миром, просто у некоторых противоположный пол – единственная с ним связь.
Чувствуешь ли ты, что к девочкам-комикам по-другому относятся зрители, персонал заведения, другие комики?
Евгения Павленко: Думаю, что более лояльно. Либо относятся так же, как и ко всем, либо легче принимают. По крайней мере, я еще пока не встречала такого, чтобы ко мне относились хуже, потому что я девочка.
Анна Япрынцева: Есть небольшое снисхождение от зрителей: громче похлопают, не побьют после выступления, если кого-то вдруг заденут шутки, но это скорее приятные бонусы. Пол не важен, главное – выступить смешно.
Анастасия Веневитина: От комиков не чувствую. Мне, наоборот, иногда от них не хватает отношения «как к девочке», меня всю жизнь парни воспринимают как братана, и меня это, по большей части, устраивает.
А вот от зрителей иногда чувствуется предвзятость. Вы меня поймете, если хоть раз выступали в спортивном баре перед мужиками, которым конкретно ты сейчас не даешь посмотреть футбол. Мне еще иногда кажется, что девочки в зале немного отмораживаются, когда видят меня на сцене. Я не знаю, почему это происходит. Потому что мы воспринимаем друг друга как соперниц или потому что я слишком мнительная и все себе придумала? Я люблю, когда у всех этих людей недоверие на лице постепенно сменяется одобрением, только ради этого выступаю на сложных площадках.
Анастасия Алексеева: Касательно других комиков, нет. Да и вообще в мужском коллективе мне намного легче, потому что окружение у меня, в основном, мужское всегда было и мне легче найти с ними взаимопонимание, нежели с девочками. А зрители да, к девушкам относятся более снисходительно, что ли. И это всегда видно.
Наталья Силаева: Чувствую, что относятся как к девочкам. Но я радуюсь только от этого, потому что я раньше в футбол играла с одноклассниками и все такое. Думаю любое отношение к себе можно изменить в индивидуальном порядке. Это не значит, что все вокруг думают: «О, девочка, будет шутить свои тупые шутки про отношения», такого не замечала.
Как ты относишься к тому, что ведущий объявляет тебя так: «А сейчас будет девочка, ее нужно поддержать»? Как бы ты хотела, чтобы тебя объявляли?
Евгения Павленко: Пока вообще называют мое имя, называют без ошибок и на том спасибо.
Анна Япрынцева: Сейчас, мне кажется, стали гораздо реже использовать эту фразу, это радует. Как мне кажется, просить зрителя быть более снисходительными можно к комикам, которые выступают первый раз. В остальных случаях не нужно разграничивать.
Анастасия Веневитина: Меня эта фраза немного коробит. В моем сознании она звучит скорее как «Ну потерпите немного». Как по мне, никакие вводные не нужны. Просто дайте мне выступить, зритель сам сделает выводы.
Юлия Паршина: Хорошо отношусь, у меня маленький опыт выступлений, и поддержка совсем не помешает, даже если в этом есть нотка сексизма. Пусть так и объявляют.
Наталья Силаева: Отношусь как к тому, что молодо выгляжу)) В «Stand Up» на ТНТ, когда вышла женщина, которой под 50, и её так Белый объявил, вот это да – жесть. Если серьезно, конечно, не думаю, что без этой фразы девочки такие: «Ой, нет, я не могу без поддержки выйти, до свидания». Просто создается ощущение, что не было заготовлено другой фразы, подчеркивающей, чем ты отличаешься от других комиков.
И все-таки, комик или комикесса?
Евгения Павленко: Как хотите. Для меня нет никакой разницы. Меня называли и комиком, и комикессой, и стендапершей, и стендап-комиком. Пока это относится к стендапу, то называйте как хотите.
Анна Япрынцева: Комик, даже не рассматриваю варианты. Не поддерживаю использование феминитивов в речи, мне кажется, это немного обесценивает все реальные трудности, с которыми сталкиваются девушки, ведь это просто названия профессий.
Анастасия Веневитина: Не принципиально. На слух мне не очень нравится слово "комикесса", но ничего против него я не имею.
Анастасия Алексеева: Я, как филолог, против феминитивов, потому что они уродуют язык. А слово комикесса звучит вообще как подделка, типа «Нам не хватило денег на комика, поэтому вот вам комикесса, если не приглядываться и не вслушиваться, то один в один». Я – комик.
Наталья Силаева: Феминитивы… Ну не знаю, только если ради людей, которые путают, с каким словом связывать потом остальные члены предложения. А вот это вот еще, когда «профессорша» – жена профессора. Комикесса – это жена комика или что? Не вдаюсь в такие подробности, сначала хотя бы комиком стать, а потом посмотрим. Пока что в языке нет такой нормы, как появится, свистите (оскорбила всех).
Как думаешь, девочке сложнее пробиться в комедии?
Евгения Павленко: Сложно сказать. Тут больше зависит от того, кто ты как комик, хороший или плохой. Если материал пишется хороший и подается отлично, то проблемы пробиться куда-то нет. Все зависит от твоего желания.
Но все же сложность присутствует. Мы работаем на людей, мы ждем от них реакции. А у зрителей заложены какие-то стереотипы, возможно. Они могут непроизвольно более скептично относится ко всему что мы говорим, тем самым усложняя нам продвижение.
Анастасия Веневитина: Я часто задумываюсь о том, могла бы я добиться того же, что имею сейчас, если бы родилась с другим набором половых признаков. И чаще всего прихожу к выводу, что именно то, какая я есть, мне во многом помогло. Нет, мне не делали поблажек. Просто если бы я была мужчиной, мне было бы намного сложнее выделиться на фоне остальных. Хотя часто после плохих выступлений я очень сожалею о том, что не родилась мужчиной. Мне кажется, им все проще пережить. Они почему-то всегда больше уверены в своей неотразимости. После плохих выступлений они чаще винят зал, чем себя.
Анастасия Алексеева: Да, причем даже когда я была далека от комедии, мне так казалось, сейчас я уверена. Какие факторы на это влияют не знаю, но почему-то всё, что имеет приставку «женский» не рассматривается всерьёз: женский футбол, женский стендап. Разницы нет, правила те же, играют так же, но все равно «Да это же девчонки, что их слушать/смотреть, все равно ничего дельного не будет».
Наталья Силаева: Судя по тому, сколько у нас комиков мужчин, а сколько женщин – да. Но, мне кажется, что это же еще и природа. Юмор мужчинам нужен больше, чем женщинам для выживания. Видели когда-то, чтобы девушка так рассмешила парня, что он такой: «Женюсь»? (сейчас, наверное, опять всех оскорбила)
Как ты относишься к чисто женским юмористическим проектам (Comedy Woman, Женский стендап, Фемстендап)?
Анастасия Алексеева: «Comedy Woman» брать не будем, там вообще другой формат. Рассмотрим остальные два проекта. Вообще здорово, что есть женщины, которые создают что-то «наше». Потому как я не активист, я бы не стала этим заниматься, я бы упорно пыталась пробиться исключительно в обычный стендап-клуб.
Вообще, да, хотелось бы попробовать, интересно посмотреть на каком я уровне среди «своих».
Анастасия Веневитина: Я бы поучаствовала во всех проектах, потому что очень уважаю то, что делают эти люди. Хоть я и не причастна к «Женскому стендапу», у меня есть какая-то гордость за девочек, потому что я знаю, через что они проходят. И я рада, что у них получился продукт такого качества. Может это и ложное умозаключение, но мне кажется все эти шоу теряют часть зрителей именно из-за того, что в их названии есть что-то сильно выпирающее (я имею в виду «женский», «woman», «фем»). Очень жаль. И это проблема не проектов, а зрителей.
Наталья Силаева: «Comedy Woman» мне не очень, поскольку изначально он уже стал популярным, когда такой формат устарел. «Женский стендап» мне понравился тем, как качественно сделана сама передача, как проработаны образы комиков, как снято и т.д. Да и материал понравился, посвежее как-то звучит, чем в «Stand Up» на ТНТ. Про «Фемстендап» ничего не скажу. Но в силу неопытности в стендапе, я смотрю на все эти проекты скорее как более продвинутый зритель, чем комик. Хотела бы, но до ТВ-проектов мне еще очень далеко.
Почему женщин в комедии меньше, чем мужчин?
Евгения Павленко: Девочкам это не нужно. А если они и начинают, то быстро бросают. Они больше беспокоятся о мнении окружающих. Я редко вижу, чтобы девочки на сцене что-то отыгрывали так круто, как это делают парни. Мы боимся налажать, показаться глупыми больше, чем они. Нам кажется, что кто-то так и следит за нами, чтобы потом припомнить нам наши ошибки.
Анна Япрынцева: С детства многим внушают: лучшее, что может случиться с девушкой – замужество. Получается, нужно стремиться к этому, показывать себя в лучшем свете и не дай Бог какой изъян откроется. У многих осталась эта установка, они боятся показаться смешными. Но мир меняется, девушек-комиков становится все больше, это здорово.
Анастасия Алексеева: Скорее всего, это связано с тем, что у девочек «болевой порог» стыда ниже, чем у мальчиков. Это закоренелое клише, мол, будь красивой, большего не требуется. А если люди вокруг смеются, то не над тем, что ты говоришь, а над тобой.
Наталья Силаева: Потому что у них есть более серьезные дела, а не эти ваши хихоньки-хахоньки)
У тебя есть любимые женщины-комики?
Евгения Павленко: Как не прискорбно, но нет. Я редко смотрю какие-то сольники. Меня скорее привлекают актрисы из кино, сериалов, героини книг, игр. Те, которые, вот если бы не кино, они бы точно пошли в стендап.
Анна Япрынцева: Однозначно, Челси Перетти, люблю ее еще по сериалу «Бруклин 9-9», а не так давно посмотрела ее сольник. Из российских комиков мне нравятся Ира Мягкова и Вера Котельникова.
Анастасия Веневитина: Да, конечно. Я назову несколько нетелевизионных девочек, потому что хочу, чтобы их знали и смотрели: Алина Проскура, Маша Щербакова, Зоя Куулар, Оля Карзакова, Настя Чубарова и другие. Остальных вы и так знаете. А еще очень много суперталантливых девочек есть в КВН, я мечтаю о том, чтобы они начали делать что-то свое в отрыве от команды.
Анастасия Алексеева: Дааа, могу назвать только одну, моя любовь Эми Шумер. Она мало кому нравится, а я от неё в восторге! Кстати, не нравится она, в основном, мальчикам и, возможно, потому что «как это так, ЖЕНЩИНА добилась таких успехов, ЖЕНЩИНА собирает полные залы...» и пр. Мне она нравится тем, что шутит на ЛЮБЫЕ темы и это не выглядит, как «бабское нытье».
Наталья Силаева: Старые концерты Эми Шумер нравятся. Поначалу еще нравилась Юля Ахмедова, когда все её темы были в новинку, но концерт 2019 года не слишком понравился. В «Женском стендапе» нравятся многие выступления. Я как-то заметила для себя, что скорее нравятся не комики, а отдельные их темы или шутки. А если к этому прибавляется личность, то уже и сам комик. Но для этого надо начать следить за творчеством, смотреть интервью, а это лень.
Если бы не стендап, чем бы ты занималась?
Евгения Павленко: Он стал частью меня. Мне сложно представить, что по вечерам я сижу дома. Я очень часто делаю выборы в его пользу. Если на неделе я не выступала, это плохо сказывалось на моем состоянии. Жизнь сразу становилась скучной и неинтересной.
Анастасия Алексеева: Стендап – это не мой основной доход, точнее, это вообще не доход сейчас. У меня всегда с 13 лет была подработка/работа. Поэтому отдаваться чему-то полностью я не пробовала только из-за того, что финансовый аспект для меня невероятно важен. Конечно, хотелось бы зарабатывать именно комедией, тратить время и силы только на это, повысить свой уровень, но пока ситуация заставляет желать лучшего.
Наталья Силаева: Импровизацией. Да, по сути, я ею сейчас занимаюсь намного больше. В стендапе, оказалось, надо прям шутки писать)) Если не юмор вообще, то я еще могу до истерики рисовать раскраски-антистресс.
Анастасия Веневитина: Я бы точно писала что-то свое. Вот, например, как делаю это сейчас, во время пандемии. И спасибо, что читаете!
Текст Анастасии Веневитиной
Написан 23 мая 2020 года