Поскольку как актёра его и так вся страна знает, последнее время он предпочитает позиционировать себя как музыканта. Гоша Куценко говорит, что за каждый год службы в рядах Советской армии отдал по позвонку, но, несмотря на травму, армейский опыт остается «ясной полосой» в биографии и в известном смысле профессиональным ориентиром.
– Я перед нашей встречей в поисковике набрал «Гоша Куценко, песни», выпадает больше всего номеров с песней «Война» и с песней «Господин президент». Это не одна и та же песня?
– Нет, это две разные песни.
«Войну» мы написали, когда готовились к «Нашествию» (рок-фестиваль – Е.Д.).
Когда пишешь текст и музыку, ты все равно это посвящаешь чему-то. Артисты в этом смысле честные люди. И они всегда говорят удачно, на сцене ли, в кадре ли, о том, что их по-настоящему волнует. Ну, иначе это теряет смысл.
Даже, когда за деньги что-то делаешь, это должно быть для тебя актуально.
Песня «Война», конечно, о событиях на Украине (напомню, эта беседа 2014 года!!! – Е.Д.). Но это песня антивоенная, абсолютно миролюбивая. Это песня, открывающая глаза, говорящая какими-то странными поэтическими словами о том, что там происходит. Заставляющая людей услышать и увидеть.
Нас учили когда-то, в институте театральном, как играть, вот все чувства, которыми вы владеете в жизни, начиная от зрения, слуха, обаяния, осязания, вы должны применяться на сцене.
Просто, когда тебе страшно, ты испытываешь страх. Страх подавляет эти чувства. И ты превращаешься в истуканного человека, который думает только об одном – как бы не забыть текст, и «как я выгляжу со стороны». Это то, что сейчас происходит с людьми, одурманенными этой войной (напомню, эта беседа 2014 года!!! – Е.Д.).
Я говорю о всех воюющих. И с левой стороны окопов, и с правой. Пока люди не начнут слышать, видеть, заново не научатся это делать изначально, как их учили, учили в детстве их родители, они будут превращаться в роботов дальше .
– То есть понятно, что для вас это тема близкая. Но, тем не менее, ведь точно совершенно звучат упреки в конъюнктуре.
– Сначала я написал стихи. И «Президента», и «Войну». А потом показал ребятам. И вдруг услышал, как играет гитара. Я сказал, слушай, давай рискнем сделать на это песню. И сразу же подумал: «может, это конъюнктурно?». Чёрт возьми, будет играть красивая музыка (у меня молодые музыканты, там рифы такие прикольные). Я подумал, ничего себе, а, если зазвучит такая музыка? И ответил себе, плевать. Я написал резкий припев. И мы попробовали играть.
– Вы родились в Запорожье, учились во Львове. Служили, кстати, срочную там же, насколько знаю?
– Да, меня забрали в армию из Львовского политехнического института.
Ротный нам постоянно твердил, что армия - это самое прекрасное время в нашей жизни. Мы ему не верили, но так и оказалось. Это ясная полоса!
– Думаю, если бы вам кто-то сказал, когда вы служили в Советской армии, что когда-нибудь Украина с Россией будут противостоять друг другу (напомню, эта беседа 2014 года!!! – Е.Д.), ну, не поверили бы; скорее бы в то, что марсиане высадились.
– Да. Я думаю, что здесь нет ни наших, ни ваших. Здесь есть один человек. И всегда на войне есть один человек.
Я вас уверяю, один человек. Когда речь идет о гражданских войнах, то там один человек…
Мое нынешнее звание — старшина запаса. Армию помню хорошо: служил связистом в городе Черновцы – бегал по полям с катушкой, и как-то даже в прорубь провалился. С 1985 по 1987 год два года отслужил, и за каждый год отдал Родине по позвонку – была травма тяжелая.
Когда мы снимали «Любовь-морковь-З», все армейские поговорки сразу вспомнил.
Многое взято из моих воспоминаний, например, момент построения в офисе. Походка персонажа, его манера общаться…
Но я считаю, что армия меня облагородила. Если мне надо сыграть образцового, героя, то вспоминаю себя в армии. Я ведь в годы службы вступил в компартию.
Ну что, я был таким, правильным до невозможности.
*******************
Позднее, в одном из радио-интервью (радио «Голос России») мой визави вернулся к теме своей армейской службы, кое-что повторив слово в слово:
– Помню как сейчас... Служил я с 1985-го по 1987 год. Ротный нам постоянно говорил, что армия - это самое счастливое время в нашей жизни. Ведь правда! А мы не верили... Когда снимали фильм «Любовь-морковь-З», за помощью к интернету не пришлось обращаться - сто поговорок армейских сразу пришло в голову. Многое, что вошло в картину, взято из моих воспоминаний о службе, в том числе момент построения в офисе. В этом фильме я вставлял какие-то армейские поговорки, например, к этому относится «едрёна-матрёна».
Многие моменты для роли брались из опыта прошлых лет, когда служил. Походка, манера общаться, гонор... Многое, очень многое.
Моё воинское звание - старшина запаса. В армии я был связистом - бегал по полю с катушкой, даже как-то раз на учении в прорубь провалился. Всего два года отслужил, но успел получить травму - отдал Родине два своих позвонка... Но то была другая армия.
Считаю, что наша армия будет хотя бы отчасти такой, которая была «моей», когда дети генералов и чиновников будут служить. Когда сын высокопоставленного папаши пойдёт в строй в солдатском бушлате, тогда и я своего сына отдам.
Армия, в которой в своё время служил сам, запомнилась на всю жизнь. Это любовь моя, ясная полоса! В хорошем смысле слова...
Сейчас армия - это профессия. При сегодняшней обстановке она не просто должна, а обязана быть профессиональной, военнослужащие обязаны качественно выполнять поставленные задачи.
Ну и какая же служба без воспоминаний о портянках? Вот и у меня даже мозольки есть на ногах с тех пор, когда портянки учили наматывать.
После начала Z появился ТК МОЛЧАНИЕ И ГНЁТ в коем досталось и актёру в том числе:
У Гоши Куценко хорошо выходят роли брутальных персонажей, в том числе и военных (дилогия «Параграф 78», «Снайпер: последний выстрел», «Балканский рубеж»). Но в жизни актер, видимо, совсем другой, если судить по тому молчанию, которым он обходит спецоперацию на Украине. Впрочем, ситуацию с отъездом некоторых своих коллег он все же прокомментировал, по сути, призвав вывести творческих людей из политической повестки: «Артисты — люди, которые многое воспринимают не только рациональной частью своей, а по преимуществу своим эмоциональным центром… Съемочная площадка — это не поле битвы, здесь нет врагов, наших и не наших. Кино, искусство умеет сплачивать, как бы наивно это не звучало», – заявил он. Но разве можно в такое время быть вне политики?