Машу сегодня выписывали из больницы. Как же она устала. Последние пару лет ее жизни превратился в какой-то кошмар. А о последних 6 месяцах и вспоминать не хотелось. Вот так все планы на жизнь перечеркнул один поход в поликлинику на плановый осмотр. И даже не стало легче, когда врач сказал, что им повезло, так рано диагностировать болезнь. Благо на лекарства денег хватало. Были накопления, да и муж хорошо зарабатывал. Он часто навещал ее, приносил все необходимое. Но в последнее время был какой-то странный.
И вот сегодня, когда она пошатываясь выходила из больницы, он ее не встретил. Вместо него была ее подруга Ольга. Оля помогла Маше сесть в машину, положила все ее сумки в багажник. А на вопрос Маши не знает ли она, где ее муж только ответила, что дома все расскажет. Дома была тишина. Оля занесла пакеты и поставила чайник. Когда Маша переоделась и пришла на кухню, то на столе уже стояли чашки с чаем и лежали вкусно пахнущие свежие булочки. С трудом съев немного и запив чаем, Маша внимательно посмотрела на Олю. Она уже понимала, что та ей скажет, но не думала, что Артём ушел к ней.
- Как же ты могла? Ведь мы подруги! – эту фразу она повторила, наверное, раз в тридцатый. Просто долдонила её, как попугай. В голове стоял туман. - Я только что вышла из больницы, а тут… такое. Подруга уводит мужа. При этом решила сообщить мне об этом сама. Будь у меня прежние силы, как до болезни, я бы, наверное, вцепилась тебе в космы, и повыдергала все.
Но сил у Маши не было. Совсем.
- Я только начала приходить в себя после долгого и трудного лечения, и вот вам, нате. Да за что мне такое?! - Продолжала кричать из всех сил Маша.
- Маша, успокойся! Давай я тебе валерианы, что ли, накапаю…
- Я не хочу валерианы. Я хочу поговорить со своим мужем. Посмотреть ему в глаза.
Но он уже переехал к Оле с вещами. Не захотел даже разговаривать с собственной женой. Не нашёл в себе смелости объясниться.
- Прости, Машка! Никто этого не хотел. Ты думаешь, я не понимаю, какая я сволочь? Но ты сама тоже дура! Кто просит незамужнюю подругу присмотреть за всем, пока ты в больнице.
Маша ответила понурым голосом.
- Я просила. Дура, конечно. Мы с первого класса были с тобой не разлей вода, ты была свидетельницей на нашей с Артемом свадьбе. Я всецело доверяла тебе. А теперь ты, дорогая подруженька ,просто разрушила мою жизнь, даже не подумав, каково мне будет. После больничного ада попасть сразу в другой ад.
- Ты не думай, мы тебя не бросим…- Ольга всё что-то там лепетала.
Маша встала, держась за стол.
- Ну, вот что! Убирайся отсюда. И ключи оставь. И его ключи тоже, я надеюсь, тут?
Оля что-то говорила, что Маше одной нельзя. Что она может возить ее к врачу. Что та слишком слаба, и не должна оставаться одна. Но Маша собрала последние силы, и выставила Ольгу вон из своего дома.
Вот и всё. Надо как-то жить, ради чего-то же я терпела все эти ядовитые капельницы и облучения. Ради того, чтобы выжить.
- Правда, я думала, что у меня есть семья! Моя семья. Кто вообще так поступает? - Размышляла Маша вслух, бродя по квартире как тень.
Она вернулась на кухню и открыла холодильник. Там был суп, салат, пюре, паровые котлеты. Всё свежее.
- Позаботилась она обо мне, гадюка. - Промелькнуло в голове у Маши. Она начала с каким-то остервенением таскать еду в туалет и помойку. Выкинула всё, что было в холодильнике. С чистого листа, так с чистого. Маша посмотрела в зеркало на свою лысую голову. На ней уже начал отрастать короткий ёжик волос, но ходить в таком виде по улице не очень хотелось. От парика она сразу отказалась – носила косынки и шапки. Надела тонкую шапочку и собралась в магазин. Когда выходила за дверь, закружилась голова. Вернулась и села на обувную полку.
- Я смогу. Смогу! Сама, одна, без них, без этих предателей и сволочей! Точно смогу. - Сказала она уверенно вслух и встала.
Поначалу было очень непросто. Чтобы хватало на такси до больницы и на лекарства, Маше пришлось кое-что продать. Артем переводил периодически какие-то суммы денег, но она с мрачным упорством отправляла их обратно. Не хотела брать от него ничего. Видеть его и говорить с ним тоже уже не хотела. Вот только ночью, лёжа на боку и видя перед собой пустую подушку на второй половине кровати, почему-то чувствовала острую тоску Даже не по мужу, а просто по своему прошлому, казавшемуся вполне удачным тогда. Муж, квартира, любимая работа.
Маша была учителем в школе, преподавала английский язык. Очень любила своих учеников, ладила с коллективом. Почему-то, когда Артем ушёл к Оле, она почувствовала странную отстранённость от людей вообще. Нежелание быть среди них. Страх человеческого общества. Прислушиваясь к себе, Маша понимала, что больше не хочет идти в школу. Не хочет видеть ни детей, ни своих коллег. И от этого осознания ей становилось ещё тоскливее. Ночами плакала в подушку, а днем старалась учиться жить заново.
- У вас ремиссия. – сказала врач почему-то с сочувствием.
Наверное, потому, что, Маша с некоторых пор приходила в поликлинику одна. Без поддержки. Без мужа. И врач все понимала. Мало мужей и жен выдерживали такую болезнь своей второй половины. А тут то и детей не было.
- У вас ремиссия, и я советую, как можно быстрее вернуться к привычной жизни.
«У меня больше нет привычной жизни!» - хотелось крикнуть Маше.
А непривычной я жить ещё только учусь. Стараюсь, как школьница на уроке, но что-то пока выходит так себе. Продолжила она в мыслях. В тот же день позвонила директор школы.
- Мария Николаевна, вы как себя чувствуете?
- Лучше, спасибо!
- Когда планируете на работу выйти?
- Ирина Викторовна, меня что-то не тянет предстать перед учащимися с лысой головой. – довольно резковато ответила она.
На самом деле, ей закрыли больничный, идти на работу было нужно. Но как же не хотелось! Маша сама себя не узнавала. Поговорив с Ириной Викторовной, она оценила, сколько у нее ещё барахла на продажу. Золота, брендовых вещей и сумок. Всё, конечно, покупал и дарил Артем, но не возвращать же ему это? И носить она, вряд ли это уже захочет. Но ещё более ненавистной была мысль, что вещи будет донашивать Ольга. Поразмыслив, сколько будет все стоить, Маша поняла, что около года сможет скромно жить без работы. И уволилась.
А потом заперлась в своей квартире, и засела писать книгу. Банальную книгу, в сюжет которой вложила свою историю. Тяжёлая болезнь, муж-подлец, подруга-предательница. Кстати, никто из этих двоих так и не показывал к ней носа. Не звонили, и не писали, чему Маша была только рада. Дописав, вычитав, и исправив ошибки, она почувствовала, что вот теперь, поделившись своими эмоциями с бумагой, готова к встрече с людьми. Раскопала свои институтские связи, нашла однокурсника, который работал в издательстве. Они договорились встретиться вечером в кафе. Маша предусмотрительно не стала говорить причину встречи по телефону.
- Обалдеть! Машка, ты потрясающе выглядишь! Похудела, и стрижка тебе такая очень идёт.
Она усмехнулась про себя. Знал бы ты, милый, какой ценой достаются подобные метаморфозы! Положила пакет с рукописью на соседний стул и улыбнулась старому приятелю.
- Ты тоже отлично выглядишь, Роман. Как жизнь?
- Бьёт ключом. В основном по голове.
Они долго вспоминали институт, хохотали, и выпили кофе, наверное, литра два. Маша бы выпила чего покрепче, конечно, для храбрости, но Роме надо было с утра на работу. Надо было назначать встречу на пятницу. Хотя…по пятницам у всех свои тусовки.
- Ладно, это всё прекрасно. Говори, что тебе от меня нужно. – стал он вдруг серьёзным...