Дорогие читатели, данный рассказ был написан несколько лет назад как фанфик к сериалу «Не родись красивой». Персонажи «вне характеров» - не из сериала, личности изменены и вымышлены. Так что, считаю, рассказ можно читать с интересом и не будучи знакомым с сериалом. Жанр – мелодрама. Начало действия – 2005 год. Надеюсь, вам понравится!
Шах и мат. Глава 1
Один из адвокатов выложил на стол перед Павлом чёрную папку, а второй поглядел на неё, будто в папке есть что-то, имеющее отношение лично к нему, и это что-то весьма неприятное. Что ж, этого следовало ожидать. Наверняка думают, что метастазы добрались и до мозга Павла, вот он и пошёл на этот оригинальный шаг. Разве в здравом уме подобное совершают?
– Мы их нашли, – повторил первый уже сказанное по телефону. – Действительно ваша бывшая жена в восемьдесят третьем году родила мальчика. И даже записала его Ждановым, и отчество у молодого человека – Павлович.
– В регионе? – уточнил Павел.
– Нет, в Москве. Работу детективов очень облегчило то, что имя и отчество у вашей бывшей жены не очень распространены. И дополнительная опора – девичья фамилия, весьма редкая.
– И затруднило, что после меня она ещё раз пять сходила замуж и поменяла фамилии, – усмехнулся Павел. Сейчас он чувствовал себя даже чуть лучше, чем обычно, и можно было позволить себе иронию. – Как только ребёнка не переименовала все пять раз…
– Маргарита Рудольфовна после вас была замужем только однажды, – возразил адвокат, – и фамилию не меняла. Ознакомьтесь, здесь всё.
Открыв чёрную папку, Павел увидел справку с домашним адресом, из которой следовало, что квартира Марго не принадлежит, но её и её отпрыска по имени Андрей арендодатель там зарегистрировал. Ещё одна бумажка сообщала, что отпрыск этот работает на какого-то частного предпринимателя, ещё были фото. Фото Марго Павел безжалостно отодвинул. И поглядел на несколько снимков незнакомого до этого момента парня. Парень ничем его не напоминал. Даже отдалённо. Впрочем, какая разница.
– Павел Олегович, что мы делаем дальше? – спросил второй.
– Вносим в завещание изменения, как и договаривались. Паспортные данные Жданова Андрея Павловича.
– Там ещё кое-какие сведения. О месте учёбы, – кивнул первый, – и так, от соседей.
– Это не имеет никакого значения. Он есть, и этого достаточно.
Павел закрыл папку. Подробности не могут изменить его решения.
– Напоминаю – узнать о завещании Андрей и Марго должны только после моей смерти. Но – сразу. Это же должен узнать Воропаев. Не следует ему слишком долго радоваться. И приложите все усилия, чтобы парень побыстрее вступил в права наследства.
Адвокаты покинули квартиру, а Павел вернулся из кабинета в спальню. На кровати стояла шахматная доска. С утра решил сыграть сам с собой, пока есть силы и желание, да вот прервали.
Сдвинув белого слона, сказал вслух, будто Юрий мог его слышать:
– Вот так, Юра. Это тебе шах. Даже если Марго вырастила нечто себе подобное и они разделят твоё желание распродать компанию, подёргаешься ты знатно. Да и получишь лишь свою долю, а не весь бизнес. А уж если этот Андрей Павлович не согласится на твои идеи… Пожалуй, это мат.
До мата какой-либо стороне в партии было далеко, но следующий ход Павел делал, уже ощущая подъём и почти удовлетворение от победы. Казалось, всё сложилось ужасно – стоило врачам поставить ему диагноз, Юра начал намекать, что «Зималетто» стоило бы реорганизовать, частично продать, вложиться в другой бизнес. А лишь диагноз перешёл в приговор – замолчал и этим только яснее обозначил свою позицию. По их договору в случае смерти одного из партнёров бизнес делился между его родственниками и другим партнёром, и если у Воропаева в наличии имелись жена и трое детей, то у Павла – никого. Женат он был лишь однажды, и брак, просуществовав менее полугода, распался. Родители давно умерли, братьев-сестер-племянников не завелось, любовниц, достойных выделения их из общей массы, не было. Выходит – скончайся Павел, Юра получит его акции целиком и тут же пустит «Зималетто» по ветру. Компанию, которая заменяла Павлу всё и всех. Даже от мысли об этом становилось дурно. Однажды, ворочаясь в постели без сна, Павел в который раз думал – это крах. Знать, что всё разрушится даже не на твоих глазах, а после смерти… Как жить с таким знанием? И вдруг вспомнил – Рита. Впрочем, Ритой называть себя она не позволяла, настаивая на имени Марго, казавшемся ей более стильным. Их роман был бурным, а женитьба – странной. Как он, шахматист, привыкший просчитывать всё наперёд, отправился в загс с особой, сменившей к тридцати двум годам шестерых официальных мужей? И это в то время, когда на развод смотрели косо… Отключило логику, снесло крышу. Марго оказалась для него слишком шумной и живой, совместное существование быстро утомило обоих, и развелись они к обоюдному удовольствию. Павел был уверен, что жена ему изменяет, а жить в шкуре рогатого мужа – лучше уж честно разойтись. Уже получив штамп о разводе, Павел через общих знакомых узнал, что Марго в положении, и даже кинулся выяснять – не с его ли ребёнком она ушла. Но Марго уверенно сказала – нет, отец – не ты. И он, конечно, поверил. Лгут обычно наоборот – вешают отцовство на непричастного…
Подвинув ещё одну фигуру, Павел подошёл к окну – можно открыть, на улице так тепло, что почти жарко, и воздух, хоть и московский, вполне годится для дыхания…
И всё-таки… Зачем Рита записала ребёнка Павловичем? Как она это сделала – понятно. Начало беременности выпадало на зарегистрированный брак, современных тестов ДНК не было в помине, и официального мужа не признать отцом ребёнка было куда сложнее, чем признать. Вероятно, поэтому и стал парень Андреем Павловичем. А озаботиться алиментами, которые бывшая жена могла бы от Павла получать, она не удосужилась: не привыкла думать о таких приземленных мелочах, как сборы справок. Отметив, что давняя брачная история вспоминается уже без обиды и что теперь не волнует даже то, что стал он тогда не просто мужем, а рогоносцем, Павел подумал – вот она, мудрость. Догнала, когда уже не нужно. А может, теперь ему плевать на личность Марго, потому что она больше для него не женщина, а лишь способ досадить партнёру по бизнесу? Ему ведь даже всё равно, как она выглядит. Её фото его не заинтересовало. Радуется, что поставил Юре шах, будто ему снова семь лет и он впервые сделал это на занятии в детском кружке при швейной фабрике, на которой работают мать с отцом…
Подозрительно хорошо всё складывалось. И погода, и самочувствие, почти невозможное для его болезни. И – удачная игра. Белые начинают, а с последствиями чёрные пусть как-нибудь разбираются сами…
Потянуло в сон, и, устраиваясь рядом с шахматной доской, Павел, уже закрыв глаза, вдруг ясно увидел Маргариту. В ярком цветастом платье. Она представилась – Маргарита, а потом уточнила – называть её Ритой нельзя…