Сергей Алексеевич Сорокин
Слышал такую историю. Был когда-то такой знаменитый скрипач – Борис (Буся) Гольштейн. В 1934 году ему было 12 лет, но он уже завоевал первое место на каком-то престижном конкурсе, и его пригласили в Колонный зал дома Союзов, где сам всесоюзный староста Калинин должен был вручать ему премию.
Перед началом мероприятия его мама Сара поучала: когда Калинин будет вручать ему премию, ты, мол, Буся, пригласишь его в гости. На что Буся возразил, что это неудобно. Но мама была непреклонна: – Буся, ты сделаешь это! Ты пригласишь-таки Калинина к нам в гости!
Спорить с мамой у евреев не принято. Тем более что это и бесполезно.
Буся, когда пришёл его черёд выйти на сцену к партийному боссу для получения премии, улучив момент, пролепетал дрожащим от волнения голосом: – Товарищ Калинин! Разрешите пригласить вас в гости!
Возникла некоторая пауза, и тут из середины зала раздался хорошо поставленный голос мамы Сары:
– Буся! О чём ты говоришь?! Разве мы можем пригласить к себе такого гостя! Мы же живём в КОММУНАЛЬНОЙ КВАРТИРЕ!!!
На следующий день Буся с мамой уже переезжали в отдельную квартиру…
Я хоть и не еврей (иногда в шутку выдаю себя за бурятского еврея – правда только в том, что родился в Бурятии), но разок подобным приёмом воспользовался.
Отдыхал в конце семидесятых годов в санатории в Звенигороде. Ночевал там, а в рабочие дни, как на работу, ездил в Москву, топтал дорожку в ШЛИ (школу лётчиков-испытателей).
В выходной же отдыхал, в том числе посещал с другими отдыхающими военного санатория местный ресторан. Раз хорошо посидели, а тут надо же такому случиться: Китай напал на Вьетнам!
Тут же в ресторане нашли бумагу, ручки и написали рапорта, мол, готовы помочь братскому вьетнамскому народу. А я так вообще уже и отдохнул, и подготовлен к боевым действиям днём и ночью на двух типах, в общем, берите в бой немедленно!
Куда отправлять? В ЦК КПСС, конечно! Там всё знают!
Сбросил рапорт в ящик (нашёл ведь ночью) один только я, а утром, протрезвев, понял: не бросил бы и я, но что сделано, то сделано.
Кручусь по своему плану дальше. Приезжаю из очередного «самохода», а меня срочно требуют к начальнику санатория. Иду, ожидая проработку за вскрывшееся нарушение санаторного режима.
Ан нет! Начальник подобострастно сообщает, отчего я ошалел не меньше его, что мне звонили из военного отдела ЦК!!!
Ждите, говорит, сейчас наберём.
А жил я в номере на шесть человек…
Цэкист меня поблагодарил за инициативу, но сказал – пока не надо. Вьетнамские товарищи сами справляются. Но, если что, «Партия будет иметь вас в виду!»
И на этом он разговор закончил, трубку положил. Но я-то продолжил!
«Спасибо. Всё хорошо! Нет, пока в общем номере, но обещали отдельный...»
Начальник санатория при этом уже уверенно подтверждал, мелко и часто кивая головой.
Всё…
Пока шёл до своей казармы, меня «улучшили», но на войну не послали!
В тот раз…