Полгода назад мой сын решил сменить место работы. Он скопил достаточно денег, чтобы прокормить семью, пока будет заниматься поисками нового места, и начал мониторить сайты с предложениями вакансий по своей специальности. По собеседованиям сын ходит активно, во многие компании его приглашают, но его то зарплата не устраивает, то условия работы.
Мы с женой – люди старой закалки и начали волноваться по поводу сложившейся ситуации, ведь в наше время за тунеядство можно было угодить в тюрьму. В СССР те, кто не работал в течение года более четырех месяцев подряд, привлекались к ответственности. Кроме того, государство активно боролось с нетрудовыми доходами, под раздачу попадали в основном фарцовщики.
В нашем доме жила одна симпатичная женщина Лена, которая, кажется, ни дня в своей жизни не работала. Одевалась исключительно в импортную одежду, носила дефицитное кожаное пальто и пахла заграничными духами, что по тем временам советским женщинам казалось недостижимой роскошью. Соседи шептались за спиной у Лены, ведь все прекрасно понимали, что она занимается спекуляцией.
Много раз бабушки на лавочке перед подъездом грозились написать «куда следует», только дальше разговоров борьба с неработающей гражданкой не заходила. У Лены был один непродолжительный период в жизни, когда она устроилась продавцом в местный магазин, как раз в то время борьба с тунеядцами набирала обороты.
Их высмеивали в карикатурах, осуждались даже домохозяйки, якобы сидящие на шее у супруга (домашний труд работой не считался), и внуки, просящие у бабушки деньги на джинсы. Однако дольше трех месяцев Лена отработать не смогла и уволилась, укатив на очередной курорт.
А потом Лена внезапно пропала, оказалось, что все же карающая рука советского правосудия до нее добралась. И Лена получила реальный срок. В то время такой поворот событий я воспринял довольно спокойно, ведь это была обычная практика в те годы.
А сегодня я думаю, что Лена хоть и не на заводе, но работала, ведь она куда-то ездила за этими вещами, договаривалась с людьми, перепродавала, расширяла ассортимент, т.е. вела обычную сегодня предпринимательскую деятельность.
Кстати, осуждали в СССР не только рабочих тунеядцев, но и бытовых. Я видел много карикатур того времени, которые по сюжету выглядели примерно одинаково: уставшая мать после ночной смены на заводе моет полы, а дочь, учащаяся филологического факультета, рассуждает о жизни, лежа на диване. В понимании советской власти человек должен был трудиться круглосуточно, трудовые подвиги приветствовались и всячески поощрялись.
Правда, мы своих детей берегли и баловали сами. Тогда модно было говорить: «Мы жили плохо, пусть наши дети поживут хорошо!». Я старался привлекать сына к посильному труду, например, вынести мусор, помочь с ремонтом, но все же никогда не настаивал, чтобы он бросил учебу ради работы.
И так поступало большинство моих знакомых, которые готовы были пахать в две смены, лишь бы любимый ребенок ни в чем не нуждался. Впрочем, наше стремление дать все лучшее детям понятно любому родителю, современные мамы и папы мало чем отличаются от нас.
Вот и теперь мы с женой не вмешиваемся в планы сына. Обеспокоенность за его будущее есть, но мы знаем, что вырастили достойного человека, который серьезно подходит к выбору работы. И хорошо, что сейчас появилась свобода выбора, и каждый сам может решать, сколько месяцев в году ему работать, а сколько отдыхать.
А как вы считаете, стоит ли возвращать борьбу с тунеядством?