Недавно один паломник сказал, что с годами Оптина сильно переменилась и прежней романтики здесь уже нет. Это правда - перемены огромные. И чтобы обозначить суть этих перемен, приведу случай из прошлого.
Шла я берегом реки в Оптину, обогнав группу подростков. Старший нес на руках девочку с каким-то синюшно-бледным лицом.
- Что ей плохо? - спросила я.
- Ничего, сейчас отойдет. С иглы сошла - завязала круто.
- Может, все же отправить ее в больницу?
- Нет, нам в Оптину надо. Богу дали слово - обет. Где тут Оптина?
- Да вот, перед вами, - показала я на противоположный берег реки. - Идите за мною, и вместе дойдем.
Монастырский понтонный мост к зиме уже сняли, и ходить приходилось в обход. Лед на реке ещё не встал, а вода лишь подернулась тонюсенькой пленочкой, припорошенной сверху снежком.
Подростки при виде Оптиной опустились на колени, а я пошла вперед, полагая, - нагонят. Обернулась и обомлела - дети уже неслись по реке, а тоненький ледок исчезал под ногами. На реке уже во всю ширь бурлила вода, и ветер донес властный крик старшего: "Николай Чудотворец, помогай!"
Но пока на ватных от страха ногах я спускалась к воде, они были уже на том берегу. Радости об их спасении в тот миг не было, но скорее недоумение: ведь не святые же отроки, чтобы аки посуху ходить по воде? Тем не менее дети прошли.
И годы спустя понимается: в жизни каждого человека есть, наверное, свое православное детство, когда так щедро, авансом, дается благодать. Тут достаточно крикнуть в небо: "Николай Чудотворец, помогай!"- вода обратиться в твердь. Тут как в детстве - младенец просит есть, а мать спешит накормить. И милостивы к младенцам духа святые угодники.
Нина Павлова "Пасха Красная", 2017 г.