ПОКА МЫ ПОМНИМ

… То ли карнавал, то ли весёлые похороны… Движется по улице колонна: впереди, приплясывая и стуча в барабаны, идут откормленные тётки в одежде, напоминающей форму времён Великой Отечественной войны (гимнастёрки, юбки, сапоги), на головах у них – огромные оранжево-чёрные банты. За ними – люди размахивающие красными и полосатыми (бело-сине-красными) флагами… За ними – ряд за рядом – дети, одетые в военную форму, с игрушечными автоматами в руках… Через улицу растяжки с надписями: «Можем повторить», «Спасибо Деду» и т. д. И повсюду: свисают из окон, натянуты между столбами, полощутся на ветру, заплетены в косы – оранжево-чёрные ленты… Гремят барабаны… Или это залпы орудий?..
И я очнулся, усилием прервал этот кошмар…
Конечно это сон. Но сон, вобравший в себя многое из того, о чём я думаю в последние дни, в канун великого Дня Победы.
«Как только люди забудут ту войну, начнётся следующая». С детства я знаю эти слова. Знаю, что нельзя ту, Великую Отечественную, забывать. Так учили нас в школе и дома… И мы помним…
Но во что, во что превращается наша память? Ушла та идеология (хороша или плоха она была – не о том сейчас речь), которая поддерживала память о войне; пришло «новое общество», провозгласившее себя обществом без идеологии, на самом же деле, провозгласившее идеологию денег и внешней силы. И это «новое общество» приватизировало память о войне, поставило эту память себе на службу…
Это «новое общество» – мы, поколение внуков ветеранов. Это мы (в основном, всё-таки, несознательно) извратили память. Разве те самые деды, которым спасибо за Победу, воевали и гибли за то, чтобы их внуки и правнуки ходили строем и угрожали всему миру, что «могут повторить» (что повторить-то?), да ещё и под знамёнами, которые для дедов-то, однозначно – власовские, предательские? Разве деды хотели, чтобы их внуки опять воевали? Помните, в песне Высоцкого (сына фронтовика): «А я для того свой покинул окоп, чтоб не было вовсе окопов»… Чтобы не было окопов, взрывов, горя, слёз… Всё ли мы сделали, чтобы исполнить желание наших дедов? Все ли мирные усилия приложили для того, чтобы не было новых войн?.. Мы ходим строем, поём воинственные песни… Деды не угрожали всему миру, а защищали Родину, от врага, который на их Родину напал, который дошёл до Москвы и Волги. И защитили…
Мы занимаемся с детьми «военно-патриотическим» воспитанием. А надо бы – мирно-патриотическим.
Да, армия ещё нужна в современном мире, но пусть она будет профессиональной; не на словах, а на деле высокоэффективной, и пусть эта армия будет самым-самым последним аргументом в любых спорах…
Мы извратили даже прекрасную идею «Бессмертного полка», политизировав её... Несчастные «георгиевские ленточки», якобы «символы» (сама по себе эта ленточка не символ, конечно, без ордена или медали), где только не болтаются, на каких тротуарах не валяются… (А если, между прочим, посчитать сколько денег уходит только на эти ленточки? Наверное, на многое, действительно полезное, хватило бы тех денег).
Надо помнить… Надо помнить тех стариков, многие из которых (если не большинство) так и не пожили в благоустроенных квартирах, не познали других нынешних благ. Они не любили рассказывать о той войне. Они знали цену миру, потому что они эту цену заплатили. Они ушли. Их нет. Мы обязаны помнить их. Помнить – это, в общем-то, всё, что мы можем (и должны) для них сделать.
Я слушаю детей, которые рассказывают о своих прадедушках, показывают их фотографии, рассказывают о бабушках и прабабушках – искренне, не ради похвалы, а потому что любят… И хорошо. Хорошо, что и этой любви научили их тоже мы. Всё-таки и мы ещё не всё пропели, проплясали…
Вот и не надо бы этих костюмированных концертов и шествий, не надо унижать, напяливая на себя и на детей ради показухи, военную форму, в которой умирали и побеждали наши деды…
Вспомните, помяните, сходите в церковь, на кладбище, положите цветы к памятнику (не на показ), откройте семейный альбом, напомните детям имена их прадедушек и прабабушек…
Нет. Они не ушли, они с нами. Пока мы помним.