Как-то я понял, что на одни выдуманные истории читателям Дзена часто докучают. Тогда... в общем долго говорить не буду, вот одна забавная история, которая случилась со всеми советскими чемпионами мира по шахматам.
В начале восьмидесятых годов один немецкий графолог попросил гроссмейстера Эстрина раздобыть ему автографы всех советских чемпионов мира, чтобы исследовать по почерку их характер. Первым делом Эстрин позвонил Михаилу Ботвиннику.
- Жду вас завтра - сказал Михаил Моисеевич. - Но если вы опоздаете хотябы на минуту, то не получите автограф - добавил он.
Следующим был Василий Смыслов.
- Автограф? - задумчиво произнёс Василий Васильевич. - Что-то не припомню, давно не давал. Сейчас мы с Наденькой отдыхаем, завтра я играю в турнире, послезавтра пою в консерватории Попробуйте позвонить через месяц.
Михаила Таля удалось застать в баре в три часа ночи. Он был в окружении очаровательныз девушек и давал интервью одновременно для телевидения , радио, журнала и двух газет. Михаил Нехемьевич не стал спрашивать Эстрина, зачем ему автограф, а сразу подмахнул лист бумаги. Правда, оказалось, что у него в руке не ручка, а сигарета, и пришлось подписываться ещё раз.
Когда Тигран Петросян услышал, что от него требуется, он первым делом поинтересовался:
- А Ботвинник дал согласие? А Смыслов? А Таль? Ну что ж, мне нало немного подумать, - подытожил Тигран Вартанович.
Борис Спасский в то время уже перебрался в париж. Эстрин позвонил ему во Францию.
- Яков Борисович, я к вам очень хорошо отношусь. Но вы же знаете, что ни интервью, ни автографов советским журналистам я не даю, - объяснил Борис Васильевич.
Анатолия Карпова тоже удалось застать дома. На просьбу Эстрина он ответил, что сегодня уже выполнил норму - дал пятнадцать автографов, а завтра улетает в Рио-Де-Жанейро.
Обратился Эстрин и к Гарри Каспарову - тот ещё не был чемпионом мира, но было ясно, что скоро им станет, и взять у него автограф не помешает.
- Извините, но подобными вопросами у меня занимается мама, - сказал юный Гарри, - к ней и обращайтесь.
На следующий день Эстрин позвонил прияткдю в Германию и подробно рассказал о своих достижениях. Когда графолог узнал о том, как обстоят дела с его просьбой, он поблагодарил Эстрина и подвёл итоги:
- Большое спасибо, автографы теперь излишни.
А в конце я поставлю небольшой опрос.