Лидия перешла границу. Вежливо улыбающиеся, опрятно выглядящие сотрудники чужой пограничной службы сменились на такие родные, пропитые лица пограничников своей державы. Потный, разглаженный дымом пиджак взял ее документы, и пролепетал что-то на родном ей языке:
-Финляндия, значит, - его мимика выражала неподдельный интерес, - и как вам там, понравилось?
-Там замечательная природа, - окрыленно ответила Лидия, - я еще такой красивой страны не видела.
-Как же? – пиджак взглянул на нее с удивлением, - а наша с вами разве не красива?
Лидия оторопела. Она смотрела на него с отторжением, передавая все свое презрение. Не будь ее менталитет присущ чужой стране, она бы начала рвать и метать в ожесточенном споре все, что находилось в поле ее зрения. Сдерживая свое возмущение, она ответила с изумительно фальшивой улыбкой:
-Наша с вами вне категорий.
Данная фраза обрадовала пиджак – он было впервые за долгое время улыбнулся.
Родная земля приняла Лидию с распростертыми объятиями. Лидия же приняла эти объятия без энтузиазма, как будто обнимала дальнего родственника, о котором узнала за день до его приезда. Необычайной чистоты небо пыталось открыть слепые глаза Лидии, но для нее и небо казалось грязно-серым. Свободные от горизонта золотые поля пытались открыть сердце Лидии, выразить в ней желание вдохнуть колосистый воздух, но воздух был для Лидии удушлив, да и поля выглядели медными.
Погрузившись в маленький по меркам Финляндии автобус, она отправилась к своим любимым детям. Она не брала их собой, так как посчитала, что у них во взрослой жизни и так будет достаточно возможностей для того, чтобы убежать. Лидия считала, что далекие страны необходимо исследовать в одиночку – из-за бушующей компаний ты можешь упустить что-нибудь действительно важное.
Вот уж проплывают родные, явно накриво забитые дорожные знаки. Вот уж и город виднеется в эконом-окошке: кирпичные, тускло окрашенные пятиэтажки, которые своей скверностью портят и без того неблаговидное место; с первого взгляда ухоженные, но стопроцентно где-то не дочищенные дворы. Все это угнетало Лидию, мысленно возвращая ее в определенно чистую, безопасную, жизненаполняющую Финляндию.
Каждый раз закрытые глаза рисовали перед ней чистое (не то, что здесь) озеро Сайма, расположенное на Юго-Востоке Финляндии. Байкал ее не манил – озеро Сайма имел для неё вес. Открывая свои уставшие от напускной грязи глаза, она все больше понимала, что влюбилась в Финляндию. До этого она влюблялась в Сейшельские острова, в Америку, ОАЭ, но Финляндия… Финляндия теперь явно стояла на первом месте.
Высадившись на остановке возле своего дома, она пошла мимо дворов. Они были без изыска, и это ее бесило. Ее раздражало название города, в котором она жила. Ее раздражало название улицы, на которой располагался ее ветхий дом. Ее раздражали люди, знакомые ей с детства, такие же искатели отдыха на стороне.
Она вновь чувствовала себя лошадью в стойле, привязанной работой и любящими ее жеребятами. Иногда лошадиная натура поедала овес, отвлекаясь от самостоятельно выстроенного забора, но это не помогало. Мысли все равно возвращали ее на озеро Сайма, где ее так ждут горячие, молодые, дружелюбные жеребцы. На озере Сайма нет забора, нет стойла: только свободный табун таких же лошадей, скачущих от собственного дома куда подальше.
Жеребята встретили свою маму с распростертыми объятиями, и Лидия радовалась, глядя на их красивые, не столь привычные для здешних краев лица. Дети напоминали ей о далеких, но столь родных землях. Как по телу, так по духу она чувствовала себя ближе к той культуре, и это проявлялось даже в интерьере квартиры: индейские тотемы-брелки на ключах, модель гондолы, установленная на английской тумбе 19-го века. Все пространство напоминало музей, но Лидию это успокаивало. Она чувствовала себя в переносном доме, сумев сбежать оттуда, куда ей не хотелось возвращаться.
И вот уж Лидия только прибыла домой, но через неделю вновь отправится в очередную, еще неизведанную ей страну – на этот раз Конго. Возможно, и это государство станет ее любимчиком, несмотря на все явные недостатки, ведь она каждый раз ищет способ как можно дольше оставаться за границей, подальше от стойла.
Но как бы часто она не убегала от стойла, ее переменчивая натура все равно возвращается обратно.
Если вы прочли данную историю до самого конца и она вас завлекла, прошу оценить ее по заслугам, а также оставить свой комментарий и подписаться на мой канал. Мне важен каждый отзыв о проделанной работе.
