Любовь и ненависть: как кинематограф изменил восприятие смерти через аудиовизуальные образы

Согласно психоанализу Фрейда мотивацию человека составляют инстинкт любви (Эрос) и смерти (Танос). Если для того, чтобы удовлетворить потребность в любви человеку нужно найти себя в обществе и достичь каких-то успехов в личных отношений, то инстинкт смерти отвечает за ощущение ценности жизни и ее значимости в целом. Неосознанное влечение к смерти также сильно отражается на структуре личности, как и влечение к любви. Смерть гипнотически приковывает к себе постоянное внимание, смешиваясь с мистикой, предсказаниям и всем «завораживающим» сознание. Она становится главным страхом, но и главной мотивацией к изменениям в лично-ценностных ориентирах и фокусе на самом себе. Вместе с инстинктом любви, инстинкт смерти побуждает к действию.

Причём здесь кино?

Кинематограф становится движущей силой и средством опосредованной коммуникации между зрителем и автором. Визуальные манипуляции над сознанием человека через выстроенный сюжет, кадр и монтаж создают новую тенденцию репрезентации смерти. Кино через аудиовизуальные образы быстрее вызывают эмоциональный отклик у зрителя, чем СМИ или искусство. В теории Фрейда кино — это самая яркая репрезентация человеческих страхов и бессознательных влечений.

Самые прибыльные в прокате картины всегда брали за основу острую социальную проблему или яркий феномен, которые не принято обсуждать открыто. Слова «смерть» и «мертвец» стали самыми употребляемыми за всю историю нейминга в кино.

Как кино меняет образ смерти?

Получается, что массовый кинематограф в отличие от элитарного, как например авторского кино, сильно влияет на восприятие образа смерти, делая его более очеловеченным и предавая ему обыденный характер. Такая игра образов создаёт иллюзия отсутствия барьера между человеком и смертью, будто приближая и отдаляя ее одновременно. Например, частым приёмом в кинематографе авторы используют регуляцию смерти, то есть ее возможное предотвращение, как бы подчиняя смерть человеческим законам.

В том же «Пункте назначения» или «Пряничном домике». Индустрия кино помогает человеку оторваться от безысходного чувства неминуемости смерти и позволяет «приручить» смерть. Частым приёмом в комедиях и мелодрамах становится теория о жизни после смерти. Когда любовь всей твоей жизни не умирает, а уходит в другой мир, где как и прежде общается с тобой и не оставляет в одиночестве («Привидение», «Невеста с того света», «Нью-Йоркские истории»).

Смерть как цель

Помимо образов смерти как вдохновения и манипуляции, режиссёры часто ставят ее во главу угла всего киношного сюжета. Зрителя готовят и старательно мирят с мыслью о том, что любимый персонаж покинет этот мир, что станет кульминационной точкой сюжетной линии героя. Чаще всего таким приёмом пользуются режиссёры, снимающие кино про неизлечимо больных, войне или инвалидности. Репрезентация образа ценности жизни перед страхом смерти возводит в культ героя, чья жизнь отдаётся за Родину или за определённую цель (сохранение чести и достоинства).

Такой целенаправленное воздействие на ценностный аппарат человека позволяет ему менять свою оптику восприятия и осознавать насколько предательство или гибель близкого страшнее собственный кончины.

Таким образом массовое кино влияет не только на восприятия образа смерти, но и на ощущение важности самой жизни перед лицом смерти.

#смерть #фрейдизм #кино #фильм #кинематограф