Удивительные воспоминания о Великой Отечественной передаются из поколения в поколение в каждой российской семье. Почему Президент должен быть исключением?
Тем более, что его родителей затронули не только военные действия, но и ленинградская блокада.
В жизни, как в боевике
Путин-старший (1911 г. рождения) не захотел воспользоваться бронью, право на которую давала работа на военном заводе в Петродворце. И подал заявление с просьбой направить его на фронт. Человека, бывшего во время срочной службы моряком, включили в состав маленького диверсионного отряда, которому предстояло подрывать железнодорожные пути на подступах к Ленинграду.
Однажды предатели из числа местных жителей Кингисеппского района, заманили отряд в засаду. Из 28 человек спастись удалось только четверым.
Владимир Спиридонович укрылся в болоте, погрузившись в него с головой и дыша через камышинку. Совсем близко он слышал лай собак, шаги и разговоры гитлеровцев... Выжил, вернулся к своим, был направлен на Невский пятачок.
Н.Геворкяин "Разговоры с Владимиром Путиным", 2000 г.
Этот гибельный пятачок
Историк, профессор и доктор исторических наук К.Назаренко так говорит о территории на левом невском берегу:
«Невский пятачок был захвачен советской армией во время первой попытки прорвать блокаду и удержан до самой последней, успешной. Роль этого крошечного плацдарма была огромной».
Интервью для "Мир24", 2018 г.
Пятьдесят тысяч тонн снарядов и бомб сбрасывали фашисты на 2 квадратных километра каждые сутки!
«Кто там побывал, тот смерть повидал, так говорил солдатский фольклор. Способов возврата с плацдарма было только два: или мертвым, или тяжело раненным…» Владимиру Спиридоновичу «повезло» - он был тяжело ранен.
Во время вылазки в немецкий тыл «за языком» произошла такая история. Они с товарищем подползли к доту и затаились. Вдруг дверь землянки открылась, вышел здоровенный немецкий солдат, увидел лежащих, молча и спокойно бросил в них две гранаты, так же молча развернулся и закрыл за собой дверь. Владимиру Спиридоновичу сильно повредило ноги, но его вытащили наши.
Необходимо было переправить раненого в госпиталь, через полностью простреливаемую Неву. Искали добровольцев, и тут пришел бывший сосед Путиных по петергофскому дому. Потащил. Доставил в госпиталь, пришел проведать после операции и сказал на прощанье: «Ну, живи, брат, а я умирать пойду». Долгое время Владимирович Спиридонович думал, что и правда погиб его спаситель. Но почти через двадцать лет они случайно встретились… в магазине. Удивительное совпадение для многомиллионного города, настоящее чудо! С тех пор уже не рерялись.
Голод, блокадный голод…
В госпитале раненого навещала жена с маленьким сыном Виктором. Петергоф был оккупирован, теперь они жили в Ленинграде. Владимир Спиридонович не мог смотреть на прозрачных от недоедания дорогих людей, потихоньку начал отдавать им свой паек. Поначалу «прокатывало», но когда пациент начал падать в голодные обмороки, пускать семью к нему перестали…
Малыша забрали в детский дом и эвакуировали – из окруженного Ленинграда пытались спасти хотя бы детей… Не спасли – уже в эвакуации маленький Витя умрет от дифтерита… Для Путиных это был уже второй потерянный ребенок – незадолго до войны у них умер старший сын, Альберт.
Вернувшись домой из госпиталя, Владимир Спиридонович застал ужасную картину. Его жену, Марию Ивановну, едва живую, выносили из дома. Медик сказал: «все равно уже умирает». Раненый солдат, грозя костылями, добился, чтобы отнесли обратно. И выходил, поднял на ноги. Мария Ивановна еще родит ему третьего сына, Владимира, доживет до старости, переживет мужа почти на год.
С войны Владимир Спиридонович принес инвалидность и три награды: "За оборону Ленинграда", "За боевые заслуги" и "Орден Отечественной войны I степени". Чуть выше прикрепил наградной лист.
Эти воспоминания одновременно уникальны и почти банальны – в каждой советской семье живет набор подобных историй об отцах, дедах, прадедах... Может, именно эта схожесть семейного опыта сближает народы и их президентов, как ничто другое?