Мюзикл — одна из главных форм массового развлечения XX века, причем не только для Америки. На первый взгляд жанр может казаться совсем чуждым, но стоит задуматься — и окажется, что десятки советских суперхитов застоя (от «Иронии судьбы» до «Трех мушкетеров») и вся диснеевская классика, на которой мы выросли, — мюзиклы чистой воды, адаптированные под разные эпохи и аудитории. Рассказываем, как мюзиклы изменились со временем.
Киномюзиклов просто не могло существовать в эпоху немого кино, но когда в кино с разницей в десять лет проникли звук, а потом и цвет, легкие фильмы с танцевальными номерами заполонили кинотеатры. В Европе, СССР и Голливуде это произошло примерно в одно и то же время: жанр расцвел с начала 1940-х до середины 1950-х годов. Тогда же стало очевидно, чем киномюзикл будет всегда выигрывать у театральной версии в национальном и международном прокате.
По правилам мюзикла с ранних полнометражных фильмов работает и студия Disney: как во времена «Маугли» и «Белоснежки», так и в современных киноадаптациях «Аладдина» или «Красавицы и чудовища», где классические музыкальные темы переснимаются уже со спецэффектами или соответствующим нормам политкорректности кастом. Сотни миллионов детей никогда не сроднились бы с Русалочкой и Симбой, если бы каждый диснеевский мультик не сопровождался хитовым саундтреком, на котором поют чайники с чашками, гиены, волшебный джинн или медведь-увалень.
Это касается и советской классики. «Трех мушкетеров» и «Служебный роман» невозможно представить без их саундтреков, а абсурдную фантастику вроде «31 июня» или «Чародеев» скреплял и делал убедительным именно звуковой ряд. Большинство детских фильмов и мультфильмов в оппозицию к диснеевской анимации в СССР тоже снимали музыкальными, привлекая к озвучиванию самых талантливых актеров своего времени — от Михаила Боярского до Андрея Миронова. Мюзиклы вокруг суперзвезд тоже снимались — так, «Женщина, которая поет» вышла на пике популярности Аллы Пугачевой и добавила ее эстрадному образу кинематографический лоск.
Турбулентные 1970-е вывели американское кино в поле острых политических высказываний: это коснулось даже такого легкомысленного жанра, как мюзикл. «Иисус Христос — суперзвезда» вывел разговор о религии в массовое поле — афроамериканский Иуда воплотил собой перемены в Штатах после движения за гражданские права и раскритиковал истеблишмент и религиозную систему. Когда не экране появится нынешний пророк, маргинальный мальчик Томми, под саундтрек The Who, уже никто не удивится, что от мюзиклов можно ждать чего угодно: критику наступающего фашизма в Германии или глэм-оперу «Шоу ужасов Рокки Хоррора» в стилистике опрокинувшего нормы Зигги Стардаста.
«Ла-Ла Ленд» дал жанру новое дыхание: оказалось, старомодным танцевальным номерам из «Бриолина», «Вестсайдской истории» и «Поющих под дождем» можно дать новую жизнь, нанизав их на современную мелодраматическую линию и двух суперзвезд в главных ролях.
Сегодня причина высоких ставок в первую очередь в том, что хитовые мюзиклы по сборам не проигрывают супергеройским блокбастерам и остаются навсегда любимыми фан-базой — особенно если это артисты глобального масштаба. «Мамма миа!» и ABBA, «Рокетмен» и Элтон Джон, Фредди Меркьюри и «Богемская рапсодия»: снятые по поп-хитам — идеальные сосуды для консервирования суперзвезд. Да и современные сюжеты, придуманные с нуля, — будет ли этого многосезонное шоу «Хор» или мюзикл «Идеальный голос» — по сборам и зрительскому рейтингу не уступают комедиям и телешоу своего времени.
Понравилась статья? Ставьте «Лайк» и подписывайтесь на Правила жизни в Дзене.
#искусство #мюзикл #ла ла ленд