Ситуация с полком «Азов»* здорово напоминает известную историю с летчицей Савченко. Люди, пусть и не то чтобы замечательные, незаметно стали бензином для собственной героико-патриотической легенды. Если бы вокруг Савченко не водили хороводы, ее судьба была бы куда проще и она бы оказалась очередным солдатом в очереди на обмен.
Но вокруг нее было наверчено столько безумных историй, надежд и символов, что ординарный во всем за исключением половых признаков солдат годами ждал своей участи. С «Азовом» ситуация еще более эффектная. Сейчас у России или прямо сейчас в плену, или скоро окажутся, собственно, основные силы самого одиозного украинского военного формирования. Обменивать этих людей вряд ли кто-то станет. Пленных украинских солдат и без них много, а выдавать «азовцев» – это то, чего у нас не поймут.
Что ж нам делать с этим косплеем «Мертвой головы»?
В действительности ответ очевиден. «Азов» был командой редкостных проказников. И пока война идет и самоназначенные эсэсманы сидят в плену, лучшее, что может сделать Россия, – это в деталях и подробностях записать и рассказать историю их изумительных подвигов. Собственно, даже та мелочь, до которой за эти годы добрались эмиссары ООН, способна вызвать у неподготовленного читателя непроизвольные физиологические реакции (там есть групповое изнасилование умственно отсталого мужчины и пытки иглами под ногти для женщин, я не шучу). Что эти люди могут рассказать, оказавшись в плену всем трудовым коллективом, всей, так сказать, опричной гусеницей – представить сложно.
Однако все это выяснить необходимо. «Азов» был не просто батальоном/полком. Это было самое идеологически заряженное подразделение, использовавшееся СБУ в качестве орудия политического террора. Собственно, в тех же отчетах комиссара по правам человека ООН обращает на себя внимание обилие ситуаций, когда человека пытали «азовцы», требуя признаться в принадлежности к «сепарам», а затем передавали в СБУ.
И пока в наших руках всё это войско, просто необходимо расследовать в деталях всё, чем они занимались с 2014 года. Это не «инструкторы НАТО» (ну поймаешь ты залетного канадца, что с ним делать-то) – это то, что действительно важно знать. Схемы финансирования этого полка, его первые бессудные казни, взаимодействие с СБУ и армией, коррупция, преступления против человечности и военные преступления; убийства пророссийских активистов в 2014 году и попытки создать живой щит в Мариуполе 2022 года. Ничего из этого не должно пропасть для истории.
Мы много говорим о том, как Россия проигрывает информационную войну, но для того чтобы ее выиграть, нужно иметь действительно прочную опору.
Гласный, максимально публичный суд над «азовцами» необходим. У нас зачастую недооценивают важность процедур и подходят к ним халтурно, но здесь нет мелочей. Отечественной следственной системе придется поднапрячься. Недостаточно просто заявить миру, что противник – фашист. Это нужно обосновать так, чтобы вопросов о том, с чем это мы воюем, ни у кого в принципе не могло возникнуть.
Мы регулярно браним расследователей вроде «Беллингкэт», но нельзя не признать, что они делают свои выкладки очень убедительными для обывателя. Сейчас у России существуют просто подарочные условия для создания собственной аналогичной бомбы. Главное – ничего не выдумывать. Эти люди способны сами рассказать многое.
Такой шанс выпадает редко. Нельзя его упустить.
* Запрещен в РФ
Евгений Норин