Зине нелицеприятное обозначение «чучело», адресованное, за неимением других вариантов, именно ей, ой как не понравилось. По давней воспитательской привычке она рванулась строго укорить длинноволосого подростка в грязных джинсах, пристроившегося у вскрытого распределительного щитка, но тот равнодушно перевёл взгляд, как от случайно попавшегося на пути насекомого, и слова сами собой застряли на языке. Никому тут её хвалёная педагогика не нужна, а поневоле растерявшие человечность дети элементарно выживают, как могут. И грубость к старшим — это ещё полбеды, ведь они буквально не ведают, что творят, ослеплённые своим неестественным даром. Их родители были бы счастливы, что отпрыскам удалось пережить адское пламя, но ответные чувства к людям настолько истёрлись после перерождения, что носили скорее характер натужной формальности, коей при необходимости легко можно было бы пренебречь. И они пренебрегали, не стесняясь выказывать искреннее отношение — брезгливость, например. Или досаду. Кто иг