Наш милый дом был двухэтажным бараком, стоявшим возле психушки на Серышева. Желтый, деревянный, отштукатуренный. С вкусной вишней под окнами. Скрипучей качелей на косогоре. Длинными рядами веревок с бельем поперек двора. Чтобы прохожие не задевали белье головами, веревки подпирались специальной высоченной палкой.
За домом у каждого был огородик. Можно было опустить неповоротливую вертушку и потихоньку проникнуть туда, попастись, поесть гороха.
Весной выводили из психушки психов, сажать вдоль забора бархатцы и обожаемый мной львиный зев. Психи были абсолютно смирные, но посматривала я на них с опаской, ну как кинутся.
Подъезд наш был чистым и пах сухим деревом. Лестница здоровенной, перила закругленные и гладкие. Так и тянуло по ним скатиться. Но верхние жильцы ругались. Катались, конечно, но с опаской.
Наша дверь, на первом этаже справа, была обита дермантином, и достучаться было бы тем еще испытанием, но дверь редко закрывалась. Зачем? Все свои.
В огромном полутемном коридоре висело на стене коромысло. Жужжал в вышине, живой, наверное, счётчик. Стоял рукомойник, лавка, на ней ведро с водой. В углу деревянная клеть под картошку. Там однажды кошка Мурка вывела котят. И теперь я все посматриваю туда.
В дом со мной сейчас, когда я пишу, заглядывают две мои бабушки: баба Маня и баба Таня. Они смотрят на все моими глазами и кивают головами, одна в платочке, другая в кудрях. Я, может, и не точна в описаниях, но я так вижу, милые бабушки, не волнуйтесь.
Слева за занавеской кладовка, в ней под потолком ярая любительница бани баба Таня развесила веники. Там всегда пахнет пожухлой листвой и солнцепеком. Стоит огромная бочка под засолку капусты. И больше я в кладовке ничего не разглядываю, потому что там временами попискивают крысы. Бегом оттуда, путаясь в занавеске.
Длинная кухня. Печь с конфорками, в которой один раз с бабушкой Таней мы спалили страшную, не дававшую мне покоя книжку. Газовая плита, баллон, колченогий стол с рядами выставленных ведер с чистой водой, прикрытых деревянными досками. Под доски так приятно заглянуть, там всегда голубоватая прохлада.
Первая комната - наша. Там множество интересного: мой трехколёсный велосипед, любимый заяц Тимоша, страшный пылесос Буран, сказочный диапроектор.
Вторая - общая. Там самое главное - печка. Во всю стену, можно прижаться и греться об нее во всех случаях жизни.
Самая интересная комната - бабушкина. Там и печка не простая. Обшитая черными металлическими листами до потолка. И кровать с выставленными уголками подушками и подзорами. И рядком на столе духи-пудры. И в столе еще есть ящичек, и в нем зачем-то железнодорожный ключ с биркой ст. Угольная, и значки БАМ, ГТО. Всякие. И именно в этой комнате я видела однажды привидение.
А дома больше нет. Нет угольных сараев, куда я любила ходить с отцом. Он рубил дрова на растопку, я отиралась рядом, вроде помогала, вроде смотрела, как расходится под топором дерево и летят щепки. Нет колонки. Нет тропинки. Нет веревок с бельем. Но есть я. Я пишу этот рассказ. И пишу еще один про детектива Рейна, и он за меня возвращается в родные места. Все всегда возвращаются в родные места.
#дом милый дом #бабушка #дом #вспомнить все #детство #истории о детстве #бабушки и внуки