Украинские беженцы в Европе раздражают местное население своим поведением, а некоторые даже совершают различные преступления. Но на официальном уровне не слышно даже обещаний немедленно выслать украинских мужчин призывного возраста, хотя Киев объявляет мобилизации одну за другой. Журнал «Слово и Дело» разобрался, почему власти стран ЕС не спешат разбираться с приехавшими гражданами Украины и повернется ли поток мигрантов вспять.
Первые сведения о неподобающем поведении прибывших из Украины беженцев начали появляться в Сети практически сразу после начала российской спецоперации по денацификации и демилитаризации Украины. После Дня Победы, сопровождавшегося осквернением памятников советским воинам, поднялась новая волна неприязни. Особенно к мужчинам призывного возраста, которые теоретически должны находиться на фронте.
Может показаться, что для полиции стран ЕС было бы логично вылавливать нарушителей правопорядка из числа украинцев и депортировать их. Причем обставляя процесс, как содействие Киеву. Но как пояснил корреспонденту журнала «Слово и Дело» директор Фонда прогрессивной политики Олег Бондаренко, европейские власти этим заниматься не будут.
Во-первых, в ЕС и без того проживают сотни тысяч людей, не имеющих на это никаких законных оснований. А во-вторых, уклоняются ли эти беженцы от воинских обязанностей или нет — это проблема Украины. К Европе это отношения не имеет.
«Никто там никого ловить не будет. Это далеко не первоочередные задачи европейской полиции. Кроме того, давайте смотреть правде в глаза, к этим неприятным для нас вещам (осквернение памятников) европейская полиция будет относиться лояльно и закрывать на это глаза. Это свойство политического момента. Исходя из тех представлений о ситуации, которые у них есть, любые действия, которые в сложившейся ситуации могут быть восприняты, как действия жертвы для своей защиты, с точки зрения Европы — оправданы», — отметил эксперт.
При этом Бондаренко уверен, что большая часть прибывших в Европу украинцев после завершения российской спецоперации предпочтет вернуться домой. Для этого необходимо выполнение двух условий: чтобы прекратились боевые действия, и чтобы физически существовал дом, в который придется возвращаться.
«Не стоит путать беженцев, которые приезжали из стран Африки и Средней Азии с их нищими экономиками, и украинцев, которые привыкли к довольно хорошей, достойной жизни. На данный момент в качестве беженцев они чувствуют себя в Европе плохо. Они не привыкли просить, ходить за какими-то справками. Не нужно забывать, что это во многом женщины с детьми, которые оказались в другой языковой среде, где все другое».
Впрочем, есть и идейные граждане Украины, для которых существует и третье условие. Они не станут возвращаться домой, если дом сменил государственную принадлежность. А такой вариант вполне возможен для некоторых областей. Так, замглавы военно-гражданской администрации Херсонской области Кирилл Стремоусов уже заявил, что интеграция региона в состав РФ — лишь вопрос времени.
Сколько будет таких регионов после окончания спецоперации и какая часть их бывшего населения не станет после этого возвращаться из эмиграции — покажет время. Но у некоторых украинцев существует возможность вернуться домой, оставшись при этом в Польше. О том, на какую часть Украины может попытаться претендовать Варшава журналу «Слово и Дело» рассказал политолог Николай Межевич.