В Церквях русской традиции епископ поставляется из монашествующих, в редких случаях — из рясофора. В Церквях греческой традиции, напротив, епископов в рясофоре больше всего. Но в древней Церкви допускался не только монашествующий или безбрачный епископат, но и брачный. О том, какие вехи и изменения прошел вопрос отношения епископата к браку до наших дней, читайте в статье.
Первая веха. I-IV вв.
Сам апостол Павел ясно дает понять, что брачный епископат возможен: “Но епископ должен быть непорочен, одной жены муж, трезв, целомудрен, благочинен, честен, страннолюбив, учителен” (1 Тим. 3:2). Апостол также высоко говорит о браке и даже проводит параллель между брачным союзом и союзом Христа и Церкви (см. Еф. 5).
Но уже в апостольские времена были те, кто выступал не только против брачного священства, но и самого брака. Апостол решительно высказывался против такого мнения: “Дух же ясно говорит, что в последние времена отступят некоторые от веры, внимая духам-обольстителям и учениям бесовским, через лицемерие лжесловесников, сожженных в совести своей, запрещающих вступать в брак…” (1 Тим. 4:1-3).
Этот вопрос упоминается и в апостольских правилах. Разрешение же его вполне созвучно мнению апостола Павла:
“Епископ или пресвитер или диакон да не изгонит жены своей под видом благоговения. Аще же изгонит да будет отлучен от общения церковного: а оставаясь непреклонным, да будет извержен от священного чина” (Правило 5-е).
“Аще кто, епископ или пресвитер, или диакон, или вообще из священного чина, удаляется от брака и мяс и вина не ради подвига воздержания, но по причине гнушения, забыв, что вся добра зело и что Бог, создав человека, мужа и жену сотворил их, и таким образом хуля клевещет на создание: или да исправится, или да будет извержен из священного чина и отвержен от церкви” (Правило 51-е).
Таким образом, апостолы не выступали против брака, в том числе брака священства. Известно, что и некоторые из апостолов имели свои семьи. В подтверждение этого достаточно привести евангельское событие исцеления тещи Петра, упомянутое во всех синоптических Евангелиях (см. Мф. 8:14-15, Мк. 1:29-31, Лк. 4:38-39).
В то же время, Христом (см. Мф. 19:11-12), апостолами (см. 1 Кор. 7) и святыми восхвалялось девство. Причем, хотя девство никак не превозносили над браком, оно все же было предпочтительнее для клирика. В “Церковных Канонах” сказано, что было бы хорошо, если бы епископ не был женат. И с ходом истории, как мы увидим далее, все более предпочтительным становилось поставление неженатых епископов.
ПОДАТЬ ЗАПИСКУ В СВЯТО-ЕЛИСАВЕТИНСКИЙ МОНАСТЫРЬ
Вторая веха. IV-VI вв.
IV век в истории Церкви примечателен двумя вещами. Во-первых, именно в этот век в Римской империи сначала была объявлена веротерпимость и гонения на христиан прекратились, а затем и вовсе христианство стало государственной религией империи. Это дало небывалую доселе свободу для развития Церкви.
Во-вторых, в IV веке на подъеме духовной жизни зародилось монашество. Монашество показало путь реального достижения высокого евангельского аскетического идеала. Оно стало влиять на все стороны церковной жизни вплоть до того, что миряне стали перенимать монашеские обычаи и правила. Вполне обычным явлением в Византии стало то, что супруги по достижении старости, либо при достижении зрелости их детей, расставались друг с другом по обоюдному согласию ради того, чтобы уйти в монастырь.
Епископы все еще могли быть брачными. Однако, как уже можно было догадаться, таковых становилось все меньше и меньше, ввиду того, что монашествующий епископ был куда предпочтительнее. Но и среди брачных епископов в IV веке были великие святые, например, свт. Григорий Назианзин Старший, свт. Григорий Нисский.
Вопрос о необходимости безбрачия для епископа поднимался и на Первом Вселенском соборе. И на некоторое время на соборном уровне точку в нем поставил строгий аскет и девственник епископ Пафнутий. Он сказал: “Не возлагайте тяжелого ига на лиц посвященных: честен брак и ложе нескверно. Как бы от избытка строгости не произошло вреда для Церкви – ибо не все могут принять на себя подвиг бесстрастия”.
Но вот на бытовом уровне казусы случались. Как уже было сказано, куда более предпочтительным, а, соответственно, и уважаемым был безбрачный архиерей. Епископ Ефесский Антонин ради епископства до своего рукоположения разошелся со своей супругой, а уже после рукоположения не выдержал и не только с ней сошелся, но и нажил несколько детей. Когда это стало известно патриарху, будущему святителю Иоанну Златоусту, он низложил Антонина. И, по всей видимости, этот случай был не единичным.
Таким образом, с возникновением и укреплением монашества появилась устойчивая тенденция к выбору безбрачных епископов.
Третья веха. VI в. — до сего дня
Новелла императора Юстиниана от 528 г. гласит: “Не иначе посвящать в епископы, как если избираемый, достойный в других отношениях, не будет иметь детей и уже не сожительствовал бы с женой, но вместо жены прилепился бы к Церкви, пребыл бы в воздержании, а вместо детей имел бы христианский, православный народ”.
А пика своего тенденция, упомянутая выше, достигла в VII веке уже в церковном соборном сознании, что выражается в 12 правиле VI Вселенского собора: “Дошло до сведения нашего и то, что в Африке, и Ливии, и в иных местах некоторые из тамо сущих боголюбезнейших предстоятелей, и по совершившемся над ними рукоположении, не оставляют жити купно со своими супругами, полагая тем претыкание и соблазн другим. Имея убо великое тщание, дабы все устроити к пользе порученных паств, признали мы за благо, да не будет отныне ничего таковаго. Сие же глаголем не ко отложению, или превращению апостольскаго законоположения; но прилагая попечение о спасении и о преуспеянии людей на лучшее, и о том, да не допустим какого-либо нарекания на священное звание. Ибо глаголет божественный Апостол: вся во славу Божию творите: беспреткновени бывайте иудеем, и эллином и церкви Божией, яко же и аз во всём всем угождаю, не иский своея пользы, но многих, да спасутся. Подражатели мне бывайте, якоже и аз Христу. Аще же кто усмотрен будет сие творящий, да будет извержен” (1 Кор. 10:31–33, 11:1). Таким образом, никакой епископ под угрозой извержения из сана не может жить в браке.
При этом, стоит понимать, что для епископа сохраняется возможность принятия или непринятия монашества. Если ставленник не желает принимать ангельский образ, то его просто возводят в рясофор.
Пускай рясофор формально и является монашеским чином, принесение монашеских обетов в нем не требуется, а рясофорный инок может покинуть монастырь и вернуться в мир без каких-либо канонических последствий. После этого он будет считаться обычным мирянином и сможет работать в миру, занимать административные должности, вступать в брак, заводить детей и т.д.
Как было сказано в начале статьи, в Церквях русской традиции в епископы чаще поставляют из монахов малой схимы, а в Церквях греческой — из рясофора. Почему так сложилось? Точно сказать нельзя. Существуют разные теории, но отдельно останавливаться на них не будем, поскольку все они строятся на предположениях и допущениях, а не на конкретных фактах.
В редких случаях епископы принимают не только малую, но и великую схиму. Но это происходит уже в конце их служения, поскольку схиепископ отказывается от управления епархией ради уединения в молитве.
Заключение
Чисто технически брачный епископат до сих пор возможен в том случае, если к этому возникнет потребность. И хотя в отдельных случаях бывают отрицательные эпизоды, связанные с монашествующими епископами, они составляют исключение из правила. Между тем как епископ-монах, обрученный Церкви, как раз и являет идеальный образ пастыря Церкви Христовой.
Да, действительно, не каждый может принять безбрачие (см. Мф. 19:11-12), но ведь и епископское служение — наивысшее возможное в Церкви. А потому и поставляться на него должно тем, кто ради Господа готов пожертвовать всем остальным.
Брачный епископат был восстановлен в обновленческой церкви — околоцерковной организации, находившейся под покровительством СССР. Но все нововведения обновленцев носили скорее политический характер. Для них главной целью было создать религиозную организацию, отличную от канонической Церкви.
Для католических церквей, разорвавших общение с Римом, (старокатолические, апостольские епископальные и национальные церкви) характерна полная свобода в отношении принятия или отказа от целибата для всех ступеней священства, что является своеобразной реакцией на его обязательность в Римско-католической церкви.
Реального же запроса на возрождение брачного епископата в Православной Церкви нет. Этот вопрос должен был поднят вновь на Поместном Соборе Русской Церкви 1917 года, но не получил должного рассмотрения ввиду его недостаточной актуальности.