Как-то так получается, что я все рассказываю с нотками сожаления со своей позиции обиженки. Какая-то явка с повинной вырисовывается. На самом деле – я сама хороша, а он не такой уж и негодяй на первом полугодовом отрезке марафона. Я постоянно его провоцировала на близость, как физическую, так и эмоциональную, оправдывая себя тем, что я – девушка свободная, а его обязательства – это его проблема. Поддерживала беседы, отвечала на звонки, с удовольствием встречалась с ним и проводила рядом все свое свободное время, не задавая вопросов про супругу, и не отпуская колкости на этот счет. Мне это не свойственно, я – мастер язвительности. Согласитесь, во встречах такого формата – поле непаханое для острот. Заботилась о нем, проявляла нежность и ласку, манипулировала своей беззащитностью, внимание! зная, что человек не свободен. Одним словом, всячески старалась прикормить дикого зверя и привязать к себе, выработать у него потребность моего присутствия в его жизни.
То есть о морально-нравственных ценностях я тогда не думала. Признаюсь. Это мое право, и это, кстати, разумная позиция здорового человека. Семьи, проблемы, ощущения, обиды и другие чувства других людей – это их ответственность, а не моя. Это, наверное, больше к вопросу социальной этики и религиозных соображений. То есть я придерживалась политики безнравственности, так почему же я от него ожидала благородного проявления?
Наверное, потому что он казался мне благородным, очень добрым, возможно, он таким был и остается по сей день. Я сейчас с ним не общаюсь и стараюсь не анализировать больше ничего из вчера, а сегодня я его не знаю. По его историям из жизни, он часто приносил себя в жертву в угоду другим. Его обманывали, предавали, мне хотелось поддержать его и доказать, что он достоин большего, он достоин быть счастливым. Вот только ты не можешь принимать решения за человека, как ему жить, навязывать свои мировоззренческие ориентиры, а я хотела и делала. Женскими хитростями. Я же знала, как надо! Но человека все устраивало. Ему уже тогда было нормально. Потому что, когда плохо, ты что-то меняешь, ищешь варианты, делаешь выбор, принимаешь решения, как правило, болезненные, берешь на себя за них ответственность. Но сначала ты честно признаешься себе, что вот тут и вот здесь у меня проблема. Я к чистосердечному два с половиной года. Дошла. У него их не было, а я пыталась доказать ему, что они есть и доказывала-таки. Или он делал вид, что признавал их наличие. Неверное решение задачи, потому что графа “дано” заполнена с ошибками. Человек был женат. Вот этой всей ерундой любовницам нельзя заниматься, их потом шиза посещать начинает.
Для чего все это нужно было мне, зачем я прилипла к нему? Заполняла внутренние пустоты, скорее всего, пытаясь восстановить свою целостность за счет присутствия в моей жизни мужчины. Фатальная ошибка. Тогда еще я не понимала, куда лезу, это все была какая-то эротичная игра в догонялки в весенне-летний период. С ним было легко и весело, я не планировала выходить за него замуж и даже не рассматривала его в качестве партнера для жизни тогда. Просто с ним я чувствовала себя женщиной, у меня вырабатывались гормоны дофамина, окситоцина, эндорфина и серотонина в его присутствии. То есть физически я чувствовала себя хорошо.
А нормально – это когда тебе после развода какое-то время плохо. Ты с этим живешь, решаешь вопрос своей полноценности сама, не впихивая в образовавшиеся дыры других людей. Он нравился мне все больше и больше с каждым днем. Я влюблялась в слова и физику, а не в поступки. Он их и не совершал. Это явный признак того, что ты, девочка моя, мне не важна. Есть и хорошо, нет – вернусь к своей прежней жизни, она меня в принципе устраивает. Моя вторая фатальная ошибка.
Мы даже как-то в момент очередной гульки завели разговор, по его инициативе, в которой он говорил, что весь этот флирт может перерасти в трагедию, как бы намекнув, что я не собираюсь разводиться, и по-хорошему нормальная женщина, коей я не являлась, как теперь выясняется, должна была включить заднюю скорость. Что сделала я? Предложила себя в качестве легкого формата времяпрепровождения. Я спросила: “Тебе со мной хорошо?” Естественно, утвердительный ответ.
А какому бы мужику было плохо? Сама себя обеспечиваю на базовом уровне, не звоню первая, неудобств не создаю, ничего не требую, максимально расслаблена, всегда в приподнятом расположении духа, радуюсь ему, как преданный пес, сосу без передыху, трахаюсь, как не в себе (не помню точно, мы уже тогда спали или нет, но сосала точно), ржу над его шуточками, жрать таскаю на свиданки, не сплю вместе с ним, когда он за рулем по десять часов, устраивая развлекательный контент в нашем чатике, ноги от ушей, талия ярко очерченная, голова красивая, чем-то там занимаюсь типа писанины картин и чтения литературы, ухоженная, ну, сисек разве что не было и нет, так он – любитель маленькой груди. Кто откажется? Когда никакие требования не выставляются, цена сей штуковины не объявлена? Валяется на дороге, хочешь, пройди мимо, хочешь – подбери и пользуйся, когда удобно. Да почти никто! Вот и он оказался почти никем. Кто его осудит? Разве, что женщины, у которых такие мужья. И то, часть из них возьмут ответственность за его поведение на себя, типа я сама упустила тот момент, когда ему стало чего-то там не хватать.
Так что нет, он не виноват в том, что я залипла, он вел себя достойно по отношению ко мне, был предельно честен и пользовался тем же оружием, что и я, для реализации своих планов по организации досуга. Лето, у ребенка каникулы, то в отпуск жену с ребенком отправил, то к родственникам, сам деньги зарабатывает и расслабляется в приятной компании, которая сама себя и продала за бесценок.
В общем, по обоюдному согласию мы вступили на эту скользкую дорожку, только у меня с координацией оказалось совсем плохо. Пизданулась так, что ели кости собрала в кучку.