Как-то я пожаловалась своей массажистке на то какая «..адовая была смена, так много времени на ногах, ни разу не присела, каблуки - 9 см и столько проходок..»
Ларису сразу разобрало любопытство: «А что вы вчера снимали?»
Я объяснила, что это была уличная сцена, в которой задействовано много машин и массовки. «И, чтобы они в нужном порядке ездили/ходили по кадру, уходит много дублей и репетиций. И ты играешь свою сцену в толпе и тоже стараешься не перепутать после движения какого человека какой жест у тебя.. А потом это надо повторить во всех кадрах, чтобы сцена склеилась.. И если сбился кто-то один, то переделываем всё сначала мы все.»
Она перестала делать массаж. В её глазах явно отражался серьёзный мыслительный процесс, переворачивающий сознание. Но вдруг:
— А что оно не само там ездит, ходит?
— Неееет..
— Ну, машины же ездят на улице.. и люди ходят.. выходите туда и снимайте, зачем людей нанимать..
..Буду честна, в эту секунду я почувствовала себя ничтожной. Я, как будто, стала совсем маленькой и совсем далеко, и пытаюсь донести свою мысль очень большой и очень уверенной в своих знаниях Ларисе:
— Но эти люди идут по своим делам.. Они пройдут мимо камеры, да, но один раз, а если дубль понадобится? Или другой кадр?
— Так снимайте с одного дубля! Не получилось, снимайте ещё раз!
А звучит-то как логично..
— Но там выставлен свет, камера, ограждения. Люди будут всё рассматривать, обычно же такое на улице не стоит, будут озираться.. И как их снимать?
— Да сколько людей ходит и озирается?! Нормально это, пусть себе озираются!
Почти тупик..
— Но они же могут меня от камеры собой загородить! Я буду играть, думая, что меня снимают, а в камере крупным планом их голова!
— Так ты выгляни из-за него и продолжай себе играть!
Я не сдамся. Я. Не. Сдамся.
— Они увидят камеру и будут в неё смотреть! - мне казалось, это весомый аргумент..
— Ну переснимите.- Не, не весомый,- Всё же лучше, чем всем им зарплату платить..
Зарплата.. вот он корень зла.. кажется я знаю нужные слова..
— Но, если мы будем снимать людей без их разрешения,- проговаривала я очень медленно,- А потом это по телевизору показывать, они подадут на нас в суд и кинокомпания огромные деньги на штрафы потратит..
Тишина. И, кажется, победа..
— Ну, если так, то понятно, - задумчиво протянула Лариса и вернулась к своей работе.
Божечки. И правда победа..
Я лежала счастливая.. Лариса заботливо разминала мне спину. Теперь ей не казалось, что я ушатала себя «не пойми зачем», теперь она понимала, что это моя работа. За неё платят деньги, значит так надо..
А я лежала и думала:
Блин. Я, ведь, так ничего и не объяснила..
