Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Об аутизме изнутри

О любви

Сейчас буду долго философствовать. Здравствуйте! Все приходит без опозданий и в свое, единственно правильное для того или иного явления время. Я все отнекивалась и считала, что успокоительные и подобного рода препараты мне не нужны, по крайней мере пока. А в конце прошлой недели прямо как носом в стену уперлась в четкое и безоговорочное понимание того, что пора пришла - не справляюсь. Еду в садик за детьми, а в голове мысли о бабушке, которой не стало уже два года, о папе, которого 7 месяцев нет, о маме, которую очень жалею, но не могу в ее одиночестве ничем помочь, о сыне, которого чмокаю в щечку, провожая до двери группы в саду, а он щипает меня за подбородок и хитро заглядывает мне в глаза, о саде для дочери ближе к дому, которого нет - мест нет, что делать осенью - не знаю. И вот еду я в автобусе, стою, а слезы текут. Ну вроде не место реветь-то. В общем, пью Афобазол - мне о нем знакомая давно уже говорила, рекомендовала. Видимо, время пришло. А я вообще хотела о любви написать. М

Сейчас буду долго философствовать.

Здравствуйте!

Все приходит без опозданий и в свое, единственно правильное для того или иного явления время. Я все отнекивалась и считала, что успокоительные и подобного рода препараты мне не нужны, по крайней мере пока. А в конце прошлой недели прямо как носом в стену уперлась в четкое и безоговорочное понимание того, что пора пришла - не справляюсь. Еду в садик за детьми, а в голове мысли о бабушке, которой не стало уже два года, о папе, которого 7 месяцев нет, о маме, которую очень жалею, но не могу в ее одиночестве ничем помочь, о сыне, которого чмокаю в щечку, провожая до двери группы в саду, а он щипает меня за подбородок и хитро заглядывает мне в глаза, о саде для дочери ближе к дому, которого нет - мест нет, что делать осенью - не знаю. И вот еду я в автобусе, стою, а слезы текут. Ну вроде не место реветь-то.

В общем, пью Афобазол - мне о нем знакомая давно уже говорила, рекомендовала. Видимо, время пришло.

А я вообще хотела о любви написать. Мне почему-то подумалось, что любить меня учит именно Захар. На мужа я могу обидеться и долго молчать, причем ответное поведение мужа такое же. Дочь - она тоже не отличается ни ангельским характером, ни безоговорочно примерным поведением. Но на Маруську, конечно, даже при всех ее капризах и "выкозюлях" и обижаться-то долго невозможно. Все наши с ней столкновения по каким-то вопросам решаются здесь и сейчас, "на берегу".

Захар - другое. Это вообще не похожий ни на что мир. Здесь даже при наличии какого-то порядка, уклада, договора или уговора не дай тебе Боже стать в чем-то уверенной. Очень много мелочей, горьких и незаслуженно болезненных слов, отговорок, его эго - просто невероятного объема.

Стараешься не давать лишней реакции на что-то обидное - где-то поможет, Захар перестает давить, где-то совсем не выручает - заводишь разговор, зачем ты обижаешь маму, которая тебя любит? - а у самой всёёёёё - тушь потекла вместе с горем и усталостью из глаз. Но сын иногда словно переключается со своей эго-злости на своего рода сострадание, что ли. В такие моменты он искренне повторяет заученный штамп "Оой, из-виии-ниии", - и затихает. Но малейший повод, и ситуация, а вслед за ней и поведение возвращаются обратно.

Как правило, подобный негатив возникает, когда Захар что-то не хочет делать: "Почему ты заставляешь меня убираться?" "Я не буду лечиться! Я хочу приступ!" - вчера после этих слов не выдержала я и вылила лекарство в раковину. Ушла мыть пол. Захар реально не ожидал. Это как с тем борщом - дважды за жизнь Захара я позволила себе не сдерживаться и не терпеть, а пойти навстречу желанию ребенка. Не будешь борщ? Будешь ходить голодным? Выльешь в мусорку? - действуй. Вылил. Ходил потом ревел, "мааамаа, куууушааать!"

Вот и таблетка с таким трудом найденного препарата вчера пошла в канализацию. Не хочешь лечиться - не будем. Кто б меня спросил, хочу ли я тебя лечить... Ну ничего, осекся разом просто. Все гадости и негатив, направленные в мою сторону за то, что я его лечу, застряли где-то внутри. Снаружи появился не то испуг, не то паника какая-то. Да, наверное, непедагогично, но уж не сдержалась. И бить-то его, поросенка, себе дороже: цели наказание не достигнет, а обиды, слез, гадостей станет еще больше.

Когда Захар увидел, что я не собираюсь его уговаривать принимать лекарство, растерялся, побежал просить таблетку, а я тоже не подарок и тот еще учитель. Отправила к отцу. Сама со злости заявила, что при повторении ситуации с таблетками, выкину весь запас и лечить не буду, живи как есть. Скорее всего, я не права, мне, наверное, стыдно должно быть за несдержанность и за то, что такое ребенку выпалила, но поэтому успокоительные и стала пить. Когда каждый вечер одно и то же, не могу вообразить, сколько терпения должно быть у родителя, чтобы не вспылить и не пустить на самотек. Моего терпения оказалось мало.

Зато таблетку Захар съел безропотно, а перед сном, когда обнимала, сказал, что любит меня.

И я, мама, должна учиться любить. Машкины выходки с должным воспитанием и в процессе взросления пройдут, поменяют смысл и форму выражения, Захаркины, наверное, в основе своей навсегда.

Но не отнимут и не отдашь - ни минуты, ни дня, ни одного переживания, связанного с этим чудиком, у которого одному Богу известно, что в голове и в сердце. И как ценна каждая толика чего-то доброго ответного с улыбкой и светом!

Любите и чувствуйте ответные проявления)