Дрема проходила медленно и лениво. Она все еще цеплялась за покрывало сладкого сна, где не было страхов и тревог. В этом сне было удивительно уютно, тепло и — самое главное — безопасно.
Тяжелая рука лежала поперек ее груди, прижимая к чужому телу. Телу?! Сознание вылетело из полусна как пробка из бутылки.
Нет, не померещилось. Так и есть. Ее крепко прижимали к сильному мужскому телу. Особенно чувствительно это было по причине того, что тело это было полуобнаженным.
Щеки залила краска. Наглая же конечность темного и не думала никуда исчезать — так и лежала поперек груди. И чьи-то определенно лишние пальцы так и норовили этой самой груди коснуться. Сжать. Стиснуть. Вылезать из-под тяжелой конечности пришлось едва ужом не извиваясь.
Лицо спящего мужчины было безмятежным, хмурые складки на лбу разгладились, на губах играла легкая улыбка.
Красивый он. Короткие иссиня-черные густые волосы. В правом ухе — длинная серьга с мерцающим синим сапфиром. Правильные черты лица. Глаза от мощной груди, обтянутой бинтом, Дари поспешно отвела.
Может, даже слишком поспешно. И потому заметила, как по губам темного скользнула довольная улыбка.
Вот так, значит? Притворяемся почти умирающим и совершенно беззащитным?!
Рука, можно сказать, сама поднялась — и отвесила щелбан прямо по макушке!
— Ай, анэ, ну драться-то зачем! — возопил обиженный, тут же весьма бодро подскакивая.
Прохиндей. Все ведь еще вчера зажило!
— Анэ, значит?! — сама вскочила, поправляя смятое с вечера платье. Вчера так и уснула одетой — к счастью. — Сестра, значит? Анарис, ты… — выдохнула, пытаясь утихомирить вспыхнувшее на пальцах ледяное крошево.
Кажется, за окном даже вьюга усилилась. Успокоилась, впрочем, так же быстро, как и вспылила. Бесполезно. Он не поймет. Ни то, что она искренне переживала, ни то, что он снова ее подставил. Наверняка ведь навеял сонные чары!
— Анэ, — мужчина резко стал серьезен. Он с трудом сел, опираясь на подушки. Значит, рана все же не была ложью, — я никогда не лгал тебе. Мог не договаривать, но… ты до тьмы хорошенькая, когда злишься, — и жесткое лицо темного озарила улыбка. — Не переживай ты так! Ты устала вчера, ну куда бы пошла? А Дарк занят был.
— И что теперь станут говорить? Что зимняя невеста знатных женихов перебирает? Или того хуже? — ну невозможно было злиться, глядя на эту раскаивающуюся физиономию!
— Что избранница моего брата так прекрасна и чиста, что перед ней сложно устоять даже самому завзятому сердцееду, — подмигнули ей.
И вот хочется ведь повторить процедуру со щелбаном — а рука не поднимется.
Опять говорит глупости. И хотя знает, что темный вовсе не такой добрый, беззаботный и легкий на подъем мальчишка, но… разум знает, а сердце верит в иное. А еще верит, что зима и ему подарит свое персональное чудо.
Вот только все благие размышления были перечеркнуты. Ее дернули за пояс юбки, подтянули ближе, подмигивая.
— Рис, прекрати!
Тот, дурачась, попытался опрокинуть на кровать. И именно в тот момент, когда она — взлохмаченная и смеющаяся, едва не лежала на несносном темном, дверь распахнулась.
В нее ворвались льдистые искры магии, а следом раздался и знакомый ледяной голос:
— Смотрю, пока я расследую произошедшее на Отборе, вы уже неплохо… поладили? Никогда бы не подумал, что здоровье главы Ордена Смотрящих настолько хрупкое!
У распахнутой двери стоял ледяной маг. И сейчас его волосы действительно были белее снега, а светло-серебристый костюм обнимала снежная пелена плаща. В темно-синих глазах царило мнимое спокойствие. Но Дари это не обмануло.
Ледяной был чудовищно зол.
И как только она умудрилась влипнуть в эти игры! А начинались холода так безобидно...
Дорогие читатели! История будет выложена полностью и бесплатно. Продолжение ежедневно в 12:00.