Теперь самое главное найти Татьяну, организовать ей достойное лечение и подключить самых лучших адвокатов. Преступление конечно серьёзное, но есть много реабилитирующих обстоятельств. Да, прямо в больнице надо будет снять и зафиксировать побои на ребёнке - это очень важно".
Так пыталась успокоить себя Виктория, но тревога почему-то не проходила. Зная свою интуицию, Виктория подспудно понимала - жизнь готовит ей очередной удар.
Продолжение истории. Начало: Глава 1, Глава 2, Глава 3, ..., Глава 10, Глава 11, Глава 12, Глава 13
Глава 14
Григорий Альбертович сразу, не дожидаясь, пока принесут остальной заказ, наполнил коньяком свой фужер. Виктория удивлённо и неодобрительно посмотрела на него. "Да... С такими темпами он моментально окосеет", - подумала она.
- Виктория Владимировна! Давайте выпьем за успех наших переговоров! Это Ваш проект и мне очень бы хотелось, чтобы он был успешно реализован!
Григорий Альбертович потянулся было к Виктории, чтобы чокнуться, но она только приподняла бокал, пригубила вино и слегка кивнула головой, в знак благодарности. Принесли горячее и они приступили к трапезе.
Для Виктории, одним из показателей, что собой представляет мужчина - это было, как он ест. За словесной шелухой можно скрыть недостатки воспитания, но за едой они вылезают мгновенно. И даже если бы у неё были какие-то планы в отношении Григория Альбертовича, то, то, что она увидела за столом - сразу бы поставило на них крест.
Ел он безобразно. Нанизав на вилку большой кусок мяса, он отгрызал от него куски и проглатывал, практически не разжёвывая. Пользоваться ножом, он видно был не приучен. Капли соуса капали ему на галстук и брюки, но он этого не замечал, при этом громко чавкая и причмокивая.
Боже, какая же это свинья! Как его мог держать генеральный? Как такого вообще можно посылать на переговоры? Он может испортить всё дело. Придётся, наверное, не только отбиваться от его сексуальных притязаний, но и каким-то образом предотвратить его участие в переговорах.
Григорий Альбертович опять потянулся за бутылкой. Было видно, что алкоголь уже ударил ему в голову, и ему не терпелось поскорей закончить трапезу. В его голове уже рисовались соблазнительные картины продолжения вечера. Вот он ведёт Викторию в номер... Вот раздевает и заваливает на постель... Он на секунду даже закрыл глаза представляя то, что будет дальше.
Из сладостных мечтаний его вырвал холодный голос Виктории:
- Григорий Альбертович! Вы не очень разогнались? Не забывайте - у нас завтра переговоры и Вам нужна будет светлая голова.
Но мужчина уже не слушал её. Он без всяких тостов махнул залпом ещё один фужер, вытер рукой рот и повернулся к Виктории:
- Вика! Ну что ты всё на "Вы" да на "Вы". Ну, мы с тобой коллеги, - заплетающим языком пробормотал Григорий Альбертович. - Давай мы с тобой выпьем на брудершафт и перейдём на "ты".
- К чему же такие формальности. Ты и так уже перешёл на "ты"... Даже моего согласия не спросил...
- Ну, изззвинии, - он икнул. - Ты права. К чему теперь формальности...
Виктория почувствовала на своей ноге горячую, влажную руку, которая поднималась всё выше и выше по бедру. Её аж передёрнуло от брезгливости. Но она не показала виду. Виктория только повернулась к своему спутнику и язвительно спросила:
- Ну что, вытер руки об мои колготки?
Григорий Альбертович моментально выдернул руку из под её платья.
В этот момент музыканты заиграли попурри на тему композиций Стинга.
- Ты лучше пригласи меня потанцевать, - глядя прямо в глаза Григорию Альбертовичу, томным голосом произнесла Виктория.
"Всё, сломалась, она моя!"- радостно подумал старый ловелас. "Сейчас потанцуем, я об неё потрусь, возбужу её, а потом сразу в номер!" Он с неким намёком на галантность протянул Виктории руку.
Уже прилично пошатываясь, он вывел Викторию в центр ярко освещённого танцпола и сразу попытался прижаться к девушке. Но та не дала ему это сделать, положив свои руки ему не на плечи, а на талию, таким образом удерживая его на определённом расстоянии. Но Григорий Альбертович уже не мог размышлять здраво. Его мысли были заняты только одним. Он даже не почувствовал, как тонкие пальчики расстегнули ему брюки на гульфике, быстро рванули змейку и клацнули застёжками на подтяжках. Вика тут же сделала несколько шагов назад, а ошарашенный Григорий Альбертович остался в центре ярко освещённого зала в спущенных ниже колен штанах и несуразных, очень несвежих семейных трусах.
Виктория достала из клатча смартфон и сделала несколько снимков. В зале мгновенно прекратились все разговоры, и даже музыканты прекратили играть. Наиболее продвинутые посетители схватили свои телефоны и стали снимать видео. Особенно забавно выглядели попытки Григория Альбертовича вернуть брюки на место... Но уже выпитая на половину бутылка коньяка и большой живот не давали ему это сделать быстро.
В зале сначала раздались смешки, а потом это был уже всеобщий хохот. Хохотали все - и посетители, и официанты, и музыканты и даже несколько сотрудников кухни, которые выглянули на шум. А Виктория, ничуть не смущаясь, подошла к Григорию Альбертовичу и спокойным ледяным голосом сказала:
- А теперь послушай меня - неудавшийся трахальщик. Никогда не прикасайся к женщине, пока она тебе этого не разрешит! Ни здесь, ни в офисе - нигде! И ещё. Завтра, ни на какие переговоры ты не едешь. Я скажу, что ты заболел. А если дернёшься, то мало того что фото твоих грязных труселей будут украшать все коридоры офиса, так я ещё эти фотки отправлю твоей супружнице - пускай полюбуется, чем ты занимаешься в командировках.
Виктория не дожидаясь реакции и ответа Григория Альбертовича, резко повернулась и пошла к выходу. Ей вслед раздались аплодисменты от людей, сидящих в зале.
Переговоры прошли блестяще. Сказалась тщательная подготовка Виктории. Она в своей презентации сумела убедительно доказать партнёрам не только финансовую, но и маркетинговую выгоду от заключения контракта с их компанией - одним из лидеров в своём сегменте рынка. Ей удалось добиться существенного снижения цен, при выполнении определённого объема закупок. Не маловажную роль сыграло и то, что переговоры вела молодая, красивая женщина, а её оппонентами были мужчины. Виктория включила на полную и своё обаяние, и элементы НЛП. Она сумела очаровать своих партнёров по переговорам. И каждый из них, потом, в разговорах с сослуживцами восхищался острым умом и эрудированностью такой ещё молодой девушки, а про себя думал: "Эх, мне бы такую женщину. Как много можно отдать, за возможность обладание ею!"
Но Виктория, как только переговоры были успешно закончены, улетела в Москву. И опять с ней в самолёте рядом сидел Григорий Альбертович, но теперь насупившись, демонстративно отвернувшись от Виктории и грустно смотревший в иллюминатор авиалайнера. С памятного вечера в ресторане они обменялись с Викторией не более десятка слов. Всё время, до самого отлёта, Григорий Альбертович сидел у себя в номере и, похоже, беспробудно пил. Вид у него был совершенно подавленный. Но Виктории было на него наплевать. Она сумела в одиночку успешно провернуть сложные переговоры и теперь перед ней открывались радужные перспективы.
***
Как только Виктория закончила с обновлением гардероба Вики, перед ней встал новый вопрос. Ей нужно было ехать на работу, а что делать с ребёнком? Проще всего конечно было просто оставить её у себя в квартире, но как поведёт себя девочка, оставшись одна? В принципе она её совсем не знала. Конечно, у неё и мысли не возникало, что девочка может что-то украсть или испортить. Но всё-таки... Виктория не привыкла, чтобы в её квартире или загородном доме оставался кто-то чужой, кроме домработницы, которую она долго подбирала и тщательно изучала.
Был ещё вариант взять Вику с собой на работу, но Виктория его отвергла сразу - по офису пойдут разговоры, все будут строить догадки, что это за девочка... Нет, Виктория не любила, чтобы на работе кто-то и когда-то обсуждал её или её личную жизнь и никогда не давала поводов для этого.
Оставался последний вариант - оставить Вику в каком-либо детском игровом центре, а после окончания всех дел, приехать и забрать её.
- Вика. Ты знаешь, мне нужно ехать на работу... Давай сделаем так. Здесь не далеко есть огромный торговый центр и в нём есть большой игровой городок для детей. Я тебя отвезу туда - пока я буду работать, ты побудешь там, поиграешь с другими детьми. Я тебе оставлю денег, и если ты проголодаешься или захочешь чего-нибудь вкусненького, то купишь себе - договорились?
Но реакция девочки была совершенно не предсказуема для Виктории.
- Тётя Вика! Вы хотите бросить меня? - почти прошептал ребёнок. - Пожалуйста, не бросайте меня... Не оставляйте нигде, - слёзки закапали из глаз девочки.
- Ну что ты, маленькая? С чего ты взяла, что я хочу тебя бросить? Я тебя никогда не брошу... Я просто боюсь, что тебе будет скучно одной.
- Нет, тётя Вика! Мне не будет скучно. Я буду сидеть тихо-тихо. Ничего трогать не буду... И никому дверь не открою... Честно при честно! Только, пожалуйста! Не увозите меня никуда.
И маленькая Вика, опять бросилась обнимать Викторию.
А Виктория уже совсем не понимала, что с ней происходит. У неё тоже закапали слёзы, и она как то уж совсем по-детски шмыгнула носом.
- Ну вот, что это мы с тобой тут совсем сырость развели! Давай обе вытрем слёзы, приведём себя в порядок. Не хочешь никуда ехать - не надо. Оставайся дома. Вот это пульт от телевизора. Вот тебе мой второй телефон, - Виктория достала трубку, номер которой она никому раньше не давала. - Если кто-то будет звонить - не отвечай, просто сбрасывай вызов. Если буду звонить я, то на экране ты увидишь моё имя. Если тебе нужно будет позвонить мне - вот я вбила в память свой номер телефона. Там на столике лежат различные журналы - бери, смотри. Вот только у меня игрушек никаких нет...
- А они интересные?
- Кто интересные?
- Журналы.
- Ах журналы. Очень интересные. Только они на английском языке, - извиняющимся тоном сказала Вика. - Ну, ничего - там красивые картинки полистаешь, посмотришь. Можешь включить компьютер - знаешь, как на нём работать? - Вика, только молча, кивнула головой. - Ну вот, а я побежала. Приеду на работу - сразу начну разыскивать твою маму...
Но разыскивать Татьяну ей не пришлось. Как только она села в машину запиликал её телефон.
- Привет, что случилось? Ты искала меня?
- Да собственно ничего особенного...
- Ну да, рассказывай. Ты разыскиваешь меня, да ещё через секретаршу - явно что-то не так.
- Ну да, мент он и в Африке мент... Сразу берёшь быка за рога.
- Хочешь меня обидеть?
- Вроде ты раньше никогда на "мента" не обижался. Ну ладно, не будем затевать пикировку. Володя, мне нужно разыскать одного человека.
- Мужчину, женщину? Раз ты обращаешься с просьбой - значит, случилось что-то из ряда вон выходящее! Я прямо не узнаю тебя!
- Если честно, то я сама себя в последнее время не узнаю. Но вопрос очень срочный и не до сантиментов. Я ищу женщину. Она сейчас в больнице.
- А почему ты сама не позвонишь в справочную больниц?
- Боюсь, что мне могут не дать информацию...
- Таак, понятно. Значит, эта женщина что-то совершила? Кстати, это что, твоя родственница?
- Почти. Да, совершила. Она попала в очень неприятную историю.
- И что же это за история?
- Она мужа убила.
- И это ты называешь неприятной историей? Это вообще-то называется убийством!
- Она защищалась. Защищала себя и ребёнка!
- Ну, это ещё надо доказать. Кстати, твою "почти родственницу" не Татьяной случайно зовут?
- Да, Татьяна, а откуда ты знаешь?
- Откуда-откуда. Никого искать не надо. Это дело у меня в производстве.
***
На следующий день, после приезда из командировки генеральный назначил совещание по итогам переговоров. Виктория вошла в конференц-зал, где уже собралось всё руководство компании и все начальники отделов. Генеральный был, почему то очень хмур и серьёзен.
- Так, договор подписан со стороны поставщиков и я уже с ним ознакомился. Но мне хотелось бы узнать подробности, то, что осталось за рамками так сказать официальных документов. Григорий Альбертович, Вы в переговорной группе были старшим. Я хочу услышать Ваше впечатление.
Зам. генерального растерялся, глаза его забегали, руки затряслись. Он затравленно посмотрел на Викторию, но та безучастно смотрела в окно.
- Ну что же Вы? Я жду, - генеральный начинал терять терпение.
- Ну... Это... Переговоры, значит, прошли хорошо... Все были довольны, значит... Никаких собственно сложностей не было... - Григорий Альбертович слегка пожал плечами, как бы показывая, что всё прошло в штатном режиме и особо рассказывать нечего.
- Значит всё хорошо? Всё в штатном режиме? Тогда давайте все вместе посмотрим кино. Это мне сегодня утром друзья-конкуренты прислали. На YouTube уже с утра почти миллион просмотров.
Генеральный запустил проектор, и на весь экран возникло видео, на котором Григорий Альбертович пошатываясь, безуспешно пытался натянуть на себя упавшие штаны. Видео было коротким - всего несколько секунд, но этого было достаточным для того, чтобы в конференц-зале установилась гробовая тишина и все смотрели только на незадачливого зама. А вид у того был совсем плохим. Голова его склонилась почти до стола, губы дрожали и пот застилал глаза.
- Григорий Альбертович! Вы ничего не хотите нам пояснить?
Заместитель генерального медленно поднял голову, обвёл всех сидящих мутным не понимающим взглядом, с трудом поднялся со своего места и шаркающей, стариковской походкой направился к выходу.
Когда дверь за ним закрылась, генеральный повернулся к Виктории и спросил:
- Ну а что Вы, Виктория Владимировна можете рассказать нам о переговорах?
Совещание закончилось, и все присутствующие начали, молча расходиться. Все понимали, что история с видео должна получить какое-то продолжение, но никто не представлял, какое.
- Виктория Владимировна! Задержитесь, пожалуйста.
Возникла сцена, как будто бы списанная с фильма "17 мгновений весны". "А Вас Штирлиц я попрошу остаться!" Все на секунду замерли в дверях глядя то на генерального, то на Викторию.
Когда все вышли, генеральный встал со своего места, обошёл стол и сел напротив Виктории.
- Виктория Владимировна. Может Вы мне, как-нибудь объясните, что произошло в ресторане.
Виктория, глядя прямо в глаза генеральному, сказала:
- Это я сделала. Григорий Альбертович напился, как свинья и стал приставать ко мне. Но это полбеды. Я бы с этим спокойно разобралась. Но он был уже настолько пьян, что утром был бы не в состоянии, что-либо соображать и мог просто завалить переговоры. Поэтому я решила эту проблему таким, может быть немного экзотическим образом. Я его предупредила, что если он появится на переговорах, то я пошлю его жене снимки, которые сделала в ресторане. Но видео, кстати, я не снимала и не распространяла...
- Да, да. Я знаю. Я не весь ролик показал сотрудникам. Там конце появляетесь Вы и что-то говорите Григорию Альбертовичу... - Генеральный замолчал и о чём то на минуту задумался. Виктория чувствовала, что решается её судьба, но вида не подавала. Наконец генеральный заговорил:
- Несколько лет назад, один очень влиятельный человек позвонил мне и попросил принять на работу в качестве зама своего дальнего родственника. Я не мог ему отказать, так как был очень многим ему обязан. Но тот, за кого так хлопотали, в конце концов, оказался бездельником и бездарём. Я бы его давно уволил, но у меня не было веских оснований. И когда он начал просить меня направить его в командировку с Вами, то, уже немного зная Вас, я ожидал чего-то подобного. Так что уж извините меня, но это я так сказать несколько спровоцировал ситуацию... А Вы прекрасно справились и с задачей заключения договора и так сказать с внезапно возникшей проблемой. Теперь у меня есть веские основания, чтобы уволить Григория Альбертовича. А теперь я хочу поговорить с Вами о наших производственных делах и планах на будущее. Мне хотелось бы узнать Ваше виденье, как мы используем вновь возникшие конкурентные преимущества...
Уже через сорок минут Виктория выходила из конференц-зала в должности исполняющего обязанности заместителя генерального директора. В тот момент, ей ещё не исполнилось и 26-ти лет.
Продолжение уже на канале:
Спасибо всем за подписку, лайки и комментарии.
#рассказы #истории #литература #семья #дети #отношения #карьера
Ещё немного рассказов уже на моём канале:
- Её рождение не ждали. Родителям она не нужна (в трёх частях)
- Её душа просила: - Не бросайте меня (в девяти главах)
- Истина любви. Непростая история Павла и Лены (в 25 главах)
- Жизнь не святых (в 66 главах)