Из данных, полученных на больших выборках, в которых обнаруживаются убедительные значения корреляции генетических переменных, фиксируемых к моменту рождения, и психологических переменных, измеряемых в том или ином возрасте, делаются выводы о «генетической детерминированности» тех или иных психологических процессов и форм поведения. Однако наличие даже очень высокозначимой корреляции не позволяет говорить о фатальном детерминизме. Наследственность можно метафорически уподобить настройкам компьютера «по умолчанию». Если взять большую выборку людей, которые приобрели в магазине готовые к работе персональные компьютеры, и через 2–3 года сопоставить их настройки с настройками, которые стояли «по умолчанию» в момент покупки, то мы, без сомнения, обнаружим весьма высокую их корреляцию – ведь большинство пользователей просто «не залезает» в настройки, а многие и не подозревают об их существовании. Следует ли из этого, что настройки не могут меняться? Нет, просто лишь небольшое число пользователей компьютеров вторгаются в системные настройки и что-то в них для себя переделывают. Подавляющее большинство сохраняет настройки по умолчанию.
Возможно, по аналогии с этим следовало бы трактовать и «генетическую детерминированность». Мы не очень квалифицированные пользователи самих себя, и убедительные корреляции определенных поведенческих переменных с их генетическими предпосылками, в частности, по данным близнецовых исследований, не говорят о том, что генетические механизмы жестко детерминируют формы поведения. Это происходит, лишь если личность не включается в этот процесс как «третий фактор» (Dabrowski, 1964), способный радикально трансформировать этот процесс.
Преувеличение меры фатальности влияний среды, наследственности и других детерминирующих нашу жизнедеятельность факторов является, видимо, прямым следствием отсутствия знания и понимания того, как можно что-то менять в себе и своей жизни. Многим практическим психологам прекрасно известно, насколько далеко эти возможности выходят за рамки расхожих представлений, хотя добиться понимания этого трудно потому, что это именно возможности, реализация которых не гарантирована и зависит от очень многих факторов. Трудно в стиле популярных книг сформулировать четкие алгоритмы того, что можно, а что нельзя, и какой путь ведет к гарантированному успеху, хотя попытки и делаются (Seligman, 1994). Во всяком случае, внутренний цензор, порождающий априорные самоограничения, как обычно, строже внешнего.
Выдержка из книги: «Личностный потенциал. Структура и диагностика»
Мне понравилась аналогия с настройками компьютера, довольно похоже. Мы рождаемся с внутренним когнитивным потенциалом, который конечно, под воздействием внешней среды, меняется: развивается, растёт, стагнирует и деградирует. Но изумляет другое: у нас же нет инструкции к настройкам!
То есть, у нашей личности есть настройки, но как им пользоваться не совсем ясно. Хотя люди придумали разные подходы: от практической рациональности и практик осознанности до эзотерики и религиозных культов. Но количество и качество этих подходов, лишь говорит о том, что мы ещё не понимаем, что такое личность. С другой стороны, мне не нужно понимать как работает компьютер, чтобы поменять фон на рабочем столе. Или немного нужно?
Вопросов много, ещё остаётся не понятным как оценивать эффективность этих подходов? Мне например близок научный метод и рациональность, соответственно и развивать личность я буду на основе критического анализа данных, стратегического и системного мышления, проще говоря — с помощью мышления. Значит ли это, что у меня есть все шансы успешно настроить свою личность? Ну, что значит успешно? Какие тут критерии?
- Удовлетворить базовые потребности?
- Достичь самотрансценденции?
- Стать самодетерминированной личностью?
- Стать символом добродетели?
- Не желать ничего?
Если внешняя среда формирует и влияет на мою личность, значит ли это, что в процессе настройки мне не раз придётся менять свои ментальные модели и впоследствии всю жизнь?
На сколько будет другая жизнь, если я откажусь от настроек и буду лишь наблюдателем, течь по течению?