Но и оппозиционные политики тоже должны внести свой вклад в преодоление острого кризиса
По крайней мере, на бумаге Шри-Ланка является одной из самых богатых стран Южной Азии, ООН ставит её на один уровень с большей частью Восточной Европы с точки зрения развития. Тем не менее, страна с населением 22 миллиона человек страдает от острой нехватки продовольствия, заблокированных бензоколонок и отключений электроэнергии, длящихся по 13 часов в день. Валюта за последние два месяца потеряла почти половину своей стоимости по отношению к доллару. Валютные резервы составляют 50 миллионов долларов, что слишком мало, чтобы покрыть даже дневной объем импорта, и меньше, чем 9 миллиардов долларов в 2019 году. В прошлом месяце Шри-Ланка признала, что больше не может обслуживать свой внешний долг. Страна разорена.
Ланкийцы в ярости. 9 мая протестующие подожгли десятки домов, большинство из которых принадлежало политикам, что спровоцировало отставку Махинды Раджапакса, некогда любимого всеми премьер-министра. Силы безопасности эвакуировали его и его семью на военно-морскую базу, когда толпа попыталась штурмовать его официальную резиденцию. Линчеватели установили контрольно-пропускные пункты у аэропортов страны, чтобы помешать ему и другим официальным лицам сбежать. Действует чрезвычайное положение. Армии было приказано расстреливать бунтовщиков и мародеров на месте.
Как это произошло? Для ответа вернёмся к концу 2019 года, когда Шри-Ланка постепенно приходила в себя после серии разрушительных террористических атак в пасхальное воскресенье. Доморощенные исламисты напали на три церкви и три роскошных отеля, убив более 250 человек. Туризм, крупный источник иностранной валюты, пострадал: число прибывающих сократилось с 244 000 за месяц до терактов до 38 000 в месяц после.
Именно на этом фоне жители Шри-Ланки избрали президентом человека, известного своим жестким подходом к безопасности: Готабая Раджапакса, который десятью годами ранее положил конец 26-летней гражданской войне на посту главы министерства обороны. Раджапакса, в свою очередь, назначил премьер-министром своего старшего брата Махинду, который был президентом с 2005 по 2015 год. В отличие от колеблющихся представителей оппозиции, эту пару считали энергичными и целеустремленными людьми. Их партия с большим перевесом выиграла парламентские выборы.
Неограниченная власть, похоже, ударила в головы Раджапаксов. Две трети голосов в парламенте означало, что они могли добиться изменения конституции в свою пользу — и они это сделали, создав исполнительную президентскую власть, которая предоставила Готе контроль над назначением министров, судей и глав различных номинально независимых комиссий. Многие высшие должности достались разным братьям и племянникам; другие - отставным или служащим военным.
Но даже когда казалось, что Раджапаксы укрепились у власти, на самом деле они подрывали свой собственный авторитет посредством непродуманной политики. Они сократили налоги, поскольку пандемия привела к резкой остановке туризма, что в совокупности нанесло удар по экономике и серьезно сократило государственные доходы и драгоценный приток иностранной валюты. Понижение рейтингов рейтинговыми агентствами подчеркнуло ухудшающуюся экономическую картину и, по сути, закрыло дверь для новых заимствований за границей.
Вместо того чтобы признать свои ошибки, Раджапаксы сделали вид, что все под контролем. Они продолжали защищать рупию и обслуживать внешний долг Шри-Ланки в размере 44% ВВП, даже несмотря на сокращение валютных резервов. Запрет на импортные удобрения в целях экономии долларов был замаскирован под стимул для органического земледелия, но его пришлось отменить, когда урожайность упала, угрожая дальнейшим падением экспорта. Война на Украине стала последней каплей, поднявшей цены на импортируемую нефть и продукты питания и вынудившей правительство прибегнуть к нормированию из-за отсутствия иностранной валюты.
Раджапаксы и страна теперь без вариантов. Правительству придется сократить расходы и повысить налоги, что еще больше ухудшит уровень жизни жителей Шри-Ланки, даже несмотря на инфляцию. Падение курса рупии в конечном итоге подстегнет туризм и другой экспорт, что принесет столь необходимые доллары. Но у Готы больше нет ни авторитета, чтобы вести переговоры с МВФ о новых кредитах, чтобы обеспечить страну до этого момента, ни полномочий вводить болезненную экономию. Тем временем оппозиционные политики не желают брать на себя ответственность за беспорядок, устроенный Раджапаксами, или связывать себя с грядущими непопулярными мерами. И уж, конечно, никакой экономический ремонт невозможен, пока по столице бродят банды поджигателей.
Чтобы успокоить толпу и проложить путь к правительству национального единства, Готе лучше бы уйти. Но оппозиция также должна ставить людей выше политики и брать на себя часть ответственности за то, чтобы вывести Шри-Ланку из затруднительного положения. Перспективы могут быть мрачными, но избиратели вознаградят политиков, которые найдут выход из нынешнего тупика. В конце концов, именно окончив, казалось бы, бесконечную войну, Раджапаксы впервые завоевали народную преданность, которую они теперь предали.