Штурм Грозного, начавшийся в канун 1995 года, обещал быть красивой и молниеносной завоевательной операцией. На деле же миссия оказалась кровавой авантюрой: российским войскам не удалось подавить сопротивление террористов ни в первый день, ни в первую неделю, ни в первый месяц боевых действий, а «малокровный» план взятия города в итоге привел к многотысячным потерям среди мирных жителей и военных.
Все пошло не по плану
Объединённая группировка федеральных войск вошла в Грозный утром 31 декабря 1994 года. План «Новогоднего штурма» был прост: четыре группировки – «Север», «Северо-Восток», «Запад» и «Восток» — должны были войти в город каждая со своего направления, захватить важные объекты и блокировать отведённые им районы. Предполагалось, что в результате основная часть боевиков под руководством Джохара Дудаева из-за неожиданного удара будет окружена в центре, при этом федеральные вооружённые силы понесут минимальные потери и исключат вероятность разрушений в жилых кварталах.
При подготовке операции учитывался опыт предыдущих операций по наведению конституционного порядка на постсоветском пространстве: в Алма-Ате в декабре 1986 года, в Тбилиси в апреле 1989-го, Баку в январе 1990-го, Вильнюсе в январе 1991-го и даже «расстрела Дома Советов» в Москве в октябре 1993-го. В частности, чтобы минимизировать потери среди мирного населения, войскам запрещалось занимать любые здания, кроме административных, ломать лавочки, разрушать остановки и прочие объекты инфраструктуры. Более того, солдатам разрешалось стрелять только в крайнем случае, а при встрече людей с оружием – первым делом проверять у них документы.
Судя по всему, уверенность в своих силах у федерального командования была колоссальная. Вероятно, оно даже считало, что войскам в Грозном не окажут никакого сопротивления. Вышло же все совершенно иначе. Отчасти из-за тактических просчетов, отчасти – из-за неготовности к боевым действиям, «новогодний штурм» затянулся более чем на два месяца и стал для армии настоящим кошмаром: на первый взгляд, слабо организованные боевики не просто застали её врасплох, но и причинили ощутимый ущерб.
Свидетельство провала
При этом, даже спустя почти 30 лет, вопрос о потерях в этом сражении до сих пор вызывает некоторые трудности. Например, неизвестно, сколько было убито боевиков.
«С подсчётами их потерь вообще всё сложно, поскольку большую долю как бойцов, так и потерь с их стороны составляли «индейцы», которые, понятно, не очень дружили с отчётностью», — писал в статье для Warhead публицист Евгений Норин.
Приблизительно число убитых среди террористов оценивается в 6900 человек. Пленных 500-600, количество раненых неизвестно.
Также непросто подсчитать, сколько за время «Новогоднего штурма» погибло мирных жителей. Наиболее расхожая точка зрения – 25-29 тысяч человек. К такой оценке пришли после анкетирования беженцев, ее же 8 февраля 1995 года обнародовали члены группы уполномоченного по правам человека РФ Сергея Ковалева.
Но, как отмечает Норин, изначально цифра в 25 тысяч была косвенной «и, похоже, сильно завышенной». Например, по свидетельству Анатоля Ливена, который посещал Грозный во время штурма, число жертв среди мирного населения составляло порядка 5000 человек. Однако оценка не включает тех, кто погиб от авианалетов до начала штурма – а их было около 500.
По мнению Норина, более реальная цифра – примерно 800 человек. Именно столько было похоронено в братской могиле, которую в 2008 году обнаружили в Грозном. Как отмечал уполномоченный по правам человека в Чечне Нурди Нухажиев, это люди, которых военные целенаправленно собирали по городу в течение 1995 года для захоронения.
«Примерно 800 человек — это оценка снизу, причём единственная «твёрдая» оценка, основанная на числе наличных мёртвых тел. Кстати, судя по количеству гражданских жертв при штурмах крупных городов ближе к нашему времени (Фаллуджа, Ракка, Мосул и других), она, скорее всего, ближе к истине, чем цифры в десятки тысяч погибших», — добавил публицист.
А вот с российскими войсками дела обстоят намного проще. По официальным данным, с которыми соглашаются и многие историки, с момента начала штурма до 1 апреля военная группировка в Чечне потеряла 1426 человек убитыми и 4630 ранеными. Согласно поимённым спискам, 1356 — жертвы непосредственно штурма города, причем более 500 человек погибли за четыре дня – с 31 декабря по 3 января.
То есть, от четверти до трети всех потерь российских вооружённых сил убитыми в первую войну в Чечне пришлось на «новогодний штурм», и в этом, пожалуй, главное свидетельство провала операции.