Роман «Звёздочка ещё не звезда» глава 168 часть 7
Татьяна пришла домой из магазина, без настроения. Иван вышел из комнаты на костылях. Взглянув на жену, с опаской спросил:
— Случилось что-то, Тань?
— Да уж, случилось. Со мной вечно что-то случается.
— Расскажи, не держи в себе.
— Нервы у меня не выдерживают, Ваня… Мне даже с тобой говорить не хочется, — произнесла она это так, что сразу дала понять: не приставай ко мне.
Ивану неприятно было это слышать, жена даже для приличия не поинтересовалась, как он сходил к врачу и как себя чувствует. Ей было всё равно, и он это сразу заметил.
— Да ладно тебе, всё пройдёт. Ты счастливый билет съела — съела, так о чём переживать? — напомнил он ей и подошёл ближе, а потом посмотрел на неё так, что душа её ощутила его любовь и почти готова была её принять. — Есть хочешь? — заботливо поинтересовался он, — Я картошку пожарил!
— Спрашиваешь ещё, конечно, хочу! — улыбнулась она и спросила, — Архаровцы-то наши где?
— А я их за Прошкой в детский сад отправил. У нас есть с тобой несколько минут… — намекнул он ей, но она отмахнулась.
— Ваня, покорми меня.
— Прям из ложечки как маленькую?
— Да! — согласилась она, эта идея ей явно пришлась по душе, — Ты разогревай пока, а я переоденусь да умоюсь.
— Так картошка-то горячая, я ж специально к твоему приходу её приготовил.
— Что, даже и сам не поел?
— Не-а, одному неинтересно, — ответил Иван и Татьяну насторожил его ответ. Пристально взглянув на него, она сказала:
— Ваня, ты меня пугаешь… — но потом, улыбнулась и шутя заявила, — Не порть мне погоду!
— Тань, да я даже и не думал, — оправдываясь произнёс он.
— А думать надо, индюк вон — не думал и в суп попал.
— Так я ж не индюк?!
— Вот почему ты такой занудный, а? Я тебе слово — ты мне два.
— Ладно, буду молчать.
Его ответ её не устроил:
— В молчанку что ли будем играть?
Он пожал плечами в раздумьях. Она зашла в комнату. Иван смотрел как она торопливо переодевалась в домашнюю одежду, потом невзначай поинтересовался:
— Царица моя, а что ты длинный халат не носишь?
— Да ну его: мнётся зараза, да и Тигра когтями так и норовит зацепить, когда мимо прохожу. Мне вот байковый-то халатик привычней, — застёгивая пуговицы призналась она, — тёпленький, как надену, так снимать не хочется — душу греет, — это не то, что шёлковый, от него толку никакого, только холодит.
— Да уж, сложная у вас, баб, жизнь: нет халата до пола — вынь да положь, а есть — так и на дух не надо.
— И не говори, Ваня, и не говори-и… — почти пропела она.
— Может того-о, — он намекнул, бросив взгляд на диван, — быстренько, а?
— Ну уж нет, от твоего быстренько — мне ни тепло ни холодно, только раззадоришь и толку никакого, — надменно проговорила она, намереваясь выйти из комнаты. Он схватил её за руку так, что она взвизгнула от боли. В глазах её появился страх.
— Ты чего, Вань? Обиделся что ли?
— Не говори так больше, прошу тебя… — он глубоко вздохнул и медленно выдохнул, пытаясь успокоиться, а потом посмотрев ей в глаза, открыто спросил, — не пойму, тебе что, нравится меня унижать?
Она хотела сказать:
— Да, — но побоялась и сказала, — нет, тебе показалось, дорого-о-ой!
«Дорогой» — прозвучало наигранно и противно, Иван сразу почувствовал фальшь и предупредил:
— Не шути так со мной… — он прищурился, желваки на его скулах заиграли, выдавая его гнев.
— Да я и не думала шутить, тебе показалось. — оправдываясь прошептала она, и как будто бы между ними ничего не произошло, спокойно спросила, — Ну что, есть будем? Кто-то обещал меня из ложечки покормить, не помнишь кто?
— Разве?
Она прошла мимо и вильнула бёдрами, он сделал вид, что не заметил и продолжал стоять на месте. Татьяна зашла в ванную. Он услышал шум льющейся из крана воды. Через несколько минут она вышла и недовольно проворчала:
— Ну ты где там? Застрял что ли?
— Иду, иду… — откликнулся он и нехотя пошёл на кухню.
Татьяна уже сидела за столом, и ждала его.
— Обещал, так корми.
— Мужик сказал — мужик сделал, — отозвался он и приставив к стене костыли, спешно стал накладывать в эмалированную тарелку жареную картошку.
— Фу-у… — скуксилась она.
— Чего фу-у?
— Мог бы и фарфоровую тарелку взять, что ты мне, прям, как кошке…
— Почему сразу как кошке-то? Ну ты и сказанула. Тигра у нас кроме консервной банки лучше посуды и не видала.
— Никакой с тобой романтики, Ваня… — разочарованно пробурчала она, — Скажи мне: где ты такую царицу видел, чтобы она из эмалированной плошки ужинала?
— Так ты же сама фарфоровые тарелки в сервант убрала, чтобы архаровцы не разбили.
— Так я же не они… Что я теперь из приличной посуды и поесть не могу?
Иван поставил эмалированную тарелку с картошкой на стол и прыгая на одной ноге добрался до кухонного серванта. Он раздвинул стеклянную дверцу и достал тарелку, а потом показал её жене.
— Такая сойдёт?
— Не-а…
— Как не-а?
— Я вон ту хочу, которая на нижней полке. Купила сто лет назад, а ни разу из них не ела.
Иван убрал тарелку на место и потянулся за другой, но потерял равновесие, и стопка тарелок сдвинулась к стенке серванта и повалилась. Татьяна испугалась и закричала:
— Осторожно-о! Что ты как слон в посудной лавке?
— Сама же просила… Да ни одной ещё не разбил, стою держу. Помоги, пока не грохнул.
Татьяна вскочила и пришла мужу на помощь. Поправила стопку тарелок и сказала:
— Эх, ты…
— Так я же тарелки-то не разбил, что ты ворчишь?
— А настроение испортил…
— Тань, ты есть-то будешь? Я же для тебя старался, а ты…
— Буду…
Он взял тарелку, ту, какую она хотела, потом допрыгал до газовой плиты, и стеклянная полочка в серванте упала вместе с посудой, стоящей на ней. Татьяна зажала уши руками и заорала на всю квартиру:
— А-а-а… Парази-и-ит… Прыгает как слон… Всю посуду перегро́хал…
— Тань, это к счастью…
— Да лучше бы ты без меня поужинал, чем так.
— Так я ж не знал… Знал бы так, конечно… Что, теперь развод и девичья фамилия?
— А вот и нет, — она показала ему кукиш, — корми меня из ложечки как обещал.
— Так я с радостью!
— Давай прям из сковородки, так вкуснее, — вдруг пожелала она.
Иван отложил тарелку на холодильник, и схватил сковородку, а потом поставил её на алюминиевую подставку. Сел рядом с Татьяной, взял ложку и приговаривая:
— За папу, за маму, а теперь за мужа-а, — накормил жену. — А теперь расскажи, что случилось?
— Пришла к Ирке за деньгами, а её и след простыл. Потом Семькоз, будь она неладна, при всех рассказала, что я в магазине товар набрала, а не рассчиталась. Представляешь?
— Представляю.
— А потом я в магазин пошла, хотела продавщицу отсчитать как следует, чтобы сплетни не распускала, а её не оказалось. Она, видите ли, в отпуск ушла. Жалобную книгу не дали, она у заведующей в кабинете, а заведующая дома. Вышла я из магазина как оплёванная.
— Тань, послушай меня, не пори горячку.
— Чего-о?
— А того: ты товар купила — купила. Сдачу тебе сдали — сдали. Ну так и не наглей! Баба на сто рублей пролетела, а ты ещё и скандалы закатываешь. Царица моя, угомонись! Внимание к себе не привлекай и будет тебе счастье.
— Вань, так мне же обидно, — стукнула она себя по груди.
— Тебе обидно, но ты с деньгами. А ей думаешь необидно на сто рублей пролететь?
Татьяна смотрела в окно и понимала, что муж прав. С трудом она выдавила из себя признание:
— Так-то да… — она взглянула на сервант, вздохнула… — теперь мы ещё и без посуды остались.
— Да ладно тебе, всё равно же мы ей не пользовались. У тебя ещё и в за́ле* посуда без дела стоит.
— Может, Алёнка замуж выйдет, так ей в приданное дам. Как она там кстати? Совсем про неё забыла.
— Да что с ней сделается? Хотя, помогла бы сейчас осколки собрать. Зря что ли её кормим.
Пояснение:
в за́ле* — в гостиной
© 14.05.2022 Елена Халдина, фото автора
Запрещается без разрешения автора цитирование, копирование как всего текста, так и какого-либо фрагмента данной статьи.
Все персонажи вымышлены, все совпадения случайны
Продолжение глава 168 часть 8 Дрессировка Ивана, или вот тебе и сестра будет опубликовано 16 мая 2022 в 04:00 по МСК
Предыдущая глава