"Ты совершенно не занимаешься воспитанием своих детей", – сообщил мне один из внутренних голосов.
"Совершенно", – согласился я.
"Займись!"
В это время мы плелись с дядей Митей в машине по улицам города-героя Москва в ближайший макдоналдс. Не столько даже плелись, сколько тупо стояли в тупой субботней пробке.
– Ты уже почти взрослый, – сообщил я.
Дядя Митя насторожился.
– Надо тебе что-то о жизни рассказать, наверное.
– Ну, расскажи.
– Впрочем, хрена тут рассказывать! – я свернул на пустую полосу для общественного транспорта и доехал по ней до породившего пробку светофора. За перекрестком стоял наряд.
Дядя Митя ничего не сказал.
– Камеру видел?
– Видел. Это было тупо. Еще и менты.
– Понимаешь, как жить жизнь правильно, я и сам не знаю. Но моя задача, как отца, показать тебе, к чему приводят тупые действия. Я свернул не туда, мы попали на камеру, мне придет штраф, поэтому ни в какой макдоналдс мы уже не едем, а разворачиваемся и плетемся во встречной пробке обратно. Что самое главное в этом жизненном примере?
– Что тупость сделал ты, а с макдоналдсом пролетаю я.
– Умница, сынок! Ты все правильно понял. Я свернул не туда, но ничего не потерял, т.к. заплачу те деньги, которые бы и так потратил в макдоналдсе. А ты ничего не нарушил, но пролетаешь. Теперь ты знаешь, как устроена жизнь, я за тебя спокоен.
В это время слева раздался странный хруст. Я повернул голову: зад стоящего в правильной полосе белого мерседеса неспешно трещал под вялым натиском стоящего за ним в столь же правильной полосе камаза. Из камаза вылез удивленный пожилой водитель, из белого мерседеса вылез не менее удивленный армянин, и они стали удивляться вместе.
– А ведь они оба ехали по правильной полосе, – заметил я вслух. – И были первыми в ней. И оставалось пять секунд до зеленого.
Загорелся зеленый, мы двинулись дальше, а вся правильная полоса осталась стоять в моем зеркале заднего вида... Наряд не отреагировал ни на нас, ни на случившуюся на их глазах аварию.
Я заехал в макдоналдс и предложил дяде Мите выбрать все, что он пожелает.
