Где же у него кнопка?
В принципе, далеко не новость, что Александр Дюма писал свои знаменитые романы, мягко говоря, не самостоятельно. И Огюст Маке, показанный в картине «Другой Дюма» робким и застенчивым литературным негром, был вовсе не безвестным неудачником. Кавалер Ордена Почетного Легиона, Президент литературного общества, владелец замка. Вот только фамилию его знают только заинтересованные лица, ведь на обложке многомиллионных экземпляров «Трех мушкетеров» и «Графа Монте-Кристо» стоит другое имя. Впрочем, если вы думаете, что это какая-то уникальная история, то вас разубедят множество других примеров, от Шекспира до Акунина. До сих пор спорят, кто писал за нобелевского лауреата Михаила Шолохова или, кто сводил разрозненные главы «Мастера и Маргариты». Не говоря уж о, прости Всевышний, Дарье Агриппиновне Донцовой.
Ведь абсолютному большинству глубоко инфракрасно, кто писал фоны на картинах Леонардо да Винчи, кто компилировал гипотезы в теории относительности Эйнштейна или, кто придумывал диалоги взбалмошного гасконца. Поэтому и фильм французского режиссера Сэфи Неббу ажиотажа не вызвал. Создатели это предчувствовали и попробовали перестраховаться, введя в ленту еще две дополнительные линии – разумеется, амурную, надо же эксплуатировать тему обворожительных французских Анжелик, которым изо всех сил соответствуют страстные пузатые пятидесятилетние месье. И политически-революционную, заговорщики, мушкеты, Дюма в эполетах меняет монархию на республику. Несмотря на очевидную перспективу данного замысла, жалкие полтысячи оценок-просмотров на ИМДб красноречиво говорят об успехе реализации.
И артисты по типажам выбраны правильно. Главный куб европейского кино Жерар Депардье выдавал только бержераковский нос, его партнер по астериксовской серии Брутус (Бенуа Пульворд) вполне мог сойти за пресловутого Огюста Маке, кто, в конце концов, знает этих писательских секретарей. Персонажи других планов погоды не делали, негров и китайцев не привлекали – значит, уже правдоподобно. Однако, Депардье перепутал знаменитого персонажа с Обломовым, Пульворду вообще выкрутили руки требованием быть затюканным ботаником даже в постели с молодой красавицей, где на заднем плане носили ящики с оружием для свержения правителя. Тут даже карась закукарекает, только не Огюст Маке. А от остальной братии в памяти остались лишь чувственные губки Мелани Тьерри, что символизирует.
Откровенно говоря, бесстрастность повествования наводила на мысль, что перед тобой очередная серия ролевого документального кино, где согласно современному тренду, непопулярные актеры разыгрывают сценки под закадровый комментарий ведущего. Булыжник костюмерам, голыш оператору, валун средних размеров композитору. Впрочем, я излишне строг к таким персонам, как Юже Табар-Нуваль, в чьей небольшой фильмографии «Другой Дюма» - самый большой успех. А, с другой стороны, раз тема особо не заиграна, то остается надежда на будущие реализации, хотя бы на уровне «Коко до Шанель» (где, к слову, тот же Бенуа Пульворд играл не в пример живее). Не говоря про любовные сцены в исторических локациях, ибо даже эскимосы в иглу среди мороза в минус 40 влюбляются жарче.
Но зато по этой картине не будет споров, кто же настоящий режиссер, заменял ли тучного Депардье в конных скачках ряженный грум или подадут ли родственники Маке в суд за неправильное трактование образа предка. Всем по барабану. А Огюст Маке самостоятельно не смог написать ничего, даже вполсилы приближающего к «Трем мушкетерам», хотя, практически, не вызывает сомнения его черновая работа над знаменитыми романами. Но блеск им добавлял все же Дюма. Или, может, даже сам Пушкин, чья гипотеза о «посмертном» бегстве в Париж уже набирает силу в глубине интернета. Глядишь, и выйдет когда-нибудь на экраны «Другой Пушкин».
#Огюст Маке #депардье #три мушкетёра #Пульворд #Сэфи