Город, в котором я родился и вырос был хорош. Совсем дикие места, плоскогорья, поля, частные сектора, бараки, хрущевки, девятиэтажные дома, дома десятиэтажные.
Были и дома необычные. С необычными людьми, что обслуживал персонал из людей обычных. Такие дома обычно находились ближе к природе. Самый большой и знаменитый находился на берегу великой реки. Выйдя под присмотром обычных людей на прогулку, через метров семь от забора, можно было подняться на дамбу, полюбоваться видами, в теплый сезон за речным транспортом и за огромным городом, что находился на другом берегу.
Я жил в центре города. В девятиэтажном панельном доме со всеми удобствами. Огромный город на другом берегу мне было тоже хорошо видно. Через огромный тополь.
Вечерами мы ходили гулять с жареными семечками по частному сектору. Семечки либо жарили сами, либо покупали на рынке у бабушек. Иногда у дедушек. Иногда у молодых тётенек - сексуальных роковых обольстительниц. Бабушки, дедушки и сексуальные роковые обольстительницы продавали не только жареные семечки. Ещё они продавали сушеную рыбу, жвачки и жареный арахис. Жареный арахис стоил дороже жареных семечек, поэтому мы чаще покупали большой стакан последних.
С семечками или без них, мы шли гулять по "деревне". Одноэтажные домики, деревья, много людей с детьми. Семечки кончались, и мы принимались за вишню, которой много росло вдоль домов частных секторов. Нас никто за это не ругал, потому-что мы не наглели. Если кто-то и наглел, то потом быстро с природой за это расплачивался, предварительно разыскивая для этого дикие безлюдные места. В таких местах можно было легко вляпаться в расплату другого наглеца, что теперь, уже с легкостью и счастливым лицом шагает планете.
