5 марта 1901 года в "Церковных ведомостях" объявили об отлучении Льва Толстого от Русской православной церкви. О том, почему великого русского писателя так наказали, в материале "Рамблера".
15 февраля 1901 года Святейшим Синодом было принято решение, вызвавшее шумные обсуждения в обществе. В решении Синода говорилось, что Лев Николаевич Толстой распространял учения "противные Христу и Церкви".
"Известный миру писатель, русский по рождению, православный по крещению и воспитанию своему, граф Толстой, в прельщении гордого ума своего, дерзко восстал на Господа и на Христа Его и на святое Его достояние, явно пред всеми отрекся от вскормившей его матери, Церкви Православной, и посвятил свою литературную деятельность и данный ему от Бога талант на распространение в народе учений, противных Христу и Церкви, и на истребление в умах и сердцах людей веры отеческой, веры православной, которая утвердила вселенную которою жили и спасались наши предки и которою доселе держалась и крепка была Русь Святая".
Церковь объявила, что в своих работах "он проповедует с ревностью фанатика ниспровержение всех догматов православной Церкви и самой сущности веры христианской".
"Посему Церковь не считает его своим членом и не может считать, доколе он не раскается и не восстановит общения с нею... ", — постановил Святейший Синод.
Толстой с тех пор не мог принимать таинств исповеди, причастия и соборования и лишался права быть похороненным в соответствии с православными традициями.
За что
На самом деле Толстой посвятил церкви целый ряд работ. Еще в 1880-е писатель выработал собственное понимание христианства, которое, по его мнению, было изначальным и неиспорченным.
«Нет ничего, что бы обязательно должен был делать христианин и от чего он должен был бы обязательно воздержаться, если не считать постов и молитв, самою церковью признаваемых необязательными», — писал Толстой.
По мнению писателя, церковь перестала быть духовным руководителем общества и лишь «перетолковала метафизическое учение Христа так, чтобы оно не мешало людям жить так, как они жили».
По его словам, в то время «все живое отпало от церкви и всяких церквей и живет своею жизнью независимо от церкви».
Толстой считал, что религия использовалась для оправдания социального зла и существующего государственного порядка. При этом, по его мнению, она превращалась в инструмент насилия одних людей над другими. Писатель считал, что церковь — «название обмана, посредством которого одни люди хотят властвовать над другими».
В марте 1901 года Толстой продиктовал письмо к своим сторонникам, в котором благодарил всех «от сановников до простых рабочих», выразивших ему лично, по почте или телеграфу свое сочувствие по поводу постановления Святейшего синода. Впрочем, газеты так и не напечатали этот текст. При этом ответ Толстого Синоду, написанный в апреле того же года, несколько церковных изданий опубликовали со значительными сокращениями. В частности, Толстой указывал на недостатки определения: на его взгляд, оно незаконно, неосновательно, неправдиво и к тому же содержало клевету и подстрекательство «к дурным чувствам и поступкам».
Как ответил Толстой
Писатель ответил, что действительно отрекся от церкви, но не потому, что восстал против Господа.
"То, что я отрекся от церкви, называющей себя православной, это совершенно справедливо. Но отрекся я от нее не потому, что я восстал на Господа, а напротив, только потому, что всеми силами души желал служить Ему.
Прежде чем отречься от церкви и единения с народом, которое мне было невыразимо дорого, я, по некоторым признакам усомнившись в правоте церкви, посвятил несколько лет на то, чтобы исследовать теоретически и практически учение церкви: теоретически - я перечитал все, что мог об учении церкви, изучил и критически разобрал догматическое богословие; практически - строго следовал, в продолжение более года, всем предписаниям церкви, соблюдая все посты и все церковные службы. И я убедился, что учение церкви есть теоретически коварная и вредная ложь, практически же собрание самых грубых суеверий и колдовства, скрывающее совершенно весь смысл христианского учения... И я действительно отрекся от церкви, перестал исполнять ее обряды и написал в завещании своим близким, чтобы они, когда я буду умирать, не допускали ко мне церковных служителей, и мертвое мое тело убрали бы поскорей, без всяких над ним заклинаний и молитв, как убирают всякую противную и ненужную вещь, чтобы она не мешала живым".
По словам писателя, решение и определение Синода было безосновательно, незаконно и содержало клевету и подстрекательство «к дурным чувствам и поступкам».
Отлучение Толстого от церкви так и не было снято и сохраняет свое действие до сих пор.