(Сегодня статья получилась очень длинной, поэтому я решил разделить ее на несколько частей. Каждая часть будет выходить на следующий день после выхода предыдущей. Не пропустите!)
(Повествование ведется от лица репортера Хуана Антонио Санса)
В боливийской части Анд они известны как абанчус, существа, которые убивают местных жителей, чтобы высосать их кровь. Репортер Хуан Антонио Санс отправился в этот район, чтобы провести расследование, результаты которого он изложил в своей новой книге под названием "Вампиры, принцы бездны" (Almuzara, 2020).
Миссис Джулия взяла еще немного виски и киноа, которые мы ей предложили. У нее не хватало нескольких зубов, но она без проблем жевала нарезанное мясо, немного суховатое из-за долгой дороги, которую мы проделали до этой деревни, затерянной в суровом уголке Анд. Скудный ужин мы сопровождали чаем и разговорами. Деревня Такеси - дюжина маленьких домиков с соломенными крышами - втиснута в узкую долину, по обе стороны которой находятся высокие отвесные скалы. Нам же предстояло провести ночь в кирпичной хижине, покрытой слоем цемента. Дверь была выбита, и было холодно, очень холодно на высоте почти 3800 метров над уровнем моря, но было чисто.
Там мы с Габриэлем разложили наши спальные мешки и достали провизию для ужина. Миссис Джулия брала десять песо (чуть больше одного евро) за ночлег в сарае. Время от времени право принимать паломников на тропе инков переходило к другому соседу в Такеси. Всегда находился безумец или группа безумцев, которые пешком пересекали горный хребет до вершины Мина Сан-Франциско высотой 4500 метров и начинали спуск в поросшие джунглями ущелья Юнгас, совсем рядом с самой опасной дорогой на планете.
"Вы знаете, здесь всегда были путешественники, даже в те времена, когда было очень страшно проходить через долину. Много страха. Ужас старше гор",
- сказала миссис Джулия, которая в свои шестьдесят лет, хотя выглядела на семьдесят, имела очень хорошую память о прошлом и очень мало надежд на настоящее.
"ЭТО БЫЛИ НЕ ЛЮДИ И НЕ ПРИЗРАКИ"
"Те горы были полны демонов, и они спустились, когда приблизились караваны, направлявшиеся к юнгам. Один человек всегда исчезал, но это воспринималось как должное, как то, чего нельзя избежать. Они были абханхусами и забирали людей, чтобы забрать из них жир и кровь. Они не были людьми и не были призраками. Это были уродливые абанчу, и они бродили по всему нагорью из своих логовищ в этих горах и других местах. Вы увидите одну из узких долин, полную пещер. Там они и жили. А на перекрестках они поджидали путников и брали у них кровь, а иногда и ели их. Это были страшные времена. Так говорила моя бабушка."
Миссис Джулия спросила нас, откуда мы приехали. Мы сказали ей, что из Ла-Паса, где мы с Габриэлем Барсело жили в 2014 году. В то время мы оба работали на испанцев: он - в Испанском культурном центре, а я - в различных консультациях по сотрудничеству. "Абанчу всегда жили в горах и высокогорьях, с испанцами, с инками и раньше", - сказала нам добрая женщина.
Мистер Лукано был старше миссис Джулии и больше помнил о кровососущих ходоках. Он жил в Пампа Белен, маленькой деревне в муниципалитете Ачакачи, территории нераскаявшихся красных пончо, как называют эти народы аймара на севере Боливии, к востоку от озера Титикака и посреди высокогорья., из-за их одежды. Анды возвышались в нескольких километрах к востоку, и в то позднее ноябрьское утро 2015 года небо представляло собой настоящий андский гобелен из голубых, зеленых и синих оттенков. Я был в составе испанской делегации по сотрудничеству на открытии новой системы питьевой воды и базовой санитарии для этой общины аймара. Мы уже приняли участие в церемонии вместе с муниципальными властями, малкусом, ятири и всеми жителями деревни и собирались стать свидетелями праздника с танцами и песнями, которыми прихожане Пампа Белен развлекали нас перед традиционным пиром с вареным картофелем, жареной курицей, вареными яйцами, рисом и другой едой.
Я сразу заметил господина Лукано. Он находился недалеко от парня, который мог быть ятири, мудрым целителем аймара, и недалеко от местных властей. Возможно, он был самым старшим из присутствующих. Казалось, у него катаракта или глаукома, глаза почти белые и почти совсем не видят, но меня поразила живость, с которой он слушал все, что там говорили и рассказывали. Ему действительно был 91 год, хотя он сохранил некоторую галантность в своей фигуре, одетый в поношенный суконный пиджак и шляпу борсалино, а также трость, на которую он опирался обеими руками.
Друзья, на сегодня это все. Завтра будет продолжение. Не пропустите!
Вот ссылка на вторую часть