-Мать Тереза!– кричит соседка с балкона.И Маша послушно поднимает голову вверх: она знает,что это ей кричат.Как знает, привыкла, что многие, наверное, уже изабыли, что зовут ее Маша.Им привычнее называть ее в глаза и за глаза «матьТереза».Она не обижается.Лишь бы не обижали тех, кого она стремиться накормить,обогреть, защитить.А сейчас соседка ее зовет, чтобы Маша поймала пакетс остатками еды.Куда и кому Маша отдаст эти остатки, соседку неинтересует.И за это спасибо.Хоть снабжает Машу регулярно объедками, и то хорошо.Потому что из дому все труднее и труднее стало что-то выносить.Жить вообще стало трудно.Потому что взрослые лишились работы.Или еще работают, но зарплату им платят, во-первых, мизерную,а во-вторых, и ее могут по три месяца задерживать.Маша поднимает упавший пакет и кричит соседке:
-Спасибо!Та в ответ машет рукой.
А Маша идет не к себе в подъезд, а за дом, к гаражам.Те, к кому она идет, уже слышат ее шаги.И, как положено по рангу, из-за груды досок и ветошиосторожно выходит Пальма, мать семерых щенков.Маша находит миску и сортирует еду.Кости кладет на картонку, которая спрятана в куче,а кашу высыпает в миску.Пальма тихонько тявкает: это она разрешает своемупотомству ринуться к миске и съесть все, что принеслаМаша.А сама Пальма принимается за кости.Ест бдительно: щенка, который тоже хочет косточку, отталкиваетносом: дескать, мал еще, не по зубам тебе.Пока они едят, Маша бежит домой и несет в двух флягахводу.Теперь все.На сегодня все.Эти четвероногие сыты.Живет Маша с мамой, папой и бабушкой.И сколько помнит себя, родители все время ее ругают за то,что ни одна кошка или собака, ни один голубь или ласточкане останутся без внимания Маши.Так было с самого раннего детства.Но если сначала родителей умиляла Машина любовь кчетвероногим и крылатым, одно время они разрешалидаже перезимовать в квартире вороне с поломанным крылом,то потом все изменилось.И однажды Маша услышала, как мама жаловалась бабушке,что ей стыдно выходить с дочкой на улицу: сразуже за ними увязываются грязные и облезлые кошкии собаки, путаются у Маши под ногами, а она еще и гладитих.
-Вот притащит в дом глистыили еще что-нибудь, -говорила мама.
– Я боюсь, что отец скоро накажет не только ее, нои мне попадет.Ну, если отец в самом деле вмешается, тут Маша согласна:стоять ей в углу как минимум.Так и на маму будет кричать, пока до слез ее не доведет.А бабушке нельзя заступиться, нельзя вмешиваться: хозяинв доме – отец.Маша поняла, что надо прятаться.Прятаться, когда идет кормить бездомных животных.Прятаться, если пытается вылечить крыло голубя.Словом, пусть поменьше видят.С тех пор Маша полюбила платья и сарафаны с карманами.Тут у нее всегда была крупа для птиц.Бабушка видела, как Маша без разрешения берет немногокрупы, но не выдавала внучку.Ну, крупа в кармане – это еще ничего.А вот за то, что Маша прятала котлету или тефтелю в карман,ей попадало.Пока Маша не догадалась сначала в пакет кластькотлету, а потом уже в карман.Тогда иной раз при стирке мама ничего не замечала.Как-то быстро к Маше прицепилось это «мать Тереза».Так ее назвали ее воспитатели в детском саду, потом вшколе.И дома все чаще не по имени звали, а так.Из-за этой ее любви, построенной на жалости к бездомнымживотным, у Маши не было подруг.Нет, сначала она подружилась с Галей и Зоей, одноклассницами.Пока их мамы не узнали, что девочки подкармливаютбездомных животных, еще и берут их на руки.Тогда в семьях Зои и Гали провели конкретную воспитательнуюработу.И добились, что девочки стали обходить Машу стороной.Когда Маша стала старше, сама ходила в школу, онаи увидела, что бездомными бывают не только четвероногие.Ей каждый день встречались люди в грязной и рванойодежде.Это были и старики, и дети.Они просили поесть, чаще просили денег.А некоторые ничего не говорили – говорила надпись на листкебумаги.И однажды Маша отважилась вынести из дома свое платье,которое стало ей давно мало.Она собиралась отдать его девочке, стоящей каждоеутро у аптеки и просящей милостыню.Маша старательно спрятала...