Разное.
Спорт в стройбате.
Конечно же всё о спорте, за два года моей службы в стройбате, можно бы было бы охарактеризовать кратко и лаконично одной фразой - его у нас просто не было. И честно говоря, меня это удивляло и удручало. До армии я увлекался, хоть и не профессионально, футболом, мог сыграть и в баскетбол или просто покидать мячик в кольцо. Любил бегать на короткие дистанции на различных соревнованиях и никогда не прогуливал занятия по физкультуре. В армии же в выходные дни, не зная чем занять личный состав роты, командиры устраивали постоянные построения и уборку помещения по пять раз на дню. Казалось бы проще простого иметь в подразделении пару футбольных мячей, да найти свободное место на ближайшем пустыре или краю плаца, что бы погонять мяч, любителей то хватало, но нет. Видимо это было слишком сложно для наших офицеров организовать и разрешить. А потому постараюсь вспомнить хоть что-то, похожее на спорт.
Итак, попав сначала служить в Наро-Фоминск, в «карантин», на курс молодого бойца, нас постоянно муштровали умением правильно ходить или шагать, перестраиваться во время движения. Так называемая строевая подготовка. А по утрам, буквально через минут пять после утреннего подъема, весь «карантин» гнали на утреннюю пробежку. Так что от всей этой шагистики, мы с моим другом Азатом за первые пару дней стерли до крови пятки на ногах сапогами. Кое-как заклеив "боевые" раны пластырем, мы поняли, что пора заканчивать с этими никчемными перемещениями. Так что же из себя представляла утренняя пробежка. Было лето, июль, тепло. А потому утром на кросс все выбегали на улицу с голым торсом. Кажется это называлось форма одежды номер 1. Перед выходной дверью из казармы всех встречал «Батя», со шваброй в руках. «Батя» это был старшина роты в казарме, где мы проходили этот «карантин». Всех выбегающих на улицу солдат, старшина старался приложить по спине или заднице этой шваброй. Зачем он это делал, для меня осталось загадкой, но это повторялось каждый день. Затем он шел и проверял все помещения и закутки казармы, в поисках спрятавшихся солдат, и если обнаруживал таковых, то бил их этой шваброй и гнал до дверей на улицу. Выстроив роту молодых, пара сержантов выгоняла её за пределы воинской части. Мимо проходило шоссе, в одну сторону к центру города, в другую в сторону леса, в никуда…
Вот туда к лесу нас, как стадо и гнали. По пути, недалеко от выхода из части был павильон автобусной остановки. Немного подотстав от всей группы бегущих, обычно часть бойцов оставалась и пряталась за этой остановкой. Так и мы с Азатом, стерев свои пятки до волдырей, решили себя поберечь и стали тоже прятаться в этом месте. Когда рота возвращалась назад, минут через десять-пятнадцать, мы снова пристраивались в хвосте колонны и забегали обратно на территорию части. В «карантине» мы были не долго, может всего неделю, потом приняли присягу и еще за неделю почти всех молодых солдат раскидали по другим воинским частям. Нас осталось человек шесть. В помещение роты, в казарму, вернулся весь основной состав первой роты. Народа было немного, может человек тридцать. А потому, исчезать во время утренней пробежки стало опасно, все были на виду. Так что следующие две-три недели, бегать пришлось вновь. К тому же «деды» любили поиздеваться над нами. Когда мы добегали до длинного пруда у леса, старослужащие устраивали себе перекур, а молодых заставляли ходить на корточках «гусиным шагом», отжиматься от асфальта на шоссе и приседать минут пять. После чего все снова обратно строем бежали в часть.
Стоит отметить что в Наре, на территории части был настоящий спортивный стадион, с футбольным полем, беговой дорожкой вокруг него ну и всякими железными перекладинами и брусьями, были даже небольшие трибуны для зрителей. Старослужащие в выходные на этом стадионе играли в футбол, у всех у них была пусть и плохенькая, но какая-то спортивная одежда и кеды или потрепанные кроссовки. В отдельном деревянном здании имелся закрытый спортивный зал. Говорили что там есть площадка для игры в баскетбол и офицеры, да и солдаты иной раз там в выходной так же разминались. Правда я в этом закрытом комплексе не бывал внутри. Но испытать все прелести этих спортивных стадионов нам не удалось. Нас отправили на все два года служить в Одинцово. В Одинцово на территории части никаких серьезных спортивных объектов не было. По началу, еще летом, нашу роту, куда мы попали, тоже гоняли по утрам на пробежку. Трасса проходила по территории ближайших промзон и бегать там было ну совсем неинтересно.
А потому мы с Азатом снова применили нашу тактику, отстать и затеряться. Причем затеривались мы буквально сразу, не выходя за территорию воинской части. Обычно мы забегали в здание туалета или выходили на спортгородок в центре территории в/ч и смешивались там в толпе солдат из другой части. Спортгородок представлял из себя большую песочницу, где было много турников и перекладин, каких-то железных конструкций в виде высоких лестниц и брусьев. Более ничего примечательного там не было.
Потом роту пригоняли обратно в казарму, мы пристраивались к этой колонне и забегали в помещение роты вместе со всеми. Когда осенью стало прохладно, пробежки вообще прекратились. И более почти все два года никаких утренних кроссов больше не было. Возможно это было связано с тем, что в столовой мы завтракали в первую смену и на то что бы бегать по утрам, времени до приема пищи просто не оставалось. На этом пожалуй можно было бы и закончить рассказ о спорте у нас в стройбате. Но всё-таки было несколько отдельных спортивных эпизодов, которые отложились в памяти.
Прослужив около года, и встретив свое второе лето в армии, мы с Виталиком Матюшиным начали сами бегать по утрам. Сначала вдвоем, потом к нам присоединился Иванов, а потом ещё один молодой боец весеннего призыва, литовец. Бегали мы в сторону леса, хитрой узенькой тропой, подальше от «красначей» и гауптвахты, к местному пруду. У пруда была пара турников. Там мы разминались, делали зарядку, отрабатывали удары по стволам деревьев руками и ногами, а в довершении всего Виталик еще и плавал в пруду. Я купаться как он не решался, потому что ходить потом в мокрых трусах весь день не очень-то хотелось, а плавать голышом я стеснялся. Ибо к этому пруду кроме нас прибегали из города и обычные жители, любители спорта, включая женщин. Виталик же плавал без трусов и не обращал ни на кого внимания. Но всему приятному часто приходит конец. Наше утреннее отсутствие в казарме было замечено другими сержантами нашего же взвода, азербайджанцем и армянином более старшего призыва. Претензии они выразили даже не нам, а только Матюшину, потому что он тоже был сержант, командир отделения и должен был по утрам следить за уборкой помещений, закрепленных за нашим взводом. Кавказцам было влом за Матюшина гонять «молодых». Так что побегав около месяца, с таким вот незатейливым спортом мы опять завязали.
Этим же летом случились настоящие соревнования по легкой атлетике всей нашей воинской части. Для чего солдат всех подразделений, разбросанных по другим городам и поселкам московской области свезли в Наро-Фоминск. От каждого взвода каждой роты, нужно было подобрать спортсменов для бега на 100 метров, для забега в эстафете 4х200м, для бега на три километра, а так же для прыжков в длину и в высоту. Я зачем-то записался на бег на короткие дистанции, то есть спринт 100м и эстафету. Потом я понял, что допустил ошибку и надо было записаться на прыжки в длину. Но мне казалось что я хороший спринтер и сделаю всех этих нерусских детей аулов и кишлаков, которые ходили-то порой как-то неуклюже на кривых ногах. В школе, еще в 9-м классе, я выбегал из 13-и секунд, был лучшим среди старших классов, на первом курсе в институте тоже всех обгонял с нашего потока. Я не учел только одного. Что бежать придется не в спортивной форме, а вот у ребят из Нары, у многих она была. Это всё и определило в итоге. Когда начались забеги на 100м, а я должен был бежать в одном из последних, я увидел, что одни как и я бегут в обычных солдатских ботинках и брюках от "парадки", разве что только сняв с себя китель и рубашку, а другие были в спортивных трусах, кроссовках или полукедах и в майках. До моего забега оставалось еще минут пять-десять. Я нашел нашего замполита и указал ему на это спортивное неравенство. Он поразмыслив предложил принести мне свои старые кроссовки. Это наверно было лучше чем ботинки, но не намного. Кроссовки оказались на один размер больше чем надо да и сильно разношенные. Бежать все равно пришлось в брюках, в трусах солдатских я не решился, уж больно у них был неспортивный вид. Короче в своем забеге я прибежал вторым из пяти человек, не выбежав даже из 14-и секунд. А в общем зачете я стал пятым или шестым из тридцати человек. Покажи я результат хотя бы 13.4с и я был бы первым. Но не судьба. А потом была позорная эстафета. В нашей команде, которую составил наш командир взвода Высоцкий, зачем-то оказался таджик Бадретдинов. Он ходил-то как-то криво-косо, был очень нескладный человек. И его зачем-то записали на спринт в эстафету. Первым на круг побежал Саша Фицай, в нашем забеге бежало команд пять, а забегов было всего два. Саша бежал неплохо и если бы все остальные бежали у нас как он, мы бы боролись за первое место. Пришел он вторым отстав на пару метров от лидера, а дальше побежал Иванов. Иванов оказался неприятным сюрпризом. Где-то с середины дистанции он начал отставать. И в результате приплелся последним, отстав от лидера метров на двадцать, а от четвертогоместа метров на десять. Надо отметить, что здесь опять некоторые бежали в спортивной форме, а у нас все кроме меня в ботинках и брюках. Дальше побежал таджик Бадретдинов. Я бы сказал, скорее быстро пошел. Это был уже полный «финиш».
От лидера он отстал метров на 100, то есть на полкруга, а от четвертого метров на 50-60. В довершении всего, при передаче палочки, он её отпустил раньше, чем я её взял. Так что мне пришлось хватать её уже с земли. Побежал я быстро, да что толку. Было бы метров 400, может я бы догнал кого-то, а так это был просто быстрый круг почета, а вернее позора. Я почти догнал четвертого и третьего бегунов, но все равно остался пятым. А наша команда заняла почетное последнее место по времени среди всех кто бежал в этом и следующем забеге.
В расстроенных чувствах я пошел посмотреть как прыгают в длину в яму с песком. Там я посмеялся от души. Вот куда мне нужно было записаться. Здесь реально ни у кого ничего не получалось. Победителем стал солдат с результатом 3 метра 80 сантиметров.
Мне стало смешно. Я в пятом классе прыгал на 4 метра. Меня тогда ещё в Лужниках сразу записали в школу олимпийского резерва, в секцию, в которую я не пошел. А в десятом классе я прыгал на 6 метров. А тут 3.80м. Я бы с места прыгнул дальше. Но уже было поздно. Записаться на прыжки уже было нельзя. В высоту у нас прыгал Виталик Матюшин. Виталик вообще-то был дзюдоист тяжеловес и весил 100кг. Правда и рост был 2м. Но с таким весом он тоже высоко не взлетел. Короче наша рота в совокупности всех соревнований заняла последнее место. Правда рот было всего четыре. Но зато было весело. Это были, хоть и убого организованные, но настоящие соревнования. Развлечение. Лучше чем в казарме сидеть или вагоны в выходной разгружать неизвестно для кого…
Ну и последние соревнования, это был конечно тот ещё «цирк», случились последней весной, где-то в начале марта. Кто был их инициатором я точно не помню. Наверно кто-то из солдат. Тогда у нас собралось в роте много любителей футбола и вот решили между взводами провести турнир на выбывание по типу кубка. То есть четыре взвода, значит три игры. Не учли только одного. Поля нормального в марте месяце не сыскать. Ну и играть-то опять было не в чем. Короче все что смогли, это нашли заброшенное футбольное поле, на территории промзоны, зимой там никто не играл, а потому снег там лежал нетронутый, целина сантиметров 30 высотой. Ворота были нормальные, большие, сваренные из труб. Ну а играть предстояло в кирзовых сапогах. Правда все были в одинаковых условиях. В команду опять набрали кого попало. Меня всегда удивляло, что есть люди, которым хочется поучаствовать, но они при этом ничего не умеют. И тут вышло так же. Вот как нам эстафету испортили Иванов и Бадретдинов во время бега, вышло и в игре в футбол. На поверку получилось что играть у нас умели только двое. Я и Гена Гурабанидзе. Гена вообще говорил, что он играл за СКА Ростов в юношеской команде. Может и врал, но играл неплохо. Но если учесть что в команде было человек семь, то что мы могли сделать вдвоем. В других взводах подобрались ребята как-то правильнее. Там не было таких пентюхов, которые не знали как пас отдать и что такое офсайд. В результате я все время играл в защите, а Гена в нападении. Остальные наши игроки только мешали нам и соперникам. Правда зато было смешно. Все падали в этом снегу, потому что было скользко. Бежит игрок, замахнулся ногой по мячу, но упал, потому что поскользнулся, и так всю игру. Смех смехом, но мы проиграли игру, как ни старались. Самое печальное что сапоги вымокли полностью, у моего в довершении начала отслаиваться подметка. А до «дембеля» оставалось еще месяца четыре, даже больше…
Такой вот был у нас спорт в стройбате, вроде как был, а вроде и нет…
#Стройбат #стройбат ссср #служба в армии ссср #спорт в армии ссср
#как я в армии служил #спорт
(Друзья, подписчики и читатели моего канала, вот, накропал для вас ещё главу рассказа, если читаете, спасибо вам, комментируйте, ставьте лайки, подписывайтесь, если еще не подписались, делитесь своими воспоминаниями, всем спасибо )
