В Красноярском крае 7 мая разгорелись десятки пожаров. По данным властей, причина большинства из них — сильный ветер, перехлест электропроводов и, как следствие, короткие замыкания. В 60 населенных пунктах сгорели 518 домов, без крова остались около 1200 человек. Восемь человек погибли. Власти края пообещали до зимы построить новое жилье для погорельцев — на это потребуется от 2,5 до 4 миллиардов рублей.
Сильнее всего пострадал город Уяр, там сгорел 201 дом — или примерно треть города.
Пожар начался с поля
За 10 километров до Уяра нас встречают выжженное поле, наполовину сгоревшие деревья, запах гари в воздухе. Чем ближе к городу, тем запах назойливее, привыкнуть к нему невозможно. Первым делом мы прошлись по выжженным улицам: некоторые пепелища проливают пожарные, где-то местные жители самостоятельно носят воду из баков и поливают дымящиеся кучи, на месте которых стояли их добротные дома.
Пожар, по словам местных, начался с поля на окраине Уяра. Огонь очень быстро дошел до деревянных домов и перекинулся на них. Буквально через пару часов уже горели несколько улиц: Четвертая и Бограда выгорели полностью. Дома на Третьей и Пятой тоже захватило. В городе нет столько пожарных машин, чтобы быстро справиться с таким быстрым и сильным пожаром, — их оказалось, всего две.
В 10 часов утра местный Дом культуры заполнили погорельцы. Женщины не могли сдержать слёз, некоторые рыдали во весь голос.
— Господи! Как нам теперь жить, ведь ничего не осталось! — срывается на крик одна из пострадавших.
К людям вышел полномочный представитель губернатора Красноярского края Владимир Шаешников. Он пытался успокоить людей, объявил, что главное решение, как им помочь — строить дома или выделять материальную компенсацию, — остается за жителями Уяра, лишившимися крова.
— Первое, что надо, — чтобы следственные органы дали свою оценку и определили причину возгорания. Не вы, сидящие тут, подожгли. Второе: у кого-то имущество было застраховано. Надо, чтобы приехали страховые компании. Они не хотят — праздники. Надо, чтобы приехали. Помощь материальную губернатор выделит, но мы все понимаем, что эти деньги пойдут не на решение вопроса, они для того, чтобы сейчас пойти и купить хлеб, — сбивчиво говорил полпред.
Казалось бы, разговор пошел в конструктивное русло, но после фразы Владимира Шаешникова о том, что 95% сгоревших строений — это «старые деревянные дома», люди взорвались. Стали возмущаться и говорить, что это неправда.
— Там больше половины новых домов! Центр города выгорел, там двухэтажные дома стояли новые. Где-то в переулках, может, и были старые домики. У меня, у двух сестер и двух теток сгорели дома. У одной дом — почти 200 квадратов, вторая родная тетка здесь сидит, у нее тоже новый дом был, всё сайдингом отделанное. Я сама на пожаре три раза была, там выгорели новые дома. Бред какой-то несут вообще! Я даже слушать это не хочу! — возмущается жительница Уяра Ольга.
Люди сами пытались отстоять дома
Уярец Андрей, отец двоих маленьких детей, не может даже словами передать свое горе. Он строил большой дом в 300 квадратов 15 лет.
— Я работал на четырех работах, чтобы мои дети жили как нормальные люди, а не как холопы. А этот [полпред губернатора] нам тут говорит про какие-то дома в 40 квадратов. Мысли какие-то из головы берет: «Будем думать, кому какой дом построить». Не надо думать, надо делать. Мы только успели ребятишек вытащить из пожара, сгорело всё. Нам сказали: «Езжайте в ПТУ, во вторую школу» (там развернуты пункты временного размещения). Как я там буду детей кормить, как буду спать укладывать? Там, в школе, ни приготовить еду, ни помыться, — горюет Андрей.