Начало тут:
Балтийский круиз часть четвёртая
Вскоре подошла Полина. Никто из группы не сидел в автобусе, так как рулевой покемон куда-то пропал. Полина посмотрела на часы, пожала плечами и пошла на поиски. Искала она нашего водителя не долго. Он со своим братом по разуму, водителем городского автобуса, мирно сидел в открытом летнем кафе, что находилось за углом. Назад он бежал большими прыжками, которым бы позавидовал любой кенгуру, чем вызвал громкие аплодисменты собравшихся.
- Ызвыныте! – запыхавшись, выпалил наш бритоголовый друг, и открыл двери в салон. Мы расселись по своим местам, и автобус повёз нас назад в город.
Следующая точка нашего путешествия была церковь, находящаяся прямо в скале. А пока мы до неё добирались, Полина рассказала о том, чем живёт сегодня Хельсинки.
Оказалось, что в Хельсинки есть метро. Всего одна ветка, и поезда по ней идут от центра города на восток. Исторически сложилось так, что город расширяет свою территорию не вокруг центра по периметру, а делает крен вправо, если смотреть на карту города. Молодое поколение предпочитает селиться там, потому что там жильё дешевле. Дети живут у родителей до 18 лет, потом начинают жить самостоятельно. Юноши и девушки начинают жить совместно не по любви, а из экономии. Вместе снимать жильё дешевле. В частной собственности жилья мало, стоит оно дорого, и не все жители могут себе это позволить.
Средняя заработная плата у финнов составляет порядка трёх тысяч евро в месяц, у женщин на пятьсот евро меньше. На пенсию граждане выходят в шестьдесят лет, но с 2017 года будут выходить в шестьдесят пять.
Пока сидящие в автобусе экскурсанты переваривали эту важную для них информацию, наш водитель нашёл подходящее место для парковки. Подъехать близко к церкви не представлялось возможным, надо было пройти пешком два квартала и подняться на небольшую горку. Группа растянулась, но потеряться по пути было невозможно. Я подошёл к церкви одним из последних.
Эта церковь знаменита тем, что она построена внутри скальной породы. Сами работы начались с того, что был произведён взрыв, а сама воронка была накрыта куполом. Такие сложности получились из-за нежелания жителей близлежащих домов видеть под окнами высокое здание. Сама церковь невысокая, всего 12 метров, но из-за конструкции крыши создаётся ощущение, что купол намного выше. Внутрь проникает дневной свет через многочисленные окна, их в церкви около двухсот.
Со стороны церковь напоминает летающую тарелку, стены внутри после взрыва остались нетронутыми. Местные жители в шутку называют эту церковь бункером антидьявольской защиты. Именно так она выглядит из-за своей непроницаемости.
В церкви нет колоколов. Их звук записан на плёнку, и во время службы он звучит из вмонтированных в стену динамиков.
В церкви одна из самых лучших акустических площадок в мире. Именно поэтому церковь часто используют как студию звукозаписи. Здесь проводятся не только концерты органной и классической музыки, но и концерты металлических групп. Таким нехитрым способом служители культа заманивают в церковь молодёжь. На большинство выступлений можно попасть бесплатно.
Службы в церкви проводятся по выходным дням и по праздникам. Богослужение происходит сначала на финском языке, затем на английском. Петь могут не только служители церкви, но и горожане.
Церковь двухэтажная. На второй этаж ведёт лестница, расположенная прямо у входа. С верхнего яруса отлично видна панорама всего помещения. Честно говоря, у меня на несколько секунд перехватило дыхание от этой красоты.
Сделав несколько фотографий внутри церкви, я вышел на улицу. Наша группа собиралась вокруг Полины. Вокруг нас толпились как туристы из других групп, так и местные жители.
- Пойдёмте к автобусу, - замахала руками Полина, приподнимаясь на цыпочках, - через десять минут нам надо отправляться дальше.
Я вышел вперёд. Возле Полины суетилась пожилая пара, донимая нашего гида вопросами про пенсии. Мне эта тема была не интересна, я смотрел по сторонам. К церкви мы шли зигзагообразно, поворачивая после каждого строения. Теперь же, зная, где остановился наш автобус, можно было вернуться, сделав всего один поворот. Что я и сделал.
Группа от меня отстала. Я успел перейти широкую улицу на зелёный сигнал светофора до того, как загорелся красный свет. Группа послушно остановилась, а я пошёл к автобусу, который стоял несколько ближе от того места, де мы остановились. Это водитель, увидев, что перед ним освободилось парковочное место, проехал на несколько метров вперёд.
Сам он сидел недалеко от автобуса на каменных ступенях пешеходной лестницы и ел яблоко. Передняя дверь в салон автобуса была открыта. Увидев меня, водитель улыбнулся и помахал мне рукой.
- Sprechen Sie Deutsch? – неожиданно для самого себя спросил я его. Последний раз по-немецки я говорил два года назад в Германии, когда гостил у своего брата.
- O, Ja! – водитель перестал есть яблоко, и улыбнулся ещё шире, - Ich studierte Deutsch in der Schlule.
- Das ist Gut! – улыбнулся я ему в ответ, - Ich auch.
- Wie alt dist Du? – водитель сходу нашёл очень актуальную для меня тему.
- Gestern hatte ich Geburtstag, - ответил я и достал из кармана свой заграничный паспорт.
Водитель выкинул огрызок в ближайшую урну и понялся на ноги. Брать в руки мой паспорт он не стал, но внимательно прочитал информацию о том, что мой день день рождения приходится на второе августа.
- Ich gratuliere Dich, - он протянул мне свою широкую ладонь. Я протянул ему свою ладонь в ответ. Рукопожатие получилось крепким, по-мужски.
- In welchen Ländern hast Du noch besucht? – финну явно понравилось практиковаться в немецком языке с русским туристом. До меня же суть вопроса дошёл не сразу. Слова были из школьной программы, но долгое отсутствие практики не могло не сказаться. Я скорее догадался, о чём меня спросили, чем дословно перевёл.
- Ich war in Deutschland, - ответил я, и финн удовлетворительно покачал головой. Действительно, какую ещё страну может посетить человек, изучавший немецкий язык в школе. Разве что Австрию, Швейцарию и Люксембург. Да, есть ещё же и Лихтенштейн. Но в ту минуту я про это государство не вспомнил.
- Dort lebt mein Bruder, - добавил я финну, который, похоже, был тоже рад тому, что может с кем-нибудь поговорить по-немецки.
- Wer von Euch ist alter? – я опять догадался, о чём меня спросил мой любознательный финский друг.
- Ich bin alter, vier Jahre, - для полной убедительности я показал количество лет на пальцах.
- Du sprichst gut Deutsch – водитель улыбнулся в очередной раз и похлопал меня по плечу. Мне, конечно, была такая похвала приятна, хотя сам я так не считаю. Я уже хотел было сказать, что окончил школу в далёком восемьдесят третьем году прошлого века, нот тут до нас обоих донёсся зычный голос Полины.
- Господа, мы только вас и ждём!
Оказалось, что пока мы мило упражняли в том, кто лучше владеет языком Гёте и Шиллера, автобус заполнился. И пора было двигаться дальше. В нашем состязании победила ничья, и мы пошли садиться каждый на своё место. Я за столик у окна, водитель за руль.
- Итак, наша с вами автобусная экскурсия на этом заканчивается, - раздался голос Полины из динамиков, - мы отправляемся на главную улицу Хельсинки, - проспект маршала Манергейма, откуда начнётся наша пешеходная экскурсия по историческому центру города.
Ехать долго не пришлось. Проспект Манергейма оказался буквально через две улицы. Место тут было широкое, памятник маршалу был хорошо виден с любой точки. Дома, построенные в конце девятнадцатого века, гармонировали с домами века восемнадцатого. Я нисколько не сомневаюсь в том, что финны легко впишут сюда и дома, построенные в веке двадцатом.
Автобус подкатил к автобусной остановке. Специальной парковки для транспорта в этом месте не было предусмотрено. Поэтому эвакуация экскурсантов из салона прошла в быстром темпе, и водителю надо было тут же уезжать. Я подошёл к нему и протянул свою правую руку. Большой покемон радостно улыбнулся мне на прощание и крепко её пожал.
- До Звиданыя! – возможно, он неплохо говорил и по-русски. Я хотел сфотографироваться вместе с ним, но наша группа уже удалялась, и мне пришлось её догонять.
Первой культурной точкой, возле которой Полина остановила группу, был центральный железнодорожный вокзал Хельсинки. Точно такой же вокзал был в городе Выборг, когда тот находился на территории Финляндии, и назывался Виипури. Советская власть вокзал уничтожила, очевидно, он сильно мешал строить социализм. Сохранились только большие мраморные медведи, которые сейчас находятся в парке возле памятника Микаэлю Агриколе. Хорошо, что Финляндия получила независимость. А то взорвали бы и этот вокзал.
Но Полина остановила группу возле вокзала не только по этому поводу. Возле вокзала находилась трамвайная остановка, с которой можно было добраться до порта на трамвае номер 9. Для обеспеченных туристов неподалёку находилась стоянка городских такси. Я эту информацию слушал в пол уха. Ещё до начала экскурсии я знал, что возвращаться буду пешком. Во-первых, это недалеко, во-вторых дёшево, и в-третьих, просто посмотрю город, который не показывают туристам. Барселона и Кёльн меня к этому приучили.
Рассказав подробно, как добраться до порта, как покупать билет на трамвай, и почему не стоит ездить на нём зайцем, Полина повела нас на бульвар, который тянется от проспекта Манергейма до старого порта. Наша «Принцесса Анастасия» стояла в новом порту.
Но не успели мы отойти от вокзала дальше, чем на сто метров, как Полина показала нам интересный современный аттракцион, которого я нигде не видел, и про который нигде не читал. Называется он «обед на высоте 70 метров» и стоит 70 евро за одного человека.
Суть его в следующем. Вы заказываете обед. Вам накрывают стол, стоящий на прочной платформе. За столом может поместиться 6 человек. Площадку ограждают перила, на тот случай, чтобы никто не упал. После того, как все усядутся по местам, площадку поднимает подъёмный механизм на высоту семьдесят метров. И вот там сидящие должны отобедать. Конечно, панорама открывается оттуда бесподобная. Но вот что будет, если пойдёт дождь, или будет сильный ветер? Как я понял, площадка закрывается шатром на случай непогоды, но что тогда можно разглядеть внизу? Я спросил у Полины, пользуется ли этот ресторан успехом? Полина ответила, что раз ресторан работает, то, скорее всего, да. Однако сама она ни разу не видела стрелу поднятой.
Мы немного постояли возле этой конструкции, и пошли дальше. До бульвара мы прошлись по одной неширокой улице. По ней была проложена всего одна трамвайная колея. Кстати сказать, трамваи в Хельсинки узкоколейные, как в Таллинне. Так вот, по этой улице трамваи двигались в обоих направлениях, переводя стрелки перед тем, как на неё заехать. Для этого горел специальный сигнал светофора, установленный рядом с обычным светофором. Те трамваи, которые проходили мимо, на сигнал не обращали никакого внимания. И, пока трамвай стоял, дожидаясь своей очереди на поворот, за ним молча стояли автомобили. За шесть часов пребывания в городе я не услышал ни одного звука сигнальной сирены.
Как только я разобрался в хитросплетениях движения городского транспорта Хельсинки, как тут же грянула музыка. Это три уличных музыканта устроили концерт. Улица, на которой была уложена трамвайная колея, за перекрёстком становилась пешеходной. И, стоя лицом к перекрёстку, группа молодых дарований развлекала горожан. Они играли очень профессионально и задорно. В центре стоял клавесин, с одного края барабан, с другого труба. Они играли «Собачий вальс» и это было так свежо и необычно, что хотелось остановиться и слушать. Но я не мог позволить себе эту роскошь, потому что у меня не было свободного времени именно сейчас. А когда я возвращался на борт парома, я уже про уличных музыкантов банально забыл.
Продолжение тут: Балтийский круиз часть седьмая