День первый. Отрицание и гнев.
Отключение электричества - это часть ангольской реальности, тут уж ничего не поделаешь. Другое дело, что в нашем районе проблема обычно разрешается в течение нескольких часов. Мы уже привыкли и обычно просто идём к кому-то в гости, чтобы переждать эти неблагоприятные часы. Или гулять - если на улице не слишком агрессивное солнце.
В этот раз электричество отключили примерно в 6 утра. Я думала, что все будет как обычно, и к обеду включат обратно. Но прошел обед, наступило время ужина, начало темнеть. Это был тот случай, когда ужин при свечах - не романтика, а бытовая необходимость. При свечах же пришлось мыться и стелить постель. Дети заснули быстро, несмотря на жару. Я тоже легла спать, стараясь не дать волю уже начавшей закипать бессильной злобе. И надеясь, что завтра я проснусь не только при свете солнца, но и при свете лампы в нашей комнате .
Но этого не произошло. Муж вернулся от соседей с новостью: кабель, который перегорел, нельзя починить быстро и просто - это требует времени, причем не уточняется, какого. И тут медленно кипевший во мне гнев выплеснулся наружу: ещё неизвестно сколько без света, холодильника, нормального интернета и кондиционера! Зато - весьма вероятно - с комарами, которые, воспользовавшись тем, что мы широко открыли двери для проветривания, радостно устремились в дом.
День второй. Торг и депрессия.
Эмоциональные, но по сути риторические претензии к вечно счастливому и расслабленному ангольскому народу, который озаботился проблемой только через сутки.
Ещё хорошо, что сейчас у нас наступает касимбо - холодное время года, и жара не такая изнурительная: если принять холодный душ и не укрываться, можно спать довольно комфортно. До тех пор, пока тебя не разбудит голос старшего сына:
- Мама, мне приснился сон страшный.
Ларик в русских предложениях ставит прилагательное после существительного - как во многих случаях бывает в португальском языке.
Я обняла его, посоветовала тоже спать не укрываясь, спросила, не хочет ли он воды. Сын уверенно ответил, что не хочет. Я вернулась на свое спальное место и только начала проваливаться в сон, как услышала:
- Мама, я хочу воды.
Ткнула мужа под бок, отправила налить воды.
На следующей день муж с несколькими соседями поехали к сотрудникам организации, которая должна чинить кабель.
День третий. Принятие.
Подруга угостила нас тортом. Поскольку всем семейным составом мы соберёмся только через несколько часов, торт надо положить в холодильник. А холодильника сейчас нет, ни у нас, ни у соседей, ни у отзывчивого мамаду́ Жоби в его магазинчике. Я иду в дальний магазинчик, прошу тамошнего продавца о любезности положить на время в холодильник пластиковый контейнер.
- Это надо спрашивать у моего босса - можно или нет. Но он уехал в Сан-Паулу. Будет вечером.
Я снова скатываюсь в бессильный гнев. Быстрым шагом иду к маме Фине, моей ангольской маме. Таким быстрым и эмоциональным шагом путь до ее дома займет 10 минут, но зато там можно все.
Мамы Фины дома нет, я застала только мою сестру Ви́ну с малышом. Двухмесячный Антониэл заразительно улыбается беззубым ротиком. Минуту назад я была раскаленным маслом, в которое щедро плеснули воды. А сейчас я - шоколад, который медленно тает в чьей-то теплой руке. Может быть, даже вот в такой крошечной ручке, как у Антониэла.
В нашу третью ночь дети долго не могут заснуть. Они хотят, чтобы свеча горела всю ночь - им страшно в темноте.
- Это опасно, - говорю я им.
- Знаете - есть такая красивая кубинская песня:
В комнате Тулы
Начался пожар
Она заснула
И не задула свечу
- Когда нам включат свет, и у нас будет вайфай, я дам вам послушать эту песню.
А пока мы поем сами - песню про лодку, синюю изнутри. Она уже много лет у нас как колыбельная.
Мануэл засыпает последним. Перед сном он долго вертит в руках плюшевого динозавра.
День четвертый. Нам починили кабель.
#африка
#жизнь в африке
#ангола