Человек без юмора

Вообще смешных историй связанных в той или иной степени с гаишниками, было и есть, очень много. Я думаю, если даже просто взять все анекдоты и расклассифицировать их по профессиям, то самое бОльшее их число придётся на долю гаишников.

Почему? Да просто потому, что наш народ в общем-то привык на всё смотреть с юмором. А у представителей власти – будь то, хоть гаишники, хоть какие-либо другие менты, или чиновники, неважно – это самое чувство юмора отсутствует. У некоторых совсем напрочь. Они даже разговаривать по-человечески не умеют. Говорят, на каком-то своём протокольном, казённом языке.

Причём, неважно: в настоящее время они находятся на государственной службе, или из бывших. Среди обычных людей их почти всегда отличить можно. Даже по прошествии не одного десятка лет определяются. Нет у человека чувства юмора, значит, он или бывший мент, или бывший чиновник. На худой конец, бывший военный. И примеров тому тысячи. Расскажу об одном из них.

В Бишкеке на «пятаке», где я таксовал, кого только не было среди «диких» таксистов. Здесь: и бывшие учителя, и врачи, и рабочие, и музыканты. Все, естественно, безработные. Был в нашем дружном коллективе и бывший мент, Алик. Обычно, он сидел в своей машине и всегда что-то строчил на бумаге своим мелким казённым почерком.

Потом, уже когда он исчез с «пятака», выяснилось: это он оказывается на каждого из нас по привычке компроматы «строчил». «Больной» человек, чего тут скажешь. Нужно, не нужно, а не мог он жить без этого...

Ещё заядлых рыбаков на нашем «пятаке» хватало. И если, допустим вчера, кто-то из них был на рыбалке, то сегодня вокруг него целая толпа собиралась. Обсуждали.

Иногда ко всем незаметно присоединялся и Алик. Но в общем обсуждении, как правило, не участвовал. Оно же всегда с юмором, с шутками-прибаутками проходило. А у того чувства юмора – ноль. Потому всегда и стоял тихо в сторонке, краем уха прислушиваясь.

Также и в этот раз, стоит и просто прислушивается. И тут кто-то в шутку, не в шутку ляпнул:
- Вчера Халид (так звали самого заядлого из рыбаков) мелкую рыбку которая ловилась отпускал, а крупную в спичечный коробок складывал. Все дружно: - «Ха-ха-ха»!

А у Алика ни одна мышца на лице даже не дрогнула. Но оно (его лицо) стало такое… задумчивое, задумчивое. Минут через пять, когда разговор уже шёл совсем на другую тему, он ни с того, ни с сего дёргает меня за рукав и вклинившись совсем не в тему, спрашивает: - А зачем Халид крупную рыбу в спичечный коробок складывал?

Все в мгновение замолчали, и переглянулись в ожидании. Я незаметно подмигнув и сделав очень умную рожу, отвечаю ему:
- А это, для того он крупную рыбку в спичечный коробок складывал, чтобы потом, на неё, ещё более крупную ловить.

А кто-то с таким же серьезным видом ещё и пояснил: - Халид аккуратно двумя пальцами эту крупную рыбку из спичечной коробки брал, нанизывал на крючок, и снова удочку в воду закидывал. - А-а-а. – как-то, совсем уж медленно протянул бывший мент и… снова глубоко задумался.

- Пережёвывает… – буркнул как бы себе под нос, еле сдерживаясь, Петя Баклажан и побежал в свою машину. Отсмеяться.

Очень трудно было тогда сдержать смех, глядя на нашего Алика. Просто неимоверные муки сложного мыслительного процесса были «написаны» на его лице. Только через несколько минут он с огромным трудом кое-как смог выдать: - А эта… другая рыбка которую он потом ловил, была наверное, уже побольше чем спичечный коробок?
- Ну-у… наверное. – ответил я, пока ещё с серьёзным лицом, пожав плечами, уже еле сдерживаясь и со всеми переглянувшись...

Но уже через мгновение некоторые проезжавшие мимо «пятака» машины, даже притормозили: такой дружный гогот разнёсся по округе! А «Жигуленок» нашего Баклажана даже «запрыгал»!