начало: https://zen.yandex.ru/media/id/624e7f6444e108303a5ff156/beznadegino-kniga-vtoraia-kak-stepka-rejisserom-byla-glava-tretia-627b4a72af69b41d40897614
Назавтра, с утреца, потянулись старики в клуб. А там уж за столом комиссия заседает из Зинки, Стёпки да Саломеи с Таранькой. Тумбу лекторскую уронили, чтоб столом была, да скатёрку красную из плюшевой шторы на тот стол постелили, для солидности. Графин с водой на стол, да тетрадки, чтоб пометки делать. В общем, получилось не хуже, чем в фильмах про экзамены.
Нацепили безнадёгинцы лучшие свои одёжки, а бабы ещё и морды нарумянили, чтоб значит, с последнего ряда было видать их красоту. Выстроились в очередь, да только Стёпка по списку их вызывает. Что тут началось! Каждый из кожи вон лезет, дабы показаться с лучшей стороны да роль получить.
Полька-балаболка вышла в центр сцены и, сославшись на плохую память, стала читать по бумажке детские стихи про Анну-Ванну. Читала она из рук вон плохо, запиналась, то и дело снимала и протирала свои запотевавшие очки, но видно было, что она очень старается попасть в актёрки и Стёпка, пожалев, записала её в массовку.
Петюня Ухватов сыграл на гармошке «Комаринского», да так задорно, что волнения в очереди еще больше усилились, селяне задергали плечами, послышалось: «Иииихх!» и косоглазая Зойка Тутышкина с Синяком выскочили на сцену, и лихо стуча каблуками, прошлись кругом возле Петюни. Даже впечатлительная псина Саломеи, очевидно испытывая особую любовь к музыке подобного рода, вырвалась из хозяйских рук и, подбежав к танцующей парочке, тоненько завыла, задрав кверху морду. Зинка на них зашикала, пригрозив удалить из списка за нарушение порядка, и пара, не прекращая танца, послушно вернулась в очередь. Саломея попросила Петюню сыграть что-то более современное и тогда, он, не растерявшись, сбацал Гимн России при активном участии Тараньки. Петюню за талант и чувство юмора внесли в список актеров, и он гордо задрав голову, прошествовал мимо Ухватихи, которая прошипела ему вслед, что дома она ему покажет не только «комаринского», но и саму его мать, если она, Ухватиха, не пройдет «смотрины».
Семёныч топтался на сцене, как конь. Он приготовил басню про лису и виноград, но стеснялся Саломеи, которая надо сказать и заставила его выучить эту басню. Семёнычу разрешили рассказать позже, когда он соберется с мыслями, если таковые в его голове ещё живы и на всякий случай записали его на роль коня для сказки «Золушка».
Следующим был Иван Иванович - «Синяк», который ничего лучшего не придумал, как прокричать петухом да прохрюкать поросенком. Зинка вписала его в тетрадку, решив судьбу его амплуа – изображать фон в спектаклях на деревенскую тематику.
Манька «Пересвист» - здоровая бабища с тремя подбородками с ходу начала свистеть на разные птичьи голоса. У неё это так ловко получалось, что Стёпка, посовещавшись с подругами, решили приплюсовать её к Синяку, чтобы картина деревенского подворья была вдвое ярче.
Тут Ухватиха выперлась вперед своей очереди и заявила, что заниматься такой ерундой, как хрюкать, гавкать или плясать, она не намерена и требует записать её в пару к Петюне безо всяких смотрин, поскольку ячейка общества под названием «семья» подразумевает нахождение супружников вместе, а никак не порознь. Зинка попыталась объяснить, что условия для поступающих в театр для всех одинаковы, но в ответ, Ухватиха, в ультимативном порядке: «или вместе или никто», пригрозила забрать Петюню, тем самым лишив театр музыкального сопровождения, и растерянная комиссия сдалась, записав Ухватиху придворной дамой с ролью без слов. Очередь недовольно загудела, но Ухватиха, показав толпе кукиш, удалилась довольная к своему музыкально одарённому мужу.
Бывший колхозный ветеринар Кирилл Сергеевич, седой старичок с усиками и бородкой, которого сельчане уважительно называли дед Кирюша, в актеры пройти даже не пытался, а сразу предложил свои услуги по вакцинации скота.
Кто-то пришел ради смеха, кто-то ради интереса, но так или иначе, актёров для театра набралось, как говорится «выше крыши».
Зашёл дьячок. Стёпка тут же предложила ему поучаствовать в драме Островского - звонить в колокол по условному сигналу. Дьячок сообщил, что в принципе, он не против искусства, но только для порядка, должен съездить в город - спросить благословения у батюшки.
На том и закончили, постановив, не откладывая в долгий ящик, а прямо с завтрашнего дня распределять роли и учить тексты. Подруги вернули жизнь лекторской тумбе, подняв её на место, Семёныч с Синяком повесили штору, и вскоре сцена приобрела свой первоначальный вид, будто и не бушевало здесь театральных страстей.
Продолжение: https://zen.yandex.ru/media/id/624e7f6444e108303a5ff156/beznadegino-kniga-vtoraia-kak-stepka-rejisserom-byla-glava-piataia-627b4d0aeea52478f98b48b6